Шрифт:
«Witch» 1973, перевод Е. Годуновой
Глава 1
Как утверждала женщина – агент по продаже недвижимости, дом стоял на поляне, и, отправляясь в путь, Эллен, слегка вспотевшая в душной конторе маленького городка, не имевшей кондиционера, думала о тенистой прохладе леса с некоторым вожделением. Весна в Виргинии непредсказуема, и этот апрельский день вполне мог быть позаимствован у июля.
Но часом позже, порядком измучившись на ухабах проселочной дороги, такой узкой, что ветви деревьев хлестали по стеклам машины, она уже склонна была считать фразу о «поляне» сильным преувеличением. Ни намека на открытое пространство – повсюду ее окружала темная стена леса, сквозь которую не проникало ни малейшего дуновения ветерка. Воздух, пропитанный тяжелой влагой, был недвижим, и едва свернув с шоссе, Эллен вновь начала обливаться потом.
В одном, по крайней мере, ее не обманули: дом все же был, хотя больше походил на груду старых замшелых бревен, увитых лозами и утопающих в зарослях жимолости. Единственное видневшееся окно сияло неожиданной чистотой. Вероятно, где-то за пышными кустами роз имелась и дверь. Выключив мотор, Эллен сидела в машине, с любопытством разглядывая строение и чувствуя, как постепенно испаряется досада на скверную дорогу, после которой явно придется подновлять краску на капоте, а возможно, и менять рессоры.
Место было прекрасным. На темно-зеленом фоне сосен мерцали бледные звездочки кизила. Цветущие вишни и яблони слегка покачивали пушистыми веточками. Среди буйных сорняков сияли ярко-желтые нарциссы, а кусты сирени так благоухали, что перебивали неуместный здесь запах выхлопных газов.
И вокруг царила невероятная тишина, жуткая и таинственная, придававшая залитой солнцем вырубке ту же мрачность, какой веет от средневекового готического замка, темнеющего на фоне полуночных небес. В этом лесу время как будто остановилось, века текли, ничего не меняя, и казалось, что живут здесь вовсе не люди, а герои сказок – и отнюдь не добрых. Создания, собиравшиеся тут для ночных пирушек, были вовсе не прелестными феями в воздушных нарядах, а жутковатыми лесными тварями, кривоногими и пузатыми, покрытыми мехом и перьями, и на их получеловеческих лицах, должно быть, зловеще горели узкие звериные глаза.
Откинувшись на спинку сиденья, Эллен полезла в сумочку за сигаретой. Ей нравилось сидеть вот так, наслаждаясь мрачноватыми выдумками, и она не спешила встретиться с настоящим обитателем этого места, который, похоже, был не менее странным, чем порожденные ее воображением причудливые видения. Она вспомнила, как отзывалась о хозяине Роза Бэйтс, тот самый агент по продаже недвижимости, которая направила ее сюда, и невольно улыбнулась.
– Я не могу показать тебе дом, – сетовала Роза. – Эд ни за что не позволит сопровождать тебя туда, ибо предпочитает делать это сам. Так что тебе сначала придется заехать к нему. Честно говоря, мне совсем не нравится, что ты отправишься в одиночку, но если я поеду с тобой, этот старый шельмец и на порог меня не пустит.
Этой рекомендации оказалось вполне достаточно, чтобы Эллен прониклась симпатией к неизвестному Эду. Роза, перешедшая на «ты» с первых же минут их знакомства, была столь типичным представителем своей профессии, что это даже смахивало на карикатуру. Впрочем, все ее недостатки с лихвой искупались избытком рвения. В поисках «идеального» дома для Эллен они исколесили всю округу, хотя пару раз Роза была явно обижена той неприличной веселостью, которую Эллен выказывала при виде кошмарных сооружений из красного кирпича, с гордостью представленных ей в качестве образцов комфорта и респектабельности. Роза Бэйтс, похоже, склонялась к мнению, что ее клиентка просто капризничает и сама не знает, чего хочет, и это последнее предложение было продиктовано едва ли не отчаянием.
– Ну уж если и это тебе не подойдет... Этот дом принадлежал покойной мисс Хайбайгер, а Эд недавно его унаследовал. Тебе должно понравиться. Он был выстроен, кажется, еще до Войны за независимость. С ним продается около тридцати акров – прямо на краю Блу-Ридж: лес, пейзаж и все такое. Пожалуй, это как раз то, что ты ищешь, но Эд...
– А что Эд? – полюбопытствовала Эллен. – По твоим словам, он изрядный оригинал. Он случайно не...
– Нет-нет! – Ее собеседница залилась краской. – Я бы не позволила тебе связаться с кем-нибудь подобным. Эд терпеть не может женщин.
– Ну, это не гарантия, – возразила Эллен. Ответом ей был удивленно-проницательный взгляд. Розу мало волновала репутация Эда, но она явно была потрясена тем, что ее клиентка имеет представление о столь негативных сторонах жизни.
Эллен знала, что Роза считает ее непрактичной чудачкой. И дело было не только в том, что она выглядела много моложе своих тридцати восьми, ибо строгая диета и регулярные походы к косметологам – эта роскошь, доступная среднему классу, – позволили ей сохранить стройность фигуры, нежность кожи и великолепие пышных светлых волос. Женщин, подобно Розе выросших в провинции, бессознательно раздражала не только внешность Эллен, но и ее столичное произношение, ее манера одеваться и держаться.
– Да, это не гарантия, – сухо согласилась Роза. – В Чуз-Корнерз живет Джо Мюллер: развлекается стрельбой по собакам и кошкам, бьет жену и издевается над собственными детьми. Однако это не мешает ему иметь целых четырнадцать потомков, и далеко не все они – от миссис Мюллер... Бывает и так. Но тебе не следует волноваться по поводу Эда. Он отвратительный старый плут, но он джентльмен. У тебя не возникнет с ним проблем – если только тебе удастся отыскать его. Он живет в лесу, не желая ни с кем общаться, в какой-то старой развалюхе, которую называет домом. Я нарисую тебе карту.
Карта, изготовленная Розой на скорую руку, оказалась довольно точной. Эллен еще раз глянула на нее. Да, несомненно, она у цели, и пора, пожалуй, приступать к действию. Обитатель здешних мест все еще не подавал признаков жизни. Пусть Эд малоприятный чудак, все же Эллен надеялась, что он окажется дома. Столько мучиться и все впустую – это кого угодно доведет до бешенства. Выйдя из машины, она выбросила докуренную сигарету и только собралась раздавить окурок, как тишину потряс мощный возглас:
– Мадам! Вы меня очень обяжете, если не будете мусорить в моих владениях.
От неожиданности Эллен подпрыгнула и испуганно огляделась. По-прежнему никого не было видно, но в розовых кустах, подозрительно подрагивавших, угадывалось какое-то движение. Послушно наклонившись, она подобрала окурок. Ее белым перчаткам это явно не пошло на пользу.
Кусты, еще раз яростно содрогнувшись, произвели на свет некую личность, несколько староватую для младенца: это был высокий подтянутый пожилой мужчина в очках в золотой оправе и с потрясающей бородой – она доходила ему до пояса, закрывая всю грудь, так что о цвете его домотканой рубашки можно было судить только по рукавам. Она была пронзительно-голубой – такой же, как и его глаза за стеклами очков.