Чтение онлайн

За город я поехал не один, а вместе с Шираиши Маной, моей одноклассницей, жившей неподалеку, и являвшейся заодно дочерью учителя, которого я себе нашёл. Мана, почти такая же высокая, как и я, скромно жалась в электричке к окну, позволяя мне спокойно читать свои записи, состоящие из кодировок различных блоков памяти, которые нужно было «обновлять» упражнениями для лучшей «записи». Прогресс в этом, главном для меня, направлении, шел хорошими темпами, позволив вычеркнуть уже двести три блока и добавить еще четыреста восемь. Время на дорогу потрачено не зря.

Впрочем, когда мы вышли на нужной остановке, Шираиши набралась смелости и задала вопрос о том, почему её отец внезапно сменил место обитания.

— Раньше более семидесяти процентов «надевающих черное», — начал объяснять я девушке, — Приходились на жителей деревень. Эти люди рано или поздно принимают решение жить в одном месте с такими же как они, образуя анклавы Темного мира. Здесь же, в таких тихих местах, открывают додзё и школы те из «надевших», кто прекратил активно развиваться в виду возраста, вроде моего деда, Горо Кирью. Такие поселения получают неслабую поддержку от правительства, да и от своих, еще живых, детей. Здесь очень мирно и безопасно.

— А п-почему отец раньше… — несмотря на то, что девушка не закончила вопрос, я её прекрасно понял.

— Потому что это не дом престарелых, Мана, и не приют. Комитет не швыряется деньгами направо и налево. Если человек не в состоянии позаботиться о себе — ему никто не будет помогать.

Темный мир, забавное наименование серой зоны, принятое на этой планете. К нему относится всё сомнительное, все аморальное и полузапрещенное. Шарлатаны, организованная преступность, уличные бойцы, шпионы, хакеры, проституция, торговля рабами. Всё, от почти белого до того, что чернее черного. Темный мир никоим образом не касается законодательства какой-либо страны, он, скорее, неписанный закон, маркирующий одного из своих. Поэтому, в такую вот деревню, что находится чуть ли не в пределах Токио, не приедут полицейские, даже если тут будет обнаружен с десяток трупов. Только люди из Специального Комитета.

Огаваза ждал нас на входе в деревню. Худой низкорослый человек, выглядящий лет на двадцать пять старше своего возраста, умудрился одновременно просиять при виде кинувшейся к нему дочери и нахмуриться на меня. Выглядел он значительно лучше, чем в те времена, когда я его увидел в первый раз. Уже не обтянутый кожей скелет, бормочущий под нос нечто безумное, но и не нормальный человек. То, что произошло с Суичиро, не могло быть вылечено, лишь купировано. Было чудом, что он до сих пор жив, «сломавшиеся» существуют плохо и недолго, даже если заботятся о себе, а у человека последние годы прошли на улице и впроголодь.

С трудом оторвавшись от дочери, он провел нас в находящееся неподалеку заброшенное додзё, где во дворе стояло несколько макивар, отличавшихся куда лучшим состоянием, чем потемневший от неухоженности дом с заваленной мусором крышей. Показав мне пару ударов и объяснив их значение, Суичиро вновь вернулся к дочери… затем, чтобы через пять минут подойти и, процедив несколько непечатных слов, показать еще кое-что. Я справился минут за десять. Он заставил отрабатывать удар локтем. Тут уже было гораздо сложнее, потому что бывший псих не пояснил элементы доворота туловищем, что пришлось постигать самому. Тем не менее, я не возражал, позволяя отцу и дочери наговориться. В следующий раз просто приеду без неё. Пусть навещает отца по субботам.

— Так, надоело! — в очередной раз подошедший Суичиро хмуро показал мне синай, тренировочный меч для упражнений кендо, — Если ты такой пришибленный, то поучи-ка мэн и котэ! Это элементарные упражнения с мечом, их набивают годами! Дай уже с дочерью поговорить, монстр!

— Зачем мне умение обращаться с холодным оружием? — спросил я, пока Огаваза демонстрировал удары. Спросил без какого-либо подтекста.

— Тебе это пригодится, поверь мне, — дёрнул щекой учитель, — Отрабатывай, даже если покажется, что исполняешь идеально. Через час-полтора придёт Ога-баба, она уведет Ману смотреть деревню. И это… ты не много на себя берешь, указывая нам с дочерью, когда встречаться?

— Не много, — взвесив в руке синай, я попробовал повторить хват сенсея, а когда тот начал багроветь, продолжил, — Твоя дочь одна из лучших учениц в школе, но у неё нет друзей, нет приятелей, кроме одной «надевшей черное», которая, к тому же, якудза. И моей сестры. Единственное время, которое Мана может провести с нормальными людьми — это на пробежке с нами каждое утро, и по воскресеньям, когда Эна её таскает то по магазинам, то в кино, то просто гулять. Ты хочешь, чтобы твоя дряхлая полудохлая туша стала последней затычкой в жизни молодой девушки?

— Ну и мерзкий же ты хер, Акира… — спустя минуту выдавил из себя бывший уличный боец, отворачиваясь и уходя.

Я отрабатывал удары. Это было упражнение уровнем куда выше, чем исполненные ранее. Моторика тела Огавазы, демонстрировавшего эти «мэн» и «котэ» находилась на качественно ином уровне исполнения, чем во время прошлых приёмов. Даже я, со своим опытом и пониманием работы тела, не мог сразу скопировать и запомнить на нужном уровне настолько отточенные техники. Как минимум, теперь, помня тренировки своего деда, который мне пра-прадед, я могу дополнить свою базу движений большим пониманием техничных ударов.

Спустя полтора часа упражнений у меня неслабо болели ладони и ныли запястья. Мелочь, демонстрирующая, что следует посвятить больше времени развитию запястий. Приём, которым я «успокоил» боксёра на месте собственноручно сожженного здания, был эффектен, но не эффективен, однако, отлично подходил для работы с любым человеком, обладающим небольшим весом и удобным размером черепа. Среди опытных и бывалых бойцов редко попадаются настолько легкие как тот смуглый таец (или филиппинец?), но на всякий случай пригодится. Пальцы у меня очень сильные.

Я даже настолько увлекся анализом своих ноющих от повторений мышц, что пропустил возвращение Суичиро.

— Вот смотрю я на тебя, — раздался неприязненный голос учителя, — и не пойму. Ты потомок самого Горо Кирью, признанный гений. Твой потенциал воистину велик. Зачем тебе такой учитель как я? Зачем тебе «мусорщик»?

— Тебе короткий ответ или длинный? — поинтересовался вспотевший я, опуская синай.

— Давай сначала короткий. Потом длинный, — севший на скрещенные ноги неподалеку Огаваза проявил неожиданную сообразительность, — Хочу тебя получше понять, гад.