Вертолёт, 2005 № 03

Российский информационный технический журнал

№ 3 (30) / 2005

Издается с июня 1998 года. Выходит 4 раза в год

Фотографии В. Соломахина (стр. 6 внизу), С. Солдаткина (стр. 6 наверху), Ю. Андронова (стр. 8–9), А. Норриса (стр. 40–43), А. Миля (стр. 46), В. Головушкина (стр. 48), а также из архивов авторов и редакции. На 1 стр. обложки вертолет «Ансат-РЦ».

М Н Е Н И Е

Объединенная промышленная корпорация «Оборонпром», созданная в 2002 году, — многопрофильная промышленно-инвестиционная группа. Ее уставный капитал составляет 4 млрд. 299 млн. 645 рублей. Акционерами корпорации являются: «Росимущество» (51 %), ФГУП «Рособоронэкспорт» (31,13 %), Республика Татарстан (15,07 %) и ОАО «Роствертол» (2,79 %). Генеральным директором корпорации с самого ее основания стал Денис Валентинович МАНТУРОВ (28 июня текущего года на очередном собрании акционеров он переизбран на эту должность на очередной срок), интервью с которым мы предлагаем вниманию читателей. Интерес к этому человеку со стороны нашего издания далеко не случайный — в соответствии с Указом Президента РФ от 29 ноября 2004 года и Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2005 года ОАО «ОПК «Оборонпром» — головная управляющая и владельческая компания вертолетостроительного холдинга. Кстати, карьера самого Мантурова тоже началась с вертолетов. В начале 90-х он, недавний выпускник МГУ, работал в российско-индийском СП, которое занималось авиаперевозками. В 1993 году поехал в командировку на Улан-Удэнский авиазавод, который в те годы, как и большинство других российских машиностроительных предприятий, переживал далеко не лучшие времена. От гибели завод спас экспорт вертолетов Ми-8, который наладило то самое российско-индийское СП. С 1998 года Д.В. Мантуров — заместитель гендиректора У-УАЗ, с 2000 — коммерческий директор МВЗ им. М.Л. Миля, с 2002 года — генеральный директор ОПК «Оборонпром».

— Денис Валентинович, какие цепи и задачи преследует создание холдинга, в состав которого войдут Московский, Казанский, Ростовский, Улан-Удэнский заводы и ряд других предприятий? Какую выгоду несет России объединение вертолетостроителей? Кто конкретно в последние годы являлся, если можно так выразиться, идеологом процесса объединения?

— Начнем с того, что идея интеграции не нова и не мы первые пытаемся воплотить ее в жизнь. Достаточно назвать такие известные и успешные мировые концерны, как Agusta/Westland и Eurocopter. В нашей стране процесс создания вертолетного объединения идет уже с 1998 года, но наиболее активно — только с конца 2003 года. Идеологом создания нашего холдинга, как, впрочем, и других интегрированных структур в ОПК, стал Борис Сергеевич Алешин: когда разрабатывалась Федеральная целевая программа «Реформирование и развитие ОПК (2002–2006 годы)», он был заместителем председателя Правительства РФ.

Движущей силой, локомотивом, сдвинувшим «поезд» с мертвой точки, стала компания «Рособоронэкспорт» и ее генеральный директор Сергей Викторович Чемезов. Когда он лично подключился к этому процессу, идея стала обретать реальные черты, началась отработка механизма объединения, решение юридических вопросов.

Что касается основной цели реструктуризации отрасли (кстати, ее признают и оппоненты создания холдинга) — это необходимость консолидировать разрозненное наследство советского военно-промышленного комплекса, восстановить производственные цепочки и повысить эффективность отечественной оборонной промышленности. В результате создания вертолетного холдинга Россия получит вертолетостроительную компанию мирового уровня. Объединение сделает возможным более рационально использовать производственные мощности — избежать дублирования производства, унифицировать модельный ряд, снизить производственные издержки и поднять производительность труда. В результате мы можем ожидать повышения конкурентоспособности российских вертолетов. Единая маркетинговая политика будет способствовать увеличению объемов продаж наших вертолетов за рубежом.

— Какова структура будущего холдинга? По какому принципу будет строиться управление холдингом?

— Относительно структуры будущего холдинга. Совсем недавно, в середине сентября 2005 года, участники вертолетостроительного холдинга — ОПК «Оборонпром», Московский вертолетный завод, Улан-Удэнский авиационный завод, Казанский вертолетный завод, Ростовский вертолетный производственный комплекс, Ступинское машиностроительное производственное предприятие и Московский машиностроительный завод «Вперед» — подписали корпоративное соглашение. Это соглашение определяет принципы и механизмы взаимоотношений участников холдинга, а также их права и обязанности. В нем говорится, что участники холдинга сохраняют юридическую самостоятельность и остаются после вхождения в его состав полноправными участниками производственного, коммерческого, маркетингового, сбытового и других корпоративных процессов.

Для координации совместной деятельности при «Оборонпроме» создан коллегиальный орган управления — Совет вертолетного холдинга. В него входят генеральные директора предприятий. Кроме того, в составе «Оборонпрома» также уже действует дирекция вертолетных программ, которая отвечает за текущее взаимодействие всех участников холдинга. Недавно на должность руководителя этой дирекции и одновременно моим первым заместителем был назначен бывший президент группы компаний «Каскол» Виктор Григорьев.

— Каким образом распределятся полномочия между Советом директоров «Оборонпрома» и Советом вертолетного холдинга?

— Это две совершенно разные по полномочиям и задачам структуры. Совет директоров ОАО «ОПК «Оборонпром» будет решать стратегические задачи, касающиеся развития всех предприятий корпорации в целом, поскольку это многопрофильная промышленная структура. На Совет вертолетного холдинга возлагается подготовка и принятие решений по наиболее важным аспектам деятельности созданного вертолетостроительного объединения.

— Денис Валентинович, а как будут направляться финансовые потоки и кто будет распоряжаться выручкой от продажи вертолетов?

— Когда речь идет о холдинге, такие вопросы не должны даже возникать, поскольку предприятия, входящие в объединение, как я уже говорил, не теряют своей юридической самостоятельности. «Оборонпром» имеет право корректировать ситуацию и влиять на политику предприятия. Пакет акций и корпоративное соглашение — вот два основных инструмента, которые дают это право. Мы даже не хотим делать центр прибыли единым, это «Оборонпрому» и невыгодно — придется больше платить налогов. Мы просто заранее определяем бюджетирование всех заводов. Концентрация ресурсов происходит на каждом предприятии отдельно, но расходуются и направляются эти ресурсы на какие-то программы по согласованию с центром. Самая главная наша задача — выработать кооперационные связи между заводами, чтобы они были заинтересованы друг в друге.

Именно этой работой и занимается дирекция вертолетных программ, которая состоит из шести комитетов: стратегического развития и координации программ, корпоративного строительства, ценных бумаг и управления имущественным комплексом, научно-технической, производственной политики и управления интеллектуальной собственностью, маркетинга и коммерческой деятельности, финансово-экономической политики и планирования, обеспечения деятельности холдинга. Руководят ими заместители директоров заводов, входящих в холдинг. Они уже назначены и приступили к работе.

Основная задача дирекции вертолетных программ — исключить по возможности дублирование. Для уменьшения издержек нужна концентрация при производстве каких-то конкретных элементов конструкции и агрегатов вертолетов. Но речь ни в коем случае не идет о стремлении загнать каждое предприятие в прокрустово ложе узко специализированного производства, как это стремятся представить иногда в средствах массовой информации. Весьма вольно, например, были интерпретированы слова Сергея Викторовича Чемезова, сказанные им в июне на выставке в Ле Бурже: он якобы сказал, что в планах холдинга — сосредоточить в Улан-Удэ только производство фюзеляжей, сборку же вертолетов проводить где-то на другом заводе. А вот четыре хорошо оснащенных и подготовленных лопастных производства, рассредоточенных по разным заводам, — тема для серьезных размышлений об интеграции, которая стала бы полезной для российского вертолетостроения в целом.