Чтение онлайн

– Здравствуйте, Григорий Мстиславович, – встав с кресла, кивнул мне Анкалин. – Предлагаете перейти сразу к делу?

– Время позднее… – протянул я.

И да. Я устал и говорить ни о чем ради приличия мне было неохота.

– Хорошо, – вздохнул старик и переглянулся с вождем. – Видите ли, Григорий Мстиславович, уважаемый Ырыкван решил присоединиться к нашей общине. Его племя решило прервать кочевой образ жизни и осесть здесь. Как я понял, во многом из-за вас.

– Это его решение. Но действительно, оно связано с тем предложением, что я ему сделал. И что?

– А еще он сказал, что вы отправляетесь в Москву…

– Это так, – кивнул я, видя, что старик ждет моего ответа.

– Вот я и предложил вождю Ырыквану отправить с вами несколько молодых и сообразительных юношей из племени.

– Зачем они мне?

– Будут охранять. Помогать. Вы аристократ, да еще и служба у вас такая, где дополнительные руки лишними не будут.

– Допустим. Вам-то это зачем?

– Кроме юношей из племени уважаемого Ырыквана я хотел бы отправить с вами и несколько юношей из общины. И хочу попросить вас помочь им поступить на учебу. Желательно в университет.

– Только вашим юношам?

– Нет. Всем, кто с вами отправится. Отучившись в столице, они потом вернуться обратно. И с теми знаниями и связями, что получат там, станут у нас здесь уважаемыми людьми. Как видите, я честен с вами.

И грудь слегка неосознанно потирает. Помнит видать, что я могу распознать ложь.

– Много этих ваших «юношей»? – вздохнул я, понимая, что отказать не могу.

Анкалину отказал бы. А вот вождю – нет. На его благосклонности и верности будет держаться мое только что открытое предприятие по разработке рудника.

– Семеро. Не беспокойтесь за их содержание. Община возьмет оплату их учебы и пропитания на себя.

– Ну уж пропитание я им обеспечить смогу, – проворчал я.

Анкалин лишь спокойно кивнул, принимая мой ответ. Ведь я только что фактически дал ему свое согласие.

Эх. Еще и с этой семеркой возиться. Надеюсь, они и правда смышленые, как старик говорит.

Вождь с главой общины алеутов ушли и в доме остались все свои. Роб тут же воспользовался этим и откуда-то достал бутылку виски, а Анука тут же сообразила холодных закусок.

– Мы знакомы не так давно, – поднял ирландец свою рюмку, когда наша четверка расселась за столом в гостиной, – но у меня уже такое чувство, будто знаю вас всю жизнь. Я рад нашей встрече. И пусть сейчас нам придется расстаться, но я уверен, что мы еще увидимся. За вас, Григорий Мстиславович!

После первого тоста пошел второй. Третий. Высказалась и Анука, и Артем не остался в стороне. Его я кстати решил сделать помощником Роба. Парень сообразительный, да и с девчонкой у него похоже все серьезно. Провожали в итоге меня до середины ночи, и спать я отправился изрядно набравшимся. От того утром голова болела так, что хотелось чтобы кто-нибудь ее отрубил.

Кое-как приведя себя в порядок, я встретил семерку алеутов, навязанных мне вождем с Анкалином, взял собранный Анукой чемодан и отправился в путь. Наконец-то я увижу оставленных в Москве мальчишек и Олю. Соскучился по ним. Мое пребывание на Аляске наконец-то окончено!

– Что значит «у вас нет документов»? – я с удивлением и раздражением уставился на семерку навязанных мне парней.

Точнее на четверку. У троицы, которых мне «прикомандировал» Анкалин, паспорта были. А вот у четверых балбесов возрастом от пятнадцати до восемнадцати лет, выделенных мне в качестве «охранников и будущих студентов» вождем, никакой бумаги не существовало. О чем я узнал, когда попросил у них паспорта для покупки билетов на поезд.

Парни переминались с ноги на ногу, словно это они виноваты. Мало мне этого, так они еще и по-русски не говорят! Приходится с ними общаться через тройку парней Анкалина. Те с детства в общине и городе живут. Язык знают неплохо, хотя с письмом проблемы. Это они сами мне признались. Как я понял – на всякий случай, когда вскрылось, что у их товарищей не только документов, но и знания языка империи нет.

– Ладно, – выдохнул я сквозь зубы. – Идите за мной.

Не знаю, есть ли здесь паспортный стол, но в моем прошлом мире паспорта выдавали в полиции. Вот и отправился я в ближайший участок узнать, как решить неожиданную проблему.

До него рукой подать, но там нас поначалу хотели «завернуть».

– Заявление нужно подавать, – лениво зевнул дежурный офицер. – Потом ждать, пока его впишут в книгу церковную, да в список переписной добавят. А уж опосля дадут разрешение нам на выдачу вашей бумаги.

Я чуть зубами не скрипнул от досады.

– А ускорить это никак нельзя? – спросил я офицера, попутно показав ему свою бумагу жандарма.

Тот как прочитал, сразу зевать перестал и даже выпрямился сидя на своем стуле.

– Так это, господин жандарм. Я ну никак не могу на эту процедуру повлиять. Вот ежели вы сами до церковников сходите, а потом в администрацию города… А что заявление принято, так я прямо сейчас могу подпись поставить.

– Ставь, – вздохнул я, понимая, что на ближайший поезд мы наверное уже не успеем.

Так и получилось. Пока бегал к церковникам, где пришлось парней еще и покрестить, да потом к чиновникам – день и прошел. Я вообще был изрядно удивлен, что без церкви паспорт не выдают. Не положено. Должно быть христианское имя. Ну и перепись населения параллельную церковь ведет. Как я понял, именно священники были первыми, кто этим занялся, а правительство свою перепись уже потом ввело, от них переняв.

Так у меня под покровительством оказались Феофан, бывший раньше Юхаком, Дмитрий, он же Тагъук, Юрий, Виталий, Александр, Леонид и Роман. Последние трое – бывшие общинники. И имена у них сразу были русские. А вот у Юрия и Виталия я их бывшие имена даже выговорить не смог, не то что запомнить.

Уставший и злой из-за задержки, я с огромным удовольствием сел на вечерний поезд и, приказав парням вести себя прилично и до приезда в Новоперекоп меня не беспокоить, поудобнее откинулся на спинку дивана и уснул. Ехали мы в зеленом вагоне третьего класса, так что удобств в виде койки здесь не наблюдалось. А все из-за этих чертовых документов! Я так-то хотел днем на втором классе со всеми удобствами поехать, а на вечерний рейс, когда мы добрались до вокзала, билетов туда уже не оказалось.