Чтение онлайн

Пальцы мужчины перемещаются на мои бедра. Надавливают, сжимают, оставляя синяки на коже. Он управляет моими движениями, я сама рвусь ему навстречу. Он делает все жестко, яростно. Торвальд Арвид не умеет любить, только владеть. Он уже не контролирует себя, входит глубоко и сильно, но это именно то, что мне сейчас нужно. В этом мы тоже совпадаем. Не чудо ли? Одно жаль: не вижу его лица, не могу коснуться губ в поцелуе.

Мужская ладонь накрывает чувствительную грудь, сдавливая сосок, и я окончательно теряюсь в ощущениях. Тор не жесток, но он и не нежен. Его почти звериная несдержанность невероятно меня заводит. Я умоляю — еще! еще! — между всхлипами.

Такой ритм нельзя поддерживать долго. Мы не просто достигли пика быстро и одновременно, мы словно разбежались и, сорвавшись со скалы, рухнули в бездну. Перед глазами потемнело. Кажется, я что-то кричала, возможно, даже выругалась. С вежливой тихоней Аней Беляевой подобного прежде не случалось. Но необузданная натура Алианны прорвалась. Она еще та дикая кошка.

Тор обнимал меня сзади, а я дрожала в его руках. По телу гуляли остатки эйфории, отдаваясь то здесь, то там приятной судорогой. Я совершенно расслабилась, стала податливой как пластилин, и словно в насмешку мужчина отпустил меня.

Я, обернувшись, привалилась спиной к стене, так как ноги едва держали. Тор, опустив голову, застегивал ремень. Волосы скрывали лицо. Он нарочно прятался за ними, как за ширмой.

Я снова тянусь к нему — откинуть пряди с лица, посмотреть в глаза. Но рука не достигла цели, он перехватил и отбросил ее, а затем сделал шаг назад. Но я все же поймала взгляд — для человека только что побывавшего на пике наслаждения в его глазах слишком много боли.

— Ложись спать, — повторил он глухо.

Близость ничего не изменила между нами. Тор этого не сказал, но я поняла без слов. Он корит себя за слабость и меня за искушение, перед которым не устоял. Сейчас бесполезно давить на него. Пусть эмоции улягутся, мы обсудим все позже.

Говорят, от любви до ненависти один шаг. В свое время Тор его сделал. Но кто сказал, что нельзя повернуть назад? Мне вдруг захотелось помочь ему проделать обратный путь.

Я наклонилась за рубахой, оделась. Обошла мужчину так, чтобы случайно не соприкоснуться. Только не дотрагивайся до меня, я не выдержу, не смогу и дальше притворяться, что мне все равно.

Прилегла на свою половину плаща. Подогнув ноги, обхватила их руками. Заснуть — все, чего я сейчас хочу.

 Усталость взяла свое, и я уснула, причем довольно быстро. Последнее, что почувствовала, как Тор укрывает меня. На его заботу никак не отреагировала. Пусть сначала разберется в себе, я не из тех, кто любит сложные отношения на грани. Мне подавай спокойное счастье с милым. С Торвальдом хорошо в постели, но семейную жизнь на одном сексе не построить.

Проснулась я от солнечного луча упорно лезущего в глаза. Солнце уже встало и заглянуло в пещеру, где я была одна. Что-то подсказывало — Тора звать бесполезно. Он давно ушел. Вернулся в замок, чтобы встретить меня в числе прочих. Хотелось верить, он сделал это ради прикрытия, а не из желания держаться подальше.

Встав, я поняла, что забыла вчера про мокрую одежду. При мысли, что придется надеть мокрое платье, меня передернуло. Но одежда нашлась разложенной на камнях около входа в пещеру, где ее припекало солнышко. Сорочка и кафтан высохли, платье было лишь слегка влажным — шерсть долго сохнет.

Я мысленно поблагодарила Тора за заботу. Как в одном мужчине уживаются столько противоположностей? Мне не понять.

Я оделась, перекусила вяленым мясом с хлебом, оставленным мужем, запила водой из фляжки. Пора выдвигаться в путь. Пока шли сюда, Тор делал все, чтобы я запомнила обратную дорогу, так что проблем не возникнет.

Я хотела захватить с собой плащ и флягу, но передумала. Как буду объяснять, где их взяла? То-то же. Пришлось оставить их в пещере, тщательно спрятав за камень. Тор вернется и заберет.

На путь до крепости ушло часа два. Далеко мы забрели. По пути никто не встретился, но ощущение, что за мной приглядывают не покидало. Возможно, еще один скромный наблюдатель следит за тем, чтобы я добралась до крепости живой и невредимой. Что ж, пусть так. С эскортом даже спокойнее.

Ворота крепости Арвид стояли распахнутыми настежь. Меня ждали. Это приятно. Заметив меня, постовой на стене подал знак — ударил в колокол, и навстречу вышла толпа. Все хотели посмотреть на оправданную богами.

Люди улыбались и приветливо кивали. Меня встречали как героиню. Даже вчерашние охотники радовались моему возвращению. В толпе было всего одно недовольное лицо — свекрови. Гунхильда не скрывала разочарования. Ее буквально перекосило от злости. Как бы инфаркт не хватил. Вот она — змея, подавившаяся своим ядом.

Ну, пусть злится. Что-то изменить она все равно не в силах. Меня оправдали сами боги. Людской суд больше не властен надо мной. Единственное, о чем волновалась, как бы она не сдала Тора.

Поравнявшись со свекровью, я взяла ее под локоть и сказала на ухо:

— На этом всё. Еще раз полезете ко мне, пожалеете.

— Зарежешь меня, как Вила? — она уже спрятала эмоции за маской равнодушия. — Впрочем, боги оправдали тебя. Кто я такая чтобы спорить с их решением?

— И правильно, — кивнула. — Не спорьте. Боги не любят, когда им перечат. Могут и покарать.

Гунхильда отшатнулась, у нее вытянулось лицо. Чего скрывать, приятно утереть ей нос. Ради этого стоило пережить весь ужас с охотой.