Все о любви

Июнь 1820 года Девоншир

Воздержание.

Это даже звучало неестественно.

Аласдер Реджинальд Кинстер, широко известный, и не без оснований, как Люцифер, недовольно фыркнув, постарался выбросить это слово из головы и сконцентрироваться на том, чтобы направлять пару своих породистых вороных по узкой проселочной дороге. Она тянулась на юг, к побережью, где и находился Колитон, конечная цель его пути.

А вокруг раннее лето уже заключало природу в свои щедрые объятия. Кукурузные поля от дуновения ветерка покрывались рябью; ласточки кружились в вышине — черные стрелки на голубом фоне неба. Живая изгородь из причудливых кустарников стеной возвышалась по обеим сторонам дороги. Люцифер с облучка едва мог заглянуть за нее. Впрочем, в этой тихой сельской заводи не на что было смотреть.

Это вынудило его вновь вернуться к своим мыслям. Удерживая медленно бредущих вороных, он оценивал неприятную перспективу выживания без того типа женского общества, к которому привык. Это, безусловно, было тягостно, но он все же предпочел бы подвергнуться такой пытке, чем риску испытать на себе проклятие Кинстеров.

От него, и это Люциферу было известно, уже пострадали пятеро его ближайших родственников мужского пола. Все они были членами того печально известного сообщества, которое верховодило в свете в течение многих лет. «Коллегия Кинстеров» царила в кругах лондонских дам, оставляя позади целый шлейф чахнущих, томящихся, изнывающих от тоски особ. Все эти красавцы были чертовски отважны, дерзки, непобедимы, но до тех пор, пока проклятие не коснулось их, одного за другим. И сейчас Люцифер был последним, оставшимся свободным — без оков, не женат, и не раскаивался в этом. Он ничего не имел против женитьбы как таковой, но, к несчастью — в чем и состояла сущность проклятия, — Кинстеры не могли жениться просто так. Они заключали брак только по любви — на женщинах, которых полюбили они.

Сама мысль об этом заставила Люцифера вздрогнуть: он не мог смириться с тем, что мужчина может быть столь беззащитен перед чувствами. Вчера его брат Габриэль пострадал именно от этого.

И это было одной из двух основных причин, по которым он отправился в глушь Девоншира.

Люцифер и Габриэль были близки всю жизнь. Разница в их возрасте составляла лишь одиннадцать месяцев. Был только один человек в мире, кроме Габриэля, которого Люцифер знал так же хорошо, — их подружка по детским играм Алатея Морвеллан. Ныне Алатея Кинстер. Габриэль женился на ней вчера. И этот брак открыл глаза Люциферу на то, что проклятие может быть очень сильным и он просто не сможет сопротивляться. В данном случае любовь зародилась там, где ей совершенно не было места. Проклятие настигло нагло, безжалостно, властно.

Люцифер искренне желал счастья Габриэлю и Алатее, но абсолютно не имел намерения следовать их примеру.

Во всяком случае, не сейчас. А возможно, и никогда.

Что ему нужно от женитьбы? Что такого он мог бы приобрести, чего не имел сейчас? Все женщины были хороши; ему нравилось флиртовать с ними, он знал множество тонкостей, чтобы завоевать стойко сопротивляющихся, массу уловок, чтобы все-таки заманить их в постель. Ему нравилось учить их получать и дарить наслаждение. Этим, однако, и ограничивались его интересы в отношениях с противоположным полом. У Люцифера были и другие дела, и он ценил свою свободу, возможность не отвечать за кого-то еще. Он предпочитал жить так, как он жил, и не собирался что-либо менять.

Он был полон решимости избежать родового проклятия и полагал, что вполне сумеет обойтись без любви.

Итак, Люциферу удалось ускользнуть со свадебного завтрака Габриэля и Алатеи. Он наконец покинул Лондон. После женитьбы брата Люцифер стал самой привлекательной целью для всех незамужних дам в свете. Поэтому он отверг все приглашения на загородные вечеринки и уехал в Киверстоун-Мэнор, поместье его родителей в Сомерсете. А сегодня рано утром покинул и это пристанище, направившись на юг через тихие поля.

Слева у пересечения с узкой дорогой, спускавшейся с холма, показались три коттеджа. Он медленно миновал развилку, и сразу за хребтом горы открылся вид на Колитон.

Окинув взглядом окрестности, Люцифер скорчил недовольную гримасу. Судя по всему, в этом захолустье шансы найти даму, с которой можно закрутить роман — замужнюю красотку, соответствующую его высоким требованиям и с которой он мог бы унять тот постоянный любовный зуд, жертвой которого были все Кинстеры, — равнялись нулю.

Воздержание, безусловное воздержание.

В ярких солнечных лучах чистенькая и аккуратная деревня выглядела воплощением истинной пасторали, как ее воображают себе художники, — воплощением мира и гармонии. Впереди справа по склону холма расстилались луга, а на вершине виднелась церковь, массивная древняя постройка, с примыкающим кладбищем. Сразу за ним начиналась еще одна дорога вниз, в отдалении сливающаяся с главной. Сама же главная дорога заворачивала левее, вдоль нее тянулся ряд коттеджей. Ближе к дороге, прямо на границе пастбища, находился пруд. Вороные немедленно замотали головами, заслышав кваканье.

Успокоив лошадей, Люцифер посмотрел налево, на первый же дом, спрятавшийся в зелени сада. Скользнул взглядом по надписи над воротами.

Колитон-Мэнор.

Конечная цель его путешествия.

Мэнор был симпатичным домом из светлого песчаника в два этажа, с мансардой и высокими окнами в стиле короля Георга. Дом был обращен фасадом к дороге, но словно бы прятался за невысокой стеной и густой растительностью сада, утопавшего в цветах. В центре сада, как раз на дорожке, ведущей от парадной двери к воротам, располагался фонтан. Линия высоких деревьев позади сада отделяла его от деревни.

С фасада гравийная дорожка огибала дом. От аллеи она была отделена просторным газоном, на котором тут и там росли вековые тенистые деревья. Сама же аллея тянулась почти до того места, где остановился экипаж. В отдалении поблескивала гладь искусственного озера.

Колитон-Мэнор выглядел так, как должно выглядеть жилище преуспевающего джентльмена. Это был дом Горация Уэлема, и именно поэтому Люцифер выбрал его в качестве своего временного убежища.

Три дня назад он получил письмо от Горация. Старый друг и учитель, которому Люцифер был обязан своими знаниями в области искусства и страстью к коллекционированию, приглашал его посетить Колитон при первой же удобной возможности. Случай не замедлил представиться, когда светские дамы обратили на Люцифера свои матримониальные взоры.

Одно время он был частым гостем Уэлема в Озерном крае. Но вот уже более трех лет, с тех пор как Гораций переехал в Девоншир, они встречались лишь на аукционах и собраниях коллекционеров, хотя и оставались столь же близкими друзьями, как и прежде. Это был первый визит Люцифера в Колитон.

Вороные затрясли гривами, их сбруя зазвенела. Натянув поводья, Люцифер едва сдерживал нетерпение — вновь увидеть Горация, пожать его руку, провести время в его обществе — обществе человека умного и образованного. Кроме того, он предвкушал и знакомство с той таинственной вещицей, о которой друг упомянул в письме: он желал знать мнение Люцифера по поводу находки, которая могла бы стать украшением его коллекции, хотя и не походила на обычные образчики ювелирного искусства. Всю дорогу от Сомерсета Люцифер размышлял о том, что бы это могло быть, но так и не пришел ни к какому заключению.