Шрифт:
Ричард Мэтисон
КОРАБЛЬ СМЕРТИ
Перевод с англ. Н. Савиных
Первым его увидел Мэйсон.
Он сидел перед большим обзорным устройством и делал какие-то пометки, в то время как их корабль проплывал над новой планетой. Карандаш Мэйсона быстро скользил по карте-сетке, которую он держал в руках. Еще немного, и они опустятся на поверхность, чтобы взять образцы. Минералы, растения, животные. Если, конечно, они что-то найдут. Там специалисты все осмотрят, исследуют и дадут оценку. Затем, если все нормально, на их рапорте будет поставлен большой черный штамп "ПРИГОДНАЯ ДЛЯ ОБИТАНИЯ", а это значит, что они открыли еще одну цланетку, куда в самом скором времени прибудут колонизаторы с перенаселенной Земли.
Мэйсон делал приблизительную топографическую схему, когда вдруг заметил на поверхности блестящий предмет.
– Я что-то видел.
Он получше настроил свой обзорник и повернул его обратно курсу.
– Что ты видел?
– спросил Росс. Он сидел за пультом управления.
– Что-то сверкнуло, не обратил внимания?
Росс заглянул на свой экран.
– По-моему, мы прошли над озером.
– Это не озеро, - возразил Мэйсон, - это было что-то на участке рядом с озером.
Он быстро набрал на пульте команду, и большой корабль мягко повернулся, сделал дугу и направился обратно.
– Сейчас следи внимательно, - сказал Росс, - нужно проверить. У нас не так уж много времени.
– Слушаюсь, сэр.
Мэйсон, не мигая, прильнул к обзорному устройству. Далеко внизу медленно проплывали, чередуясь, леса, поля и реки. Навязчивая мысль о том, что вот он - заветный момент, настал, вертелся в голове. Момент долгожданного контакта землян с иной, неведомой жизнью, с расой существ, возникших из других клеток, развившихся на другой почве. Это была мысль, не дававшая покоя, у год этот, 1997, может быть, войдет в историю. Может быть, сейчас он, Росс и Картер управляют современной "Санта-Марией" на пути к открытию новой Америки. Они - у руля серебристой стремительной каравеллы, бороздящей космические просторы.
– Смотри, - крикнул он, - вон там.
Он посмотрел на Росса. Капитан пристально следил за поверхностью. Мэйсон знал это выражение лица. Тщательный анализ ситуации, за которым вот-вот последует решение.
– Что это такое, как ты думаешь?
– Мэйсон хотел сыграть на честолюбии капитана.
– Может быть, и корабль, но точно сказать нельзя. Ну что же ты, решай быстрее! Спустимся и посмотрим. Мысленно Мэйсон убеждал капитана, зная, что советовать ему он не в праве. Решение должно быть принято Россом. Иначе они даже не остановятся.
– Мне кажется, ничего особенного, - еще раз уколол он капитана.
Мэйсон сгорал от нетерпения. Он следил за пальцами Росса, настраивающими обзорник.
– Садимся, - произнес Росс, - в любом случае нам необходимо взять образцы. Единственное, чего я опасаюсь...
Он тряхнул головой. Ну садимся же! Мэйсон едва сдерживался. Быстрее вниз и... Росс размышлял. Его полные губы были плотно сжаты. Он взвешивал. Мэйсон затаил дыхание.
Росс медленно покачал головой. Решение назревало. Мэйсон вздохнул. Он следил за капитаном, как тот крутил настройку, потом перешел к приборам управления. Корабль наклонился и начал переходить в вертикальное положение. Кабина слегка дрожала в ответ на отработку гироскопов. Небо над ними развернулось на девяносто градусов, в иллюминаторах появились облака. Корабль сейчас смотрел прямо на солнце новой планеты. Росс выключил маршевые двигатели, и после секундного зависания они почувствовали, что быстро летят вниз.
– Что такое? Уже садимся?
Микки Картер вопросительно выглядывал из левой двери, ведущей к багажным контейнерам. Он вытирал свои жирные руки о бока зеленой спецовки.
– Мы что-то заметили там, внизу, - объяснил ему Мэйсон.
– Шутишь небось, - Микки подошел к обзорнику Мэйсона, дай-ка взглянуть.
Мэйсон настроил объектив получше. Они оба следили за надвигающейся планетой.
– Не знаю, сможем ли мы... вон оно, смотрите, - Мэйсон обернулся к Россу.
– Два градуса восточное, - последовала команда.
Росс дотронулся до шкалы, и направление падения сразу изменилось.
– И что вы об этом думаете?
– спросил Микки.
– Ну и ну!
Микки все с большим интересом следил за экраном. Его широко раскрытые глаза не отрывались от крошечной точки, которая постепенно становилась все больше и больше.
– Похоже на корабль, - сказал он, - очень похоже.
Медленно выпрямившись, он встал позади Мэйсона и продолжал наблюдение.
– Реакторы, - произнес Мэйсон.
Росс резко нажал на кнопку, и двигатели сразу же отреагировали выбросом раскаленных газов. Скорость упала. Ревущие огненные сопла плавно замедляли снижение. Росс сидел за пультом.
– А по-твоему, что это такое?
– спросил у Мэйсона Микки.
– Я не уверен. Но если это окажется корабль...
– Мэйсон задумался. Он знал, что не должен давать волю фантазии. Может ли этот корабль быть земного происхождения. Это-то нам и предстоит выяснить.
– Может быть, сбились с курса?
– неуверенно предположил Микки.
Мэйсон пожал плечами.
– Вряд ли.
– А что, если это все-таки корабль? И не наш корабль? Картер облизывал пересохшие губы.
– Страшно представить. Ты только подумай.
– Воздушное торможение!
– скомандовал Росс.
Мэйсон включил систему воздушного торможения. Она обеспечивала мягкое касание, как будто на подушки падаешь. Можно было стоять и не заметить момент приземления. Но такая штука имелась только на последних моделях правительственных кораблей.
Касание. Корабль встал на задние опоры.
Появилось характерное неприятное чувство слабого покачивания. Корпус корабля замер, задрав свой нос кверху и ярко сверкая под незнакомым солнцем.
– Всем держаться вместе. Никаких лишних действий. Это приказ.
Росс встал со своего кресла и жестом дал команду наполнить атмосферным воздухом маленькую камеру в углу кабины.
– Три против одного, придется одевать шлемы, - снова начал Микки их игру с Мэйсоном.
– Проиграешь.
– На каждой новой планете они спорили, есть ли там воздух, пригодный для дыхания. Микки всегда ставил за скафандры, Мэйсон - против. Пока счет был равный.
Мэйсон включил заполнение. В камере глухо зашипело. Микки вытащил шлем, напялил его и прошел в двойные двери. Слышно было, как он закрыл их изнутри. Мэйсону хотелось включить боковой рбзорник и взглянуть, что же там снаружи. Но он медлил. Он растягивал удовольствие.