Чтение онлайн

– Не можешь ты спокойно жить, Коля? – вкрадчиво поинтересовался рефери.

– Стараюсь, Василий Степаныч – ответил я, – получается плохо. Москвичи первые начали.

– Первые начали, – передразнил меня пузатый судья. – Как ребенок, ей богу, Коля.

Он обернулся, посмотреть, не глядят ли на нас, а после подал руку. Я ее пожал.

– Ты хоть знаешь, кому в морду дал? – спросил он.

– Мудаку, который не умеет себя вести, – честно признался я.

– У мудака фамилия есть. И фамилия эта Спиридонов.

– Сын того самого, который за «Динамо» гонял?

– Ага. А этот за нашу молодежку уже привлекается. Непростой парень. Ты бы аккуратнее, хотя чего уж теперь… Петрович где? – спросил он.

– Обещал прийти. Задерживается, наверное.

– Давайте, через двадцать минут начало. И не лезь сегодня больше никуда. Выясняйте все на поле, – сказал он и тут же поспешил добавить. – В пределах правил, разумеется.

– Постараюсь.

Я проводил его взглядом и открыл рюкзак, вытаскивая фишки. А после расставил их по полю. А сам быстро переоделся. Прям здесь. Вот еще время тратить, чтобы до раздевалки добежать.

– Федя, Белый, мячи принесли?

– Ага.

– Давайте, в три колонны. Ведение мяча до середины, потом передача. Я пока Ибру разомну.

Ибрагим – худой длинный татарин был нашим вратарем. Вообще, талантливый пацан, что называется, с данными. Если бы у нас еще тренировки вратарей были – так он точно бы стал. А так играл в основном на рефлексах. Единственное, за все года научился позицию правильно занимать. Но по технике был сыроват.

Вот и сейчас он ловил мячи с моих подач, пытаясь сразу фиксировать их стертыми почти до пальцев перчатками.

– Ибра, твои сегодня будут? – спросил я.

– Неа. Отец на работе, мать с малым, – ответил тот.

Я кивнул, хорошо. Когда на матче присутствовали родители, играл наш вратарь плохо. Всегда волновался, оглядывался, ожидая реакции. А реакция была. Отец то и дело орал на него, вводя в еще большее смятение. Иногда родитель – самый худший враг начинающего футболиста. Да что там, очень часто.

– Пацаны, пас через стеночку. На месте не стоим, семеним ногами! Что вы как мухи сонные? Щас вас москвичи разбудят.

Команда у нас была неплохая, но уж очень подвержена настроению. Могли лидеров обыграть, а порой аутсайдерам сливали. Я мог надеяться, что небольшая стычка с москвичами настроила всех на боевой лад.

– Длинные пасы в одно касание! Темп, темп! Макс, ногой об наковальню постучи! Почему ему три шага надо делать после твоего паса?

– О, Коля, начал уже, молодец!

На поле, постепенно заполняющееся зрителями, появился наш тренер, Геннадий Петрович. Ну, или просто Петрович. В прошлом профессиональный футболист, даже в ФНЛ играл до тридцати восьми. А потом, когда вышел в тираж, выяснилось, что никому он особо не нужен. Без образования, без специальности. Благо, хватило ума, прошел какие-то курсы на детского тренера и оказался у нас.

Вообще, мужик он был неплохой. Детей любил, а не орал, в отличие от других наставников. И научил нас многому. Одна у него была беда – бутылка. Вот и сейчас Петрович шел неуверенной походкой, оглядывая собравшихся мутными глазами. Либо с жуткого похмелья, либо еще пьяный.

– Команда, давайте сюда, – сказал он. – Размялись? Молодцы. Короче, не слушайте никого, играйте в свое удовольствие. Нам тут все равно ничего не светит.

– Ты, Петрович, мотиватор от Бога, – ухмыльнулся я.

– Как есть, так и говорю. Не садитесь под противника. Главное, высокий прессинг, заставляйте их ошибаться и свои позиции не прое… не теряйте. Не давайте им поднять голову и принять решение. Коля, по полю расставишь всех? Я схожу водички возьму.

Я кивнул.

– Максон центральный нап, Шиха, ты под ним. Я и Горян опорники. Правый Край нападения Илюха, левый Князь…

Все слушали меня внимательно, будто это был последний матч в нашей жизни. Хотя, наверное, так оно и есть. На подобном уровне вряд ли мы еще когда-то поиграем. Скоро каникулы, кто поступит куда, кто в армейку пойдет. Да я и сам собирался с футболом завязывать. Слишком много он времени отнимал.

– Пацаны, садимся чуть глубже, мы их все равно не перебегаем. Но и бить не даем. Наш шанс – контратаки.

Василий Степаныч свистнул и махнул нам рукой, приглашая к центру поля. Я глубоко выдохнул, пытаясь унять волнение и пошел вперед. Команда поплелась за мной. Москвичи уже стояли, негромко переговариваясь. И что-то мне очень не понравились их довольные лица.

– Команде напротив наш физкульт-привет, – сказал тот самый мажор, а остальные вяло поддержали последние слова.

Ну-ну. «Напротив»? Ведь знал название нашей команды. В протоколе написано. Видимо, пытается вывести из себя.

– Команде напротив наш физкульт-привет, – ответил я.

Шеренги двинулись навстречу друг другу, пожимая руки. Я все ожидал какой-нибудь подлянки, вроде выставленной подножки или чего-то подобного, но Спиридонов-младший шепнул, когда мы приблизились: «Тебе конец».

Интересно, он действительно думал, что сможет меня подобным напугать? Я лишь усмехнулся и подошел к судье, как капитан команды. Следом двинулся и сам мажор. В самую старую игру под названием «Орел и решка» выиграл я, выбрав ворота. Взял те, которые располагались по солнцу. К тому моменту светило периодически пробивалось из-за туч. Ибре будет неприятно играть, поэтому его надо обезопасить. А вот во втором тайме может быть все, что угодно. Сегодня обещали «переменную облачность». Вдруг какая туча и набежит.

Мяч, соответственно, достался москвичам. Его установили на центр, а разыгрывать подошел сам Спиридонов. Понятное дело – нападающий. С такой-то фамилией и родословной, куда ж ему еще? Не вратарем же. Блин, и вратарь у них здоровый, под два метра. Ну ладно, мы еще посмотрим, что да как.

Мне показалось, что свисток прозвучал даже несколько тревожно. Спиридонов отпасовал мяч ближайшему партнеру, а тот уже катнул назад. И игра москвичей мне не понравилась с первых минут.

Они не стояли и смотрели, что там делают товарищи. А заполняли нужное пространство, отлично двигаясь без мяча.