Чтение онлайн

— Я майор Трес. За мной!

Все послушно двинулись вслед за ним. Небольшой переход по коридорам и галереям до места расположения десантного наряда. Там уже было людно. Две такие же роты, как и у них. Майор вскинул руку, призывая к вниманию, воцарилась тишина.

— Внимание! Это — эсминец «Бесстрашный». Модификация «НЛ-24». Относимся к Первому резервному флоту. Наша задача — удержать врага любой, слышите — любой, ценой на линии Мижоро — Талатус — Цхеме. Подкрепления не будет долго. Так что — думайте сами. Но за нами — гражданские. Первое столкновение с «остроухими» ожидается завтра. Расчётное время — ноль семь по времени метрополии. Сейчас — всем знакомиться и отдыхать. Потом будет очень тяжёлый день, а возможно — и ночь. Всем всё ясно?!

— А кто будет нами командовать, господин майор?

— Я. Ещё вопросы?

— Никак нет! — донеслось сразу с нескольких сторон.

Майор шагнул к выходу из общей каюты, потом спохватился:

— Питание по пассажирскому наряду, на час позже экипажа. График — на стене, в изголовье койки. Сержанты, отвечаете за порядок.

И уже шагнул за порог, когда ему в спину полетело:

— Господин майор, у нас нет сержантов!

Тот замер на месте, дёрнулся, словно ужаленный. Пошарил в кармане, выудил уже всем знакомый офицерский планшет, впился глазами в экран. Несколько мгновений вглядывался в текст, потом вдруг выругался и, поднеся ко рту коммуникатор, что-то туда сказал. Замер на месте, ожидая то ли ответа, то ли чего-то ещё. Впрочем, десантники сразу занялись привычным делом — снимали обмундирование, занимали места, развешивали снаряжение по штатным местам.

— Иванов!

— Я!

— Держи!

В подставленную ладонь легли два квадратика. Трес отвернулся, выкрикнул снова:

— Черняховский!

— Я!

— Получи!

Такие же знаки различия легли в руки бывшего генерала армии.

— Симоненко!

— Я!

— Получи…

Выдав эмблемы ещё троим, майор успокоился:

— Вы теперь сержанты по полевому патенту. После боя, если покажете себя нормально, — подам на утверждение званий в штаб Флота. Отвечаете за порядок и дисциплину в расположении. Ясно?

— Так точно! — дружно рявкнула шестёрка свежеиспечённых командиров.

Трес усмехнулся:

— Хоть вы и недоделки, но, думаю, что старым солдатам долго учиться — только вредить делу. Ладно. Завтра всё увидим. Получите ваши новые планшеты после ужина на складе.

— Есть, господин майор!..

До ужина оставалось меньше часа. Поэтому пока пришлось отложить знакомство и заняться исполнением сержантских обязанностей: проверить, чтобы всё снаряжение было закреплено там, где положено и как положено. Озаботиться получением боеприпасов, разузнать, где находится столовая. Впрочем, как раз с этим напрягов не было — тип корабля был известен, а тактические планшеты, даже солдатские, имели подробную схему…

Накормили их неплохо. Ничуть не хуже, чем в учебном подразделении. Даже, пожалуй, и лучше. Десантники инстинктивно держались по привычным подразделениям. Да сержанты также. Тем более что их и назначили из числа бойцов. По два на роту. А значит, Михаил машинально прикинул состав стандартного экипажа десантного бота: у них шесть штук класса «Зубило». Пятнадцатиместного штурмо-абордажного корабля, оснащённого плазменно-молекулярным штампом, пробивающим вражескую обшивку. Нехило получается…

После вечерней проверки, когда всё уже было не раз проверено, народ наконец стал знакомиться. Искали земляков, однополчан, наконец — просто тех, кто воевал на одном фронте или в одних и тех же местах. Не повезло никому. Одна рота оказалась из тех, кто воевал на афганской войне, оказывается, была и такая, необъявленная. Вторая — из «чеченцев». Ветеранов войны в Чечне. Их рассказы все и слушали до самого отбоя. О гибели великой страны под названием СССР, о предательстве Горбачёва и Ельцина, продавших Родину и народ за право легализовать полученные взятки. Слушали и бессильно сжимали кулаки, не в силах что-либо изменить. Каменели скулы, намертво зажатые изо всех сил. Белели суставы рук, стиснутые до боли. Ненависть, злоба, желание наказать изменников, погубивших державу за никчёмные бумажки с портретами давно истлевших масонов. Поражались переменам, произошедшим на Родине. Не могли понять, почему народ терпит иуд, не поднимается на баррикады. И вывод выходил один — последнюю войну в чеченских горах развязали специально. И не столько для того, чтобы отмыть деньги, а чтобы удержаться у власти, уничтожить тех, кто помнил прошлое величие и мог подняться на новую революцию. Потому и гнали необученных мальчишек против профессиональных наёмников, продавали секретные карты и схемы операций. Останавливали войска, когда оставалось замкнуть кольцо окружения. Выводили из ловушек банды. Всё было направлено на то, чтобы погубить как можно больше людей. Самых умных, самых честных. Самых совестливых. Тех, кто мог «откосить», как они говорили, но тем не менее пошёл в армию, поскольку не мог уклониться от службы даже в мыслях…

Короткий вскрик сирены, объявляющий отбой. Казалось, будет не заснуть, ведь столько всего услышали и узнали, завтра первый бой, в крови кипит адреналин, мозг переваривает услышанное, но едва голова коснулась подушки, как Михаил провалился в глубокий, без всяких сновидений, сон…

Подъём. Завтрак. Медицинский осмотр. Затем — последняя проверка всего снаряжения и оружия. Михаил тщательно осмотрел своих подчинённых. Всё как положено по уставу: запасные обоймы, гранаты, резаки. Связь в норме. Сканеры, тепловизоры, датчики — согласно положению. Специальные средства. Доложил Тресу о готовности группы. Тот чуть помедлил с ответом, до сержанта донеслись далёкие голоса. Похоже, швартовые команды замешкались с готовностью штурмботов, если судить по витиеватым тяжеловесным матюгам, порхавшим в воздухе пусковой камеры. Но нет, высказав всё, что думает о самих механиках, их родителях и родственниках, а также о сексуальных предпочтениях последних, майор рявкнул в микрофон:

— Сержант, выдвигайтесь к третьему доку и начинайте готовиться к вылету. Передовые отряды уже вступили в бой.

— Разрешите вопрос, господин майор?

— Что ещё, сержант?!

— Как… там?

Трес вновь чуть помолчал, видимо прикидывая, стоит ли сообщать новости, потом, по-видимому, склонился к положительному решению.

— Жарко.

— Ясно. Разрешите начинать?

— Действуй, Иванов.

Михаил развернулся к застывшей шеренге и рявкнул:

— В третий док, бегом! Марш!

Встреченные в коридоре случайные флотские испуганно старались вжаться в стену, когда мимо них, топая массивными бронеботфортами, проносилась десантная команда. Выглядели штурмовики внушительно: закованное в доспехи тело, торчащие из плеч и локтей массивные лезвия крюков, раструбы стреломётов внизу запястий и горб блока жизнеобеспечения за спиной. Торчащий сбоку ствол крупного калибра, находящегося в специальных захватах, добавлял уважения…

Несколько минут, и шлюзовая дверь привычно развалилась на две части. Десантники ввалились в залитый светом прожекторов док. Шестигранная туша абордажника отчаянно парила сервис-люками, возле которых словно ошпаренные суетились обслуживающие роботы и люди. Кто-то, по-видимому старший, в оранжевом комбинезоне, отчаянно размахивал руками, пытаясь что-то втолковать двум понурым фигурам.

— Строиться у посадочной аппарели! — отдал команду сержант, сам направляясь к начальнику выпускающей команды. При виде надвигающейся на него глыбы металлопласта тот, по мере приближения десантника, всё снижал накал речи, а под конец и вовсе затих, со страхом глядя на массивную фигуру, нависшую почти на две головы над ним.

— Что у нас с машинкой?

— В-всё в норме, господин! Можете начинать!

— Точно?

— Так точно, господин!

— Смотри! Вернусь, если что не так — спрошу сурово.

С ухмылкой, хотя последнюю через сплошную черноту силикоидного стекла трюмный увидеть не мог, погладил шипастый кулак в боевой перчатке. Отвернулся, махнул рукой:

— Экипаж — в машину!

Строй мгновенно рассыпался. Все уже знали свои места, поскольку деление по номерам Иванов произвёл сразу после назначения командиром, поэтому ни суеты, ни споров не было. Стрелки, оператор прорубного штампа, рулевые, первая команда, вторая команда, зачищающие. Все уже на своих местах, пристёгнутые к внутренним системам жизнеобеспечения, чтобы не расходовать ресурсы доспехов. Он сам плюхнулся в командирское сиденье, чуть слышно пискнувшее системой амортизации, заученными до автоматизма движениями воткнул полевые разъёмы в положенные места. Короткий тест, и на экране забрала на мгновение высветилась схема функционирования. Всё в норме. Можно сказать, даже отлично. И хорошо. Окинул взглядом отсек — точно! Новенький! Только с завода, видать. Повезло! Тронул сенсор связи на панели: