Чтение онлайн

— Ты кто? — вырвалось у неё. И прижала руки ко рту, глядя на недовольного Тима. — Ну… Я хотела спросить, кто ты и где работаешь? — «Последнее, может, не надо бы спрашивать?» — мелькнуло в мыслях.

А Леонтий сипло захохотал. И начал раскачиваться на стуле, тоже с великим интересом глядя на младшего брата.

— Хватит ржать, — когда старший брат постепенно стал успокаиваться и мог расслышать его, пробормотал Тим. Покосился на Киру, потянул носом, как нахулиганивший пацан, и насупился.

— А чё не поржать? — радостно сказал Леонтий. — Я-то всё знаю, но ты попробуй-ка объяснить это человеку со стороны! — И снова захохотал, почти счастливый.

— Ладно, и объясню, — чуть не с угрозой сказал Тим и показал брату кулак — жилистый такой, конкретный. — А ты — не пугай её. Она ведь не спрашивает, как и что получилось… Она спрашивает, кто я. — И уже с некоторым смущением сказал: — Кира, не бойся. Всё нормально. Я хозяин этого посёлка.

«Маша, я Дубровский». Наверное, бывший офицер именно с такими интонациями признавался нежной барышне в сокровенной тайне!.. Кира, открыв рот, смотрела на Тима. Хозяин посёлка?.. Вот этого огромного, с улицами, на которых заблудиться можно? С частными домами, которые горделиво и, в общем-то, по праву называются коттеджами? А… А что это значит — хозяин?

И как ответом — воспоминание об одном из первых вечеров в этом доме, когда она нечаянно подслушала деловой разговор Тима. Помнится, он там кому-то угрожал, а потом деловито разговаривал о проводке и об электрике, а до этого обсуждал с кем-то вопрос, нужно ли заказывать ещё один трактор для расчистки одной из улиц посёлка, потому что тамошний жилец собирается приехать… Кира попробовала на язык: работает хозяином коттеджного посёлка. Ничего себе… Но он же сам сказал — игрок!

Или это не он говорил? А сказали о нём?..

— Кира, хватит на меня пялиться, — уже мрачно сказал Тим. — Пора ужинать. Леонтий, ты предупредил тётю Соню?

— Да она меня видела, — снисходительно сказал старший брат. — Я ей сказал, что мы с Кирой в небольшую аварию попали. Она поорала на меня немного и успокоилась. Так что всё ништяк и всё благоухает.

Кира, обомлев, смотрела на Леонтия. Он сказал впечатлительной старушке про небольшую аварию?.. Долго переживать ей не дали. Тим решительно встал и подал ей руку. Даже не столько подал, сколько сам дотянулся до её ладони, сжал её и помог подняться девушке с места.

— Пошли ужинать. Жрать хочется после всего, что с вами случилось, как из ружья… Леонтий, учти, я с тобой ещё не говорил!

— А что Леонтий, — невольно заворчал старший, грузно вставая со стула, — чуть что — сразу Леонтий. Помог девчонке, чего ещё говорить…

— Ещё раз без предупреждения смоешься — прибью, — на полном серьёзе предупредил Тим, таща Киру за собой.

Девушка и не упиралась. Она просто прийти в себя до сих пор не могла. Тут и великое открытие, кто хозяин дома, и словесно жуткий разговор братьев, который без валерьянки слушать ну никак… Кира украдкой даже вздохнула: неужели Тим со всеми так разговаривает? Не только с домашними? Нет, она могла представить его грубо говорящим среди молодёжи, которая явно с удовольствием наезжает в его дом по приглашению. Парни и девушки наверняка на ура принимают его поведение и разговор… Но что, если он так говорит со всеми? Хозяин посёлка… Вроде по телефонам он тогда говорил нормально?.. Нет, первая реплика была — он кого-то за что-то сожрать хотел. Точно — он так сказал. А в первое их знакомство он врезал пьяненькой девушке по заду — и хорошо так врезал…

За ужином, который начался спокойно, несмотря на ворчание старушки и радостные вопли Леонтия, Кира, несколько оглушённая новостями, отстранённо наблюдала за происходящим. Когда Леонтий выдохся и взялся за трапезу, тётя Соня строго посмотрела на старшего из братьев, а потом предупредила Киру, чтобы та больше с ним не ездила.

— Кирочка, тебе повезло, что рядом с этим охальником только царапинами и отделалась! Он ведь не одну машину сгубил! Ох, гоняет, когда не надо! Хулиган!

Обрадованный Леонтий немедленно оторвался от своей тарелки и начал на ходу придумывать страшные подробности якобы аварии, пугая старушку. Посыпались воспоминания о канавах, которые приходилось переезжать на огромной скорости, о гаишниках, которые полчаса гнались за ними…

Тим ел спокойно и сосредоточенно, будто мысли помогали крепостной стеной отгородиться от бесполезного для него разговора и сосредоточиться на предстоящей работе. Кира несколько раз взглядывала на него, пытаясь соотнести образ, придуманный ею, и высказанную истину. Она-то представляла себе, что Тим выиграл этот коттедж у какого-то неудачника в карты!

А потом навалилась чёрная депрессия. Со случайным хозяином прекрасного коттеджа она ещё могла смириться. Могла помечтать о том, что этот грубоватый мужчина вдруг обнаружит, что рядом с ним женщина, на которую стоит обратить внимание. Могла помечтать что-то изменить в его доме — и так, чтобы ему это понравилось, чтобы он оценил её попытки сделать коттедж более уютным. Для него.

Но теперь… Теперь, когда Тим рассматривает её только как человека, близкого ему, как близки ему тётя Соня и старший брат… Как человека, принадлежащего, скажем так, к его компании…

«Такое отношение даже обидно, — грустно заключила Кира, ковыряясь в салате. — Потому что о Тиме даже помечтать теперь нельзя. Он всё поймёт с другой точки зрения. С точки зрения богатого человека, вынужденного заботиться о проблемах приблудыша». И так ей стало себя, сиротинку-приблудыша, жалко, что горячие слёзы снова чуть не подступили к глазам.

— Вот дурища-то-о!! — ворвался в её горестные мысли радостный вопль Леонтия.

Оторопев от неожиданности, словно получив ответ на незаданный вопрос, Кира волей-неволей прислушалась к разговору и поняла, что Леонтий рассказывает о своей последней любовнице, как он её гордо называл.

В очередной раз посмотрев на Тима, Кира наткнулась на спокойно изучающий взгляд. Заставила себя улыбнуться и взяла из вазы с фруктами дольку апельсина.

После ужина Кира вызвалась самостоятельно помыть посуду — к великой радости тёти Сони, которая была большой любительницей готовки (и вкуснейшей готовки!), но мыть посуду терпеть не могла. Так что девушка смогла некоторое время после мытья посидеть в опустевшей столовой комнате, размышляя, позвонить ли Маше. От идеи отказалась. Подруга перепугана. Сейчас постепенно успокаивается. Звонок от неё, от Киры, воспримет как знак новой беды.

И хотелось подумать о Тиме, зная, что её пока никто в столовой не удосужится искать, в то время как в комнату могут заглянуть все, кому не лень.

Она сознавала, как появилось робкое чувство интереса к Тиму… Он настолько отличался от всех знакомых ей мужчин, что она поневоле начала приглядываться к нему. Противоречий в его характере — куча. Как и в действиях: спас, наорал, назвал дурой, но позаботился. Сейчас же, когда он признался, насколько богат, он, конечно, не поверит в её искренний интерес к нему… Она шевельнулась, глядя на бинты вокруг кистей, намокшие после мытья посуды… Как он вёл её вниз — сильно и уверенно. Она до сих пор чувствовала его тяжёлое пожатие…