Спаситель
Шрифт:
— Нет! Останови! — Миха с трудом удержался, чтобы не дернуть мальчишку за руку.
— Что? Я остановил…
— Если оно газообразное, то вместе с воздухом попадет в воздуховоды. А там…
— А! Система говорит… да… согласен. Он и вправду немного, но там… ага… сейчас. Вот…
— Мальчик, ты нам скажи, нам бежать спасать этих идиотов, или пусть себе дальше спят? — поинтересовалась Миара, разглядывая собственные ногти.
— Тут… оно чего-то включило… лампы какие-то, которые вроде как… ага… светят и от этого все помереть должны… точнее не все… а вроде как враждебные.
Миха вздохнул и направился к выходу. Что-то были у него сомнения, что древнюю нежить можно одолеть кварцеванием. Или ультрафиолетом. Или что там Древние использовали для очистки помещений?
Да и дверь… удержит ли надолго?
— Эй, ты куда… — Миара догнала уже в коридоре. — А как не разделяться?
— Никак. Но если эта тварь сожрет…
— Парой наемников станет меньше.
— Тебе и вправду все равно?
— Ну… могу изобразить скорбь, если тебе так легче…
— Ты же заботилась о парне?!
— Тогда он был моим пациентом. Но он выздоровел. И перестал быть моим пациентом. За моих пациентов отвечаю я. А за тех, кто уже здоров… пусть сами разбираются, — она поправила платье, которое норовило съехать, выставив острое плечико. — Ты первым почуешь, если я стану притворяться. Да и… я не хочу больше. Я злая. И циничная. И просто стерва…
— Свет мой зеркальце скажи…
— Что?
— Сказка у нас была такая. О царице, которая каждый день смотрелась в волшебное зеркало. А то ей говорила, что она красивей всех на свете… пока однажды не сказала, что красивей всех теперь падчерица этой царицы.
— И та убила падчерицу?
— Попыталась. Доверила работу не тому человеку.
— Это да… случается такое, — Миара дернула платье. — Бесит… вроде подбираешь, подбираешь исполнителя, а он подводит. А что ты собираешься делать?
— Не знаю. Но у меня есть ты.
— Я целитель, а не воин!
— Вот. Залечишь до смерти.
— Ну, знаешь…
Кажется, она все-таки обиделась. Или сделала вид, что обиделась. Главное, спорить стало некогда — пришли.
Дверь, если эту арку с дрожащим маревом силового поля можно было считать дверью, при приближении открылась, пропуская Миху.
— Дрыхнут, — с удовлетворением сказала Миара. — Вот… погань же.
— Кто?
— Та тварь… меня учили защищаться от ментального воздействия… в том числе от него. Но для начала его надо ощутить. И есть… способы… сторожки. На разуме, — она подошла к Тени, который вытянулся на полу у ложа, где спал его сын, и пнула его от души. — Но они рассчитаны на определенную силу… скажем так, считается, что слабый менталист не способен навредить. А это воздействие было очень слабым.
Тень не шелохнулся.
— Эй, — Миара снова его пнула. — Глаза открывай…
Наклонилась.
Хлопнула по одной щеке. По другой. А Миха попытался растрясти мальчишку. Бесполезно. Он щекотал, щипал, хлопал по щекам. Парень и на мгновенье глаз не открыл.
— Погоди, — Миара отступила.
Нахмурилась.
И легла рядом. Попыталась…
— Что ты делаешь?
— Проверяю кое-что… ты постой там, на выходе. И если вдруг… думаю, скоро Вин придет. Скажи, чтоб огнем попробовали. Хотя… сами должны додуматься.
— Миара…
— Я, когда прилегла, провалилась туда. В мир духов. И Винченцо. И может статься, что тварь не просто расслабляет разум… что если она вытягивает их на ту сторону? И тогда…
Миара хищно улыбнулась.
— Всегда хотелось сразиться в честном бою… с кем-нибудь.
А потом и она отключилась. Резко так. Миха ничего не успел сделать, разве что тело чуть подвинул. И подол рубашки поправил, который совсем уж неприлично задрался.
Осмотрелся.
Вздохнул.
Меч в руке не казался сколь бы то ни было серьезным аргументом против существа, напоминавшего туманное облако. Одна надежда, что кварцевание все-таки поможет.
Или ультрафиолет.
Он сел у двери, скрестив ноги, вдохнул, закрыл глаза и попытался мысленно позвать Миару…
Глава 14
Верховный
Путь продолжился, когда белесое небо — а освобожденное от мерцания купола и туманов, то обрело болезненный цвет — расчертила яркая полоса. Будто шрам от огненной плети.
И заныло сердце.
— Вперед, — Ицтли тоже смотрел на небеса. А еще на госпожу. И сомнения отражались на лице его. Он явно сожалел, что позволил ей покинуть город. Ныне он представлялся куда более безопасным, нежели этот выжженный лес. — Госпожа, если вам нужен отдых.
— Нет, — Императрица первой встала на ноги.
И за ней вскочили воины и раб, Акти подал руку Верховному, а с другой стороны, ревниво поглядывая на мальчишку, встал гигант.
Подвели лошадь.
Лошадям тоже нужен отдых. Пусть Ицтли озаботился заводными, но и их не хватит надолго.
— Не о том беспокоишься, — произнесла Маска. — Если мы не доберемся до точки… и если эта точка окажется мертвой, то лошади… лошади, думаю, будут не нужны.
— Я буду беспокоится о том, что в моей власти.
— Лошади?
— Почему бы и нет. По пути могут встречаться поселения. Люди… и лошадей, возможно, получится сменить.
— Ты не особо в это веришь.
Верховный кивнул.
Он и вправду не верил. Лошади… лошади всегда были ценны. Много ценней людей. И ныне… что стало с деревнями на пути? Уцелели ли они вовсе? Или сгорели, как тот лес? Не разбежались ли люди? И не унесли ли с собой то ценное, что имели?
Лошадей.
Верховный вздохнул.
— Ты сможешь защитить нас, если вдруг…