Чтение онлайн

— Я сам задаюсь этим вопросом, — кивнул Серафим. — Ты уж извини, но Андриана и Юля не самые известные персоны в твоём… давай называть вещи своими именами — гареме. И тут одну похищают, а другую тяжело ранят… но не добивают. Больше всего это похоже на какую-то месть. Причём именно тебе. И у меня — плохие предчувствия.

— У меня тоже, — я некоторое время хмуро смотрел в стол, а затем продолжил. — Я всегда боялся, что кто-то попытается свести счёты со мной через девочек. И, похоже, так оно и случилось. Узнаю кто — будет молить о смерти как о высшем благе. На куски порву тварь…

— Дорогой, успокойся, — прижалась к плечу Нина. — Я очень переживаю за Юлю и Андре, но злостью тут не поможешь. Надо подумать, кто мог такое сотворить.

— Володырь, сука… — выдохнул я и скрипнул зубами. — У него и раньше-то моральных принципов не было, а как в нём попугай подколодный воплотился, так можно ждать любой мерзости! К тому же эти полузвери… как раз в стиле ацтеков. У них же вроде были всякие… воины-крокодило-ягуары.

— А ведь ты прав… — задумчиво ответил Серафим. — Действительно традиция зоолатрии и тотемизма характерны для их культуры. Так что они с технологиями нашего мира, вполне могли пойти дальше отождествления себя с животными. И создать эдаких звероморфов.

— Звучит логично, но я бы не спешила объявлять войну Володырю…

— У нас и так — война, — буркнул я, но зайка не обратила на это внимания.

— …Только на основании подобных догадок, — закончила Нина. — Даже если это и так, первоочередная задача сейчас найти Юлю. И спасти её.

— Если она ещё жива… — буркнул я, понимая правоту любимой.

— Жива! — припечатала зайка с несвойственной её жёсткостью. — Жива! И даже не смейте думать обратное! И мы её обязательно найдём и спасём!

— По-другому и быть не может, — кивнул я вновь скрипнув зубами. — И твари, посмевшие их тронуть сдохнут в страшных муках, чтобы больше никто даже в мыслях не смел угрожать нашей семье. Кстати… а где Иви? Она же с нами была!

— Осталась в больнице, — удержала меня на месте Нина, когда я уже порывался вскочить и бежать искать эльфийку. — Сказала что подождёт и сама оценит состояние Андре. У неё… свои методы, так что пусть попробует.

— Кто с ней остался? Где остальные? Надо всех взять под усиленную охрану, — после произошедшего я был готов запереть всех дома. — Кто в кампусе отвечает за вопросы безопасности?

— Кузьма, я всё понимаю, но не надо впадать в паранойю, — Сафронов покачал головой, — Я как только получил сообщение, первым делом ввёл на территории режим повышенной боеготовности. Охрана заперла периметр, мышь не проскочит. Пусть оно и дискредитировало себя, но мы даже подняли «Поле Дембера». Может быть при постоянном непосредственном наблюдении за поступающими графиками, не полагаясь на автоматику, операторы и засекут что-нибудь. Плюс СОИ пригнали почти роту бойцов, в том числе взвод в тяжёлых экзоскелетах. Чтобы взломать такую оборону, танковый батальон с поддержкой артиллерии и авиации нужен, а не толпа недооборотней.

— Простите, нервы, — я устало откинулся на стуле и отхлебнул остывшего кофе. — Хочется куда-то бежать и крушить, рвать врагов на части… но кто бы знал, где эти сволочи.

— Да, бессилие убивает, — кивнула Нина. — Но нужно набраться терпения. Сейчас за дело взялись профессионалы и если будет хоть малейшая зацепка они найдут этих уродов. Кстати! А что насчёт эха чипа Юли? По нему же можно отследить её местоположение!

— Этим занялись первым делом, — поморщился Серафим, — К сожалению, как мне сообщили — абсолютно глухо. Полное ощущение, что её чипа попросту не существует.

— А это возможно? Его разве можно повредить на физическом уровне или кустарно извлечь? Или заглушить… — я недоверчиво взглянул на ректора. — Вы, как создатель, должны были хоть что-то узнать! Хотя бы жива Юля или нет!

— Раньше я считал, что ответ на все твои вопросы о чипе — нет! — Андрей Иванович всем видом показывал крайнюю озабоченность данным фактом. — Чип — хоть и имеет микроскопические физические размеры, для своего полноценного функционирования, дематериализуется пистолетом-имплантатором и вводится в пятую чакру как энергетический паразит. Хотя учитывая его возможности — то скорее симбиот, но сам принцип внедрения, был заимствован у «Ахилесового червя». Знаете кто это такой?

— «Ахилесовый червь» или «Стрела Аполлона» — простейшее магическое существо-паразит выявленный на Балканском полуострове, — тут же выдала Нина, а затем, слегка покраснев, добавила. — Несмотря на своё официальное название, поражает в основном одарённых женщин. Которые загорают и принимают солнечные ванны на прибрежном песке, пренебрегая нормами морали. Потому как… к нам проще попасть в организм. Он болезненно и очень быстро поражает первую чакру Муладхару и от того порой называется «Карой для Елены». После проникновения в организм смертность — мгновенная и стопроцентная…

— Так, в Грецию — ни ногой, — меня аж передёрнуло. — Это что же за монстр то такой…

— Да, в общем-то, выглядит, как обычный беленький волосок, — погладила меня по руке Нина. — Если трусики не снимать — то он абсолютно безвреден… Он туда… ну, в общем… с песком.

— В любом случае — принцип интеграции, мы взяли именно от этого существа, — дипломатично не стал развивать тему Сафронов. — Но в свете последних событий… не могу сказать наверняка. Энергетические поля Эллуриана даже в поверхностно не изучены, а о силах так называемых «богов» и говорить нечего…

— Что опять приводит нас к Кетцалькоатлю, — перебил я Серафима, в ярости хлопнув ладонью по столу, едва не развалив тот на части. — Это явно работа попугая! Он ещё тогда пытался на нас напасть, а сейчас спелся с пшеками и атаковал!

— Вынужден констатировать, Нина Святославовна, что эта версия выглядит довольно стройно, — кивнул Сафронов. — Но прошу вас всех не пороть горячку. Мы не можем утверждать наверняка, что виновен именно он. Все улики косвенные и притянутые за уши. А вот международные скандал, что разразится если ты вдруг атакуешь Кетцалькоатля, может перерасти во Вторую Мировую Магическую. Не забывай — у них тоже есть портал и даже большинство тех, кто сейчас занял нейтральную позицию, воспримут подобное нападение как очевидную попытку монополизировать новый мир.