Титан империи 5
Шрифт:
Курсанты уже собирали манатки и выскакивали из поезда прямо на ходу. Вагон понемногу пустел, а мне, пожалуй, не помешает и добавка.
— Эй, дружище, — послышался быковатый голос, и я обернулся в самых расстроенных чувствах.
Голос за спиной. Вот так всегда и начинаются истории…
Ладно. Главное постараться в первый день обойтись без дуэлей.
Но, как оказалось, обращались вовсе не ко мне, и целью повышенного внимания стал Иван. Вокруг его стола быстро образовалась небольшая кучка враждебно настроенных рослых парней в форме ГАРМа. Бляхи их ремней сверкали серебряными вставками.
Кстати, а где мне найти такую же форму? Приталенная, воротнички наглаженные, сапоги, пуговицы и ремешки сияют как на выставке, при мечах — красиво, как ты не плюнь! А вот я свои мечики оставил в спальне. Обидно, если что-то пойдет не так и начнется очередная история с членовредительством.
А я был уверен — рано или поздно, она начнется. Глаза пареньков сверкали совсем недружелюбно.
— Привет… — буркнул Иван в ответ «друзьям» и заерзал на стуле.
Тут же рядом с ним уселся кудрявый парень и «по-приятельски» схватил его за плечо.
С другого бока пристроился еще один, два встали сзади, и вот Иван Ильич в ловушке.
Кажется, я стал свидетелем обычной для всех миров сцены. Старшие прессуют младших. Вернее, аристо прессуют простолюдина. Классика жанра.
— Не привет, а здравствуйте, ваше… — сказал кудрявый с максимально серьезным лицом.
— Слушай… — начал было Иван, но тут рука не плече сжалась крепче.
— Чего?
— Здравствуйте, ваше…
— Ну?
И Иван проговорил одними губами — «сиятельство».
— Я только что из рейда, а на мне ни пылинки, — сказал кудрявый. — А ты почему выглядишь как жеваная котлета? Пусть ты и простолюдин, Ваня, но все же курсант ГАРМа.
— Николай Александрович, — сказал Иван, выпрямившись. — В ГАРМе все равны…
Лицо у кудрявого внезапно приняло настолько заинтересованное выражение, словно Иван раскрыл ему тайну происхождения Нексуса.
— Как это? — и его глаза на мгновение сверкнули. — Интересно? Равны?
— Угу. Я Ванька Живодер. А вот ты Николай Кудряш. Ай, сука!
— Дерзишь, да? Хочешь, чтобы мы с тобой по-другому поговорили?
— Нет.
— Хорошо. Так почему ты грязный?
— Готовился к зачету.
— Ты опять таскал трупы через черный ход! И сидишь еще в вагоне для аристо! Сука, весь курс давно знает, что ты мой… — и он произнес одними губами «подданный», — а значит, все твои косяки сразу же отражаются на мне и на моем роду. Ты когда последний раз брился?
— А тебе не похер? Где ты, а где я?
— Нет! Я тебя в следующий раз побрею вафельным полотенцем!
— Воу, друг, придержал бы ты коней, — хохотнул я. — А то, чую, прозвище Живодер Ивану дали не за красивые глаза.
Николай тут же оглянулся на меня.
— Это еще что за новое лицо?
— Я — просто Женя, — пожал я плечами.
Вся четверка парней пару секунд лупила на меня глаза.
— Ничего себе, какие нынче новенькие смелые пошли, — криво усмехнулся Николай и, мигом забыв про Ивана, переместился за мой столик.
Его свита мордоворотов обступила уже меня, но я даже бровью не повел и взял подостывший стакан с чаем.
— А ты смелый для простолюдина… — ухмыльнулся дружок Кудряша, падая на стул напротив. — Ваш брат обычно сразу в штаны делает, стоит ему заметить лишь тень аристо.
— С чего ты взял, что я простолюдин? — спросил я и с совершенно непринужденным видом хлебнул чайку.
Да уж, с тем, что заваривали в усадьбе не сравнить. Ладно, если дело дойдет до драки, плесну им кому-нибудь в глаза, а потом уже переверну стол.
Блин, стол прикручен к полу!
— Манеры ни к черту, — сказал Николай, — но личико у тебя холеное, так что нет, Серый — из наших он. Ты чего вместе с этим балбесом гарпию разделывал?
— Всего лишь помог ему затолкать эту гадость в мусорку.
— Ясно, — Кудряш наклонился ко мне и дернул меня за рубашку: — Тогда советую тебе, дружок, кто бы ты ни был, побыстрее сшить себе форму, чтобы приличным людям тебя проще было от простолюдинов отличать.
Вот оно что! Я снова оценил видок парней и Ивана и понял, что хоть форма одинаковая, но на нем одежда висела как на корове седло, а эти напоминали породистых скакунов.
— Откуда ты, кстати, такой расслабленный? — продолжал допытываться Николай.
— Из Сибири.
— Надо же! — хохотнули сзади. — Далеко забрался птенчик.
— Тихо! — шикнул Николай, не оборачиваясь на очередного подсоса.
Вокруг нас начал толпиться народ. Видать, почуяли запах крови и ждут не дождутся вызова на дуэль?
— Из Сибири? Тогда неудивительно, почему ты такой неотесанный. У вас поди парни до сих пор в париках ходят.
— Только когда холодно.
Парни вокруг нас прыснули, но вот Кудряш оказался до боли серьезен. Давай, начинай уже! Чай стынет и кончается!
— К какому роду принадлежишь, Женя из Сибири? — тихо спросил Кудряш и зачем-то протянул мне салфетку.
— Прости, но я еще новичок, и у меня нет резона нарушить местные порядки, — пожал я плечами. — Говорят тут за то, что ты щеголяешь своими титулами и родовитостью можно и в штрафники попасть?
— Так-то оно так, но… Но мы же все равно узнаем…
И он нехорошо ухмыльнулся.
— Кудряш! — вдруг появился за их спинами здоровенный лось с ярко-рыжей шевелюрой. — Если вы с парнями закончили ужинать, то валите уже в общагу. Через десять минут поезд доберется до депо.