Чтение онлайн

– Нет, не читала. – Не надо было перебивать его так поспешно.

– Ну… я не собираюсь винить вас за это. Кроме того, у меня нет привычки использовать своих друзей в качестве источника сюжетов, так что могу обещать вам: вы не увидите себя героиней моего нового романа. Вы имели неосторожность пригласить меня на ужин, и, если только вы уверены, что мое присутствие вам не помешает, я был бы просто счастлив принять ваше приглашение. Не могу только пообещать, что не использую этой сцены где-нибудь у себя в романе. Уверен, узкий кружок друзей за ужином в лучших английских традициях – это нечто впечатляющее. Под покровом взаимной вежливости бурлят страсти, так что ужин превращается в настоящее театральное действо.

– Лучше вам про это забыть – жизнь в деревне несравнимо более прозаична. Самым интересным будет ростбиф с йоркширским пудингом, который лучше всего есть с хреном. – Ей вдруг стало весело: вспомнилось, как легко они болтали когда-то. – А сейчас мне надо поторопиться. Увидимся с вами позже.

Едва за ним закрылась дверь, Элли рухнула в кресло. Она стиснула руки, пытаясь унять дрожь, – уж не сошла ли она с ума, пригласив Бена Конгрива на ужин? Будто она не знает, как опасно играть с ним в такие игры!

Мысли метались в голове, лихорадочно ища выхода. Может, послать в гостиницу записку, что ужин отменяется, так как ее свалила с ног внезапная и ужасная болезнь? Например, пищевое отравление! От такой новости он быстренько рванет к себе в Штаты и забудет дорогу обратно…

Впрочем… впрочем, на самом дне души, в ее самом-самом потаенном уголке, шевелилось маленькое улыбчивое удовольствие. Что ни говори, а она смогла увлечь такого мужчину, как Бен Конгрив! И увлечься сама – что не менее важно, ибо это означает женское начало в ней еще не умерло…

Поразмыслив, Элли решила, что, пожалуй, все не так плохо. «Будем считать это чем-то вроде испытания характера!» Она уже точно знала, что не потеряет голову и не упадет спелой грушей в объятия Бена.

Элли сунула чашки под струю горячей воды. Если быть до конца откровенной, то она сама дала ему повод надеяться на продолжение отношений, дала зеленый свет – но только для того, чтобы в нужный момент переключить его на красный. Он еще этого не знает; но он узнает. На этот раз Бен Конгрив запомнит Элли Осборн. Хотя бы как женщину, которую ему не удалось покорить.

Из-за неожиданного визита Элли сбилась с графика и успела только на скорую руку принять душ, вместо того чтобы обстоятельно полежать и расслабиться в теплой ванне. Она еще не закончила макияж, когда к воротам подъехала первая машина. Быстро пробежав щеткой по волосам, она брызнула на себя каплю духов и успела к дверям как раз в тот момент, как Дэвид и Лиз поднялись по ступеням.

В воздухе еще только начинало чувствоваться холодное дыхание осени, но Элли заранее положила в камин дрова, и теперь они начинали медленно разгораться.

– Как прекрасно смотреть на огонь. – Лиз протянула руку к слабенькому огоньку. – Мы еще не зажигаем камина. Терпеть не могу возиться с золой и углями, так что оттягиваю этот момент, как могу. Но зато обожаю смотреть на огонь. Только горящий камин может создать такой уют в доме. О, спасибо, Элли! – Она приняла протянутый ей высокий бокал, и тут раздался стук в дверь. – Дэвид, будь добр, открой. – Лиз перехватила брата, уже направлявшегося к одному из удобных кресел. – Я просто забочусь об Элли – она и так бегает с самого утра. Это, наверно, Клив, или Таня, или…

– Нет, садись, Дэвид, я сама открою. – Элли всегда удивлялась, как он позволяет сестре им командовать. В ее доме этого не будет. – Кроме того, может быть…

Но Дэвид уже спешил к двери, пересекая холл.

– Я пригласила кое-кого еще… – начала было Элли и тут же услышала знакомые голоса соседей – Лиз оказалась права.

Неожиданно ей пришло в голову, что, если Дэвид откроет Бену дверь, как бы на правах завсегдатая, тот может прийти к неким ложным выводам, и это было бы весьма кстати для осуществления ее плана… Тем временем Дэвид снова направился к двери и вернулся в гостиную в сопровождении Бена. В его голосе прозвучало явное удивление, когда он пригласил войти нового гостя.

– Ах, Бен… – Элли лучезарно улыбнулась. Главное сейчас – не позволить себе делать сравнение между двумя мужчинами. Сейчас ее главная цель – держаться с обоими равно дружелюбно, и она постарается не отступать от намеченной линии. – Я так рада, что ты смог прийти.

Взаимное представление заняло минуты две, после чего Элли предложила Дэвиду заняться коктейлем для Бена. Затем вся компания расселась около огня, и вскоре разговор стал общим. Когда дружеская атмосфера установилась окончательно, Элли отправилась на кухню, чтобы проверить, как идут дела.

Ну и зачем ты все это затеяла? – вопрошала она себя, пока расставляла тарелки, наливала суп, добавляла сметану и раскладывала петрушку.

Случайно бросив взгляд в зеркало, Элли осталась довольна увиденным: пестрая юбка выгодно подчеркивала тонкую талию, интенсивные синие оттенки как нельзя лучше сочетались с розово-голубым шарфом, повязанным вокруг шеи.

Она пригласила всех к столу и села справа от Дэвида, как бы подтверждая свое законное место рядом с ним. Слева был Клив, а Бен оказался довольно далеко. Сначала ей это все показалось удачным, но уже в следующую минуту она поняла, что будет встречаться с ним взглядом всякий раз, как поднимет голову.

– Дэвид, ты не мог бы откупорить бутылки? – Элли поднялась и начала собирать тарелки, чтобы заменить их новыми. – Да, я совсем забыла. Эндрю прислал факс – извиняется, что не смог приехать. Он сейчас где-то в Турции.

– А я как раз собиралась спросить, куда он подевался. – В ответ на молчаливый вопрос Бена Таня принялась объяснять: – Эндрю – наш сосед. Он возглавляет компанию по импорту и много путешествует. Примерно столько же, сколько и Элли. Кстати, Элли – одна из наших местных знаменитостей, воплощенная история успеха. – Таня, несмотря на приближение пятидесятилетнего рубежа, оставалась кокеткой. Сочтя Бена заслуживающим внимания объектом, она и повернулась к нему с очаровательной улыбкой. – Вы, наверное, уже заметили это. Если ее дела пойдут так и дальше, то скоро мы начнем получать факсы с сообщением, что наш воскресный ужин отменяется.