Чтение онлайн

– Я не собираюсь лезть в политические дела других реконструкций, – резко ответил Корвин.

– Возможно. Но вам придется быть сверхосторожным. Вы хотите передать китежанам материал для клонирования Эмилии Флакк. В замужестве – княгини Эмилии Валерьевны.

– Ее отец и брат уже дали согласие на клонирование. Комиссия сената также не возражает. Теперь дело за вашим личным разрешением, консул.

– Да, мне известно об их согласии. Новая Эмилия будет воспитана в семье?

– Нет. Я передам материал князю Сергею Андреевичу, бывшему мужу подлинной Эмилии.

– Нет, мне это не нравится! Получается, князь Сергей хочет сам воспитать свою будущую жену? Неужели Валерии Флакки согласны?

Корвин пожал плечами. Патриции относятся к клонам достаточно равнодушно – Аппию Клавдию это прекрасно известно. Никто из Валериев Флакков не будет смотреть на новую Эмми как на сестру или дочь. К тому же она будет лишена ноши патрициев. Поэтому ни трибун Флакк, ни его отец не возражали.

– Князь Сергей любил Эмми, – сказал Корвин.

– И вы считаете, что подобная ситуация допустима? – холодно спросил консул.

– Во всяком случае, в ней нет ничего незаконного.

Корвин вспомнил клона князя Сергея, двухметрового дитятю, что гулькал в колыбельке и выпрашивал конфеты, и ему стало не по себе. Двойник, телохранитель, кукла. Какая роль уготована клону Эмми по прихоти хозяина? Проститутка? Содержанка? Или все-таки жена?

– Решим вот как. Вы отдадите не материал, а живого ребенка, – сказал консул. – Новая Эмми будет лишена патрицианства, но сохранит гражданство Лация. Ее не смогут выращивать по ускоренной программе, уродуя психику и заставляя быть взрослой девушкой в два года, андроидом для сексуальных забав. Во всяком случае, никто не посмеет сделать из нее игрушку.

Корвин наклонил голову, давая понять, что оценил щепетильность консула.

Если Сергей и получит новую Эмми, то отнюдь не в виде крепостной девицы. Кто-то из состоятельных граждан Китежа (но отнюдь не Сергей) должен будет ее удочерить, и представители лацийского посольства будут постоянно наблюдать, в каких условиях девочка растет. В этом случае князю Сергею придется ждать шестнадцатилетия Эмилии, чтобы вступить с нею в брак.

– Ну что ж, решение, как мне кажется, справедливое. У меня только одна просьба к вам. Вернее, это не моя просьба, а желание князя Сергея, – уточнил Корвин. – Девочка должна появиться на свет на Психее. Это главное и, кажется, единственное его условие.

– В этом нет ничего невозможного. Колония Психея в нашей юрисдикции, так что новая Эмилия все равно станет гражданкой Лация, и мы сможем ее защитить, – предположил консул.

– Сергею важно, чтобы она родилась на Психее, а чье гражданство она получит, для него не имеет никакого значения.

– Странное желание.

– Странное для нас. Чужая реконструкция, как чужая душа, – потемки, – напомнил Корвин. – Итак, мы все дела решили?..

Он сделал паузу. Марк опасался, что консул сейчас задаст ему еще один вопрос.

“Марк Валерий Корвин, – обратится к нему консул. – Почему вы не спасли моих мальчиков во время заговора очистителей? Почему их убили?”

Но Аппий Клавдий Цек ни о чем больше не спросил.

– Префект Корвин? – человек, протиснувшийся в дверь кабинета, замер у порога. На всякий случай поклонился. Старательно и неловко.

Префект оторвал взгляд от текстовой строчки, что скользила перед ним по белой поверхности стола, посмотрел на посетителя.

– В чем дело? – Марк прижал пальцем бегущую строку, и сообщение погасло.

Человек у двери отвесил новый поклон. Посетитель был одет как турист: пестрая блуза, белые брюки, соломенная шляпа болталась на завязках за спиной. Гостю было лет под пятьдесят. Вялая грузная фигура, сероватый, нездоровый оттенок кожи. Казалось, человек редко бывал на открытом воздухе.

– Бен Орлов, – представился гость. – Я уже связывался с вами, совершенный муж, и вы разрешили мне прийти и встретиться лично. Вы уж простите.

– Ах, да! Вы с Петры! Садитесь! – Марк указал на адаптивный стул по другую сторону стола. – Вы сказали, что хотите передать мне какое-то послание от Люса.

Мужчина присел. Потом вскочил, достал из кармана инфокапсулу в прозрачной упаковке и положил на стол. Сказал отрывисто:

– Вот. Это.

– Послание от моего друга Люса? – уточнил префект Корвин. Странно как-то – вести инфокапсулу в кармане. Там что – терабайты информации, в этом послании? Почему бы просто не отбарабанить пару строк через галанет?

– Именно. Послание.

– Что там?

– Не знаю. – Бен Орлов не смотрел на Корвина. Зачем-то он вновь принялся рыться в карманах своей пестрой блузы, но ничего там не нашел и добавил: – Меня просили передать вам лично.

– Кто просил? Люс?

– Ну да… – Бен Орлов закивал. – Именно он. – Неожиданно вскочил. – Я могу идти?

“Странное у него лицо. Все в белых точках. Что это? Следы заживших язв? Какая-то болезнь? Ранения?” – подумал следователь по особо важным делам.

– Не хотите выпить кофе? Расскажете, как вам живется, на Петре, – предложил префект Корвин.

– Все нормально. Кофе не надо. Извините, я тороплюсь, совершенный муж.

– Вы здесь как турист?

– Нет. То есть заодно. По делам… а потом немного отдохну. У меня три свободных дня. Я уже… То есть еще два. Ну, вы поняли. – Он совершенно смешался.

– Ну что ж, счастливо вам провести эти два дня на Лации, – пожелал странному гостю Корвин.

– Непременно. Всенепременно, совершенный муж. – Бен Орлов задом попятился к двери, толкнул ее спиной и по-прежнему задом выбрался в коридор.