Чтение онлайн

Что мне оставалось делать? Я кивнул, приняв все как есть. В словах Рейчел не было участия. И еще я понял: если получу шанс, то постараюсь отправить Поэта на его луну. Только я хочу сделать это своими руками.

— Пошли, — сказала мне Рейчел. — И постарайся забыть. Купим тебе что-нибудь из одежды. Не нужно, чтобы репортеры продолжали считать тебя одним из нас.

Она рассмеялась. Я невольно ответил, и тут же Рейчел потащила меня к магазинам.

В шесть тридцать мы снова собрались в той же комнате управления. Бэкус находился на месте, пытаясь решить организационные вопросы при помощи телефона. Здесь же сидели Томпсон, Матузак, Миз и еще три незнакомых мне пока агента. Сумку с покупками я задвинул под стол. Там лежали две рубашки, пара брюк и отдельная упаковка с бельем и носками.

Хотелось бы переодеться в нормальную одежду как можно скорее, поскольку неизвестные агенты смотрели на меня неприязненно, будто я совершил святотатство, надев форму, носить которую не имел права.

Бэкус сказал кому-то на том конце линии, что он перезвонит, и сразу отложил трубку в сторону.

— Ладно, — сказал он, — начнем совещание, как только подключат всех. Тем временем мы будем обсуждать ситуацию в Фениксе. С завтрашнего утра я начну новые полноценные расследования смерти детектива и мальчика. Оба дела перетряхнуть сверху донизу. Чего бы хотелось... Простите, я вас не представил. Рейчел, Джек, это Винс Пул, руководитель управления в Фениксе. Он готов предоставить нам все, что будет нужно.

Пул молча кивнул. Судя по всему, он уже отработал в конторе свои двадцать пять лет в отличие от остальных присутствующих. Двух других агентов Бэкус не назвал.

— Сегодня в девять утра у нас состоялась встреча с местной полицией, — сказал он.

— Полагаю, мы сумеем мягко отодвинуть их от дела, — заметил в ответ Пул.

— Действуйте, но постарайтесь не спровоцировать враждебность. Эти люди знали Орсулака лучше нас, и они хороши в качестве источника информации. Думаю, нам следует ввести их в курс дела, оставаясь у руля и четко контролируя полицию.

— Без проблем.

— Возможно, случай Орсулака — наш самый большой шанс. Он самый свежий. Остается надеяться, что мы сумеем найти совершенную преступником ошибку. И полагаю, можем отыскать такой прокол, работая одновременно с двумя ситуациями: с ребенком и с детективом. Я предпочел бы увидеть...

Телефон на столе заверещал, и Бэкус снял трубку, сказал «алло», а потом добавил, услышав ответ с другого конца линии:

— Ждите.

Нажав затем кнопку громкой связи, он положил трубку на место.

— Брасс, вы здесь?

— Да, шеф.

— Хорошо, тогда пойдем по списку. Посмотрим, кто у нас есть.

Агенты из шести городов отозвались на приглашение, сразу доложив о готовности.

— Так, отлично. Прошу участвовать как можно более неформально. Почему бы нам не услышать всех по очереди? Брасс, ваше слово будет последним. Итак, Флорида. Тед, это вы?

— Так точно, сэр, вместе со Стивом. Мы только что начали заниматься этим делом и надеемся получить что-то конкретное к завтрашнему утру. Пока имеется только ряд необычных обстоятельств, и думаю, это уже кое-что.

— Рассказывайте.

— Гм... это первая, как мы полагаем, остановка на пути Поэта: Клиффорд Белтран. Следующий инцидент, в Балтиморе, произошел спустя целых десять месяцев, и это самый длительный перерыв из всего, что мы знаем. Отсюда можно прийти к предположению о случайном характере первого убийства.

— Как считаете, Поэт мог знать Белтрана? — спросила Рейчел.

— Возможно. Но это лишь догадка, над которой работают. Есть ряд обстоятельств, с которыми мы уже паримся. Во-первых, это единственный раз, когда применялся дробовик. Сегодня мы просматривали заключение эксперта, да только в нем нет четкой картины. Большие повреждения за счет двух стволов. Мы с вами знаем, что обычно из этого следует...

— Гарантированное убийство. И вы имеете в виду личный момент? То есть подразумеваете знакомство или личную связь с жертвой?

— Верно. Наконец, само оружие. Судя по рапорту, оно представляло собой старенький «смит-вессон», хранившийся в туалете на верхней полке и совершенно незаметный снизу. Информация получена от сестры Белтрана. Он не был женат и жил в том самом доме, в котором вырос. С его сестрой мы сами еще не говорили. Штука в следующем: если это самоубийство, тогда нормально выглядит предположение, что он пошел в туалет и достал дробовик. Однако теперь мы считаем, что это не самоубийство.

— Как Поэт узнал о лежащем на дальней полке оружии? — спросила Рейчел.

— Вот именно... Откуда он мог знать?

— Хороший вопрос, Тед, — сказал Бэкус. — Мне нравится. Что еще?

— Последнее обстоятельство, оно может создать нам проблемы. Репортер еще там?

Присутствующие дружно посмотрели на меня.

— Да, — ответил Бэкус. — Хотя мы ничего не записываем. Можете говорить вполне свободно. Не так ли, Джек?

Кивнув в знак согласия, я не сразу осознал, что этого жеста в других городах не увидят.

— Это правда, — подтвердил я вслух. — Ничего не записывается.

— Понял. Хорошо, тогда продолжу. Пока это по большей части домыслы, мы не знаем, как эта информация согласуется с той, что уже подтверждена. При исследовании тела первой жертвы, мальчика по имени Габриэль Ортиз, коронер, основываясь на исследовании слизистой и мышц заднего прохода жертвы, пришел к выводу о сексуальном насилии, причем на протяжении длительного периода времени. И если тот, кто убил мальчика, был его насильником в тот же период, это обстоятельство не согласуется с нашим предположением о случайном выборе жертв. По крайней мере на это не похоже.