Чтение онлайн

В-четвертых, было остановлено бегство солдат 8-й кавалерийской дивизии, и мы отвлекли противника от преследования 9-го конно-механизированного корпуса. Благодаря чему наши соседи, первыми принявшие бой, смогли оттянуться и занять оборонительные позиции.

Ну и в-пятых, из всего того, что произошло, офицеры батальона смогли сделать выводы, которые оформились в официальный документ и отправились в штаб корпуса.

Наш батальон элитный. Однако для более эффективного ведения боевых действий нам необходимо усиление. Не временное, а постоянное, которое будет подчиняться непосредственно комбату. Нужна разведывательная рота на бронемашинах. Нужна рота танкового десанта, которая усилит охранное подразделение и, в случае необходимости, пойдет в бой вместе с танкистами. Нужны автоматы для экипажей, а то они так и не поступили, обходимся пистолетами. Нужна собственная батарея, а лучше дивизион, самоходных артиллерийских установок. А еще нужен дивизион ЗСУ, желательно, чтобы это были новейшие «Тучи».

В общем, такие вот дела в нашем батальоне. А что касательно меня, то я принял командование первой роты. Майор Феликс Эрх погиб при прорыве. В его танк попали сразу две управляемые ракеты, а затем вражеская пехота добила «Берсерк» из одноразовых гранатометов. После чего в роте осталось шесть машин. И я считал, что оставшиеся в строю танки раскидают по другим ротам. Но командование решило поступить иначе, и Юрий Темников стал командиром роты. Должность майорская, и в самом скором времени можно ожидать повышения в чине.

Пятый день войны. Вечер. В пятнадцати километрах от нашего полевого лагеря, который находился за Новым Таллином, несмотря на дождь, шла артиллерийская дуэль. Солдаты сидели в окопах, мокли и мерзли, а я валялся на раскладушке и смотрел телевизор. Все равно делать нечего. Шесть танков моей роты в полном порядке, боезапас загружен, топливо есть, экипажи укомплектованы и личный состав отдыхал. Идти никуда не хотелось, да и некуда. Вот и отлеживал бока, а попутно пытался разобраться в обстановке на фронте.

Верить новостям нельзя. На войне врут больше, чем где бы то ни было. Даже рыбаки и охотники не такие выдумщики, как генералы и маршалы. Это непреложный факт. Но я знал гораздо больше, чем рядовые солдаты, и потому дополнял информацию СМИ своими собственными данными.

Ну и что же у нас происходит?

На данный момент практически везде вальхи отступали. Сказывалось превосходство противника в живой силе и технике, а также немалую роль играл факт неожиданного наступления. Странно, конечно. Мы так долго готовились к войне, а нападение все равно стало неожиданностью. Но, наверное, так и должно быть. Ведь маршалам, которые командовали царскими армиями, приходилось как-то оправдывать свои потери и поражения. Поэтому они так и говорили. Кого журналисты ни спрашивали, у всех ответ один – вероломное нападение застало нас врасплох. И только командующий 1-й армией Алексей Вильгельмович Игнатов говорил, что был готов к такому развитию событий, и потому его войска продолжают удерживать первую линию обороны.

Ладно, черт с ними, с маршалами. Перехожу к сути и конкретике.

Одна из наших армий, а именно Четвертая, перестала существовать и от нее почти ничего не осталось. Маршал Тангбранд в плену, его штаб уничтожен, а расчлененные на куски корпуса, дивизии, бригады и полки попали в окружение. Так что сейчас остатки этой армии добиваются республиканскими тыловыми частями. А ударные соединения противника в это самое время двигаются вдоль Верейского океана, сметают со своего пути все заслоны и занимают наши ВМБ (военно-морские базы). Тыловики, военные моряки, полицейские и ополченцы из поселенцев пытаются задержать вражеские танки, но получается у них это плохо. Впрочем, вскоре республиканцы все равно выдохнутся. Есть информация, что они уже испытывают проблемы с моторесурсом, а из Метрополии самолетами и скоростными океанскими лайнерами на левый фланг фронта срочно перебрасываются подкрепления. И это не просто пехота, а 1-й штурмовой полк «Неерборг», столичная элита, 5-я бригада морской пехоты «Черные дьяволы» и пара гвардейских батальонов.

Далее, приближаясь к нам. Третья армия. Она отступила от границы на сто сорок километров, оставила подготовленный к обороне рубеж и продолжает откатываться на юг. Но тут все понятно. Вины командующего в этом нет. У него обнажился левый фланг, вот он и отступает, пока его не окружили, как соседей.

Вторая армия. Тоже отход и оставление приграничного оборонительного рубежа. При этом в тылу Второй армии очень активно работали местные партизаны и республиканские диверсанты. А причиной этого был район Тангароа, до оккупации материка Окс столичная область Лиги Свободных. Поэтому совершенно естественно, что нас там ненавидели больше всего. Да и население в районе Тангароа превышало пять миллионов человек, то есть имелся мобилизационный ресурс, который республиканцы могли использовать.

После Второй армии очередь Первой, которой подчиняется наш 14-й ударный корпус. Как я уже упоминал, у нас положение лучше всех. Мы прочно стоим на своих позициях, отбиваем все атаки противника и контролируем тыл. В новостях говорят, что это заслуга маршала Игнатова, но в армии каждый военнослужащий, начиная от генералов и заканчивая рядовыми, знает, что это не так. Настоящая опора Первой армии Тейт Эрлинг, который стянул к своему корпусу все вражеские резервы. Причем он не отсиживается в обороне, а постоянно контратакует, наносит отвлекающие удары и засылает в тыл противника диверсантов. Соответственно, остальным корпусам армии легче и они тоже держат оборону.

За нами, с правого фланга, Пятая армия. Она отошла, опасаясь высадки крупного вражеского десанта со стороны Северного океана. После чего рассредоточила половину своих дивизий вдоль побережья, как усиление частей береговой обороны и флота. И за счет этого мы потеряли немалую территорию, а высадки десанта нет, и он даже не предвидится. Поэтому командарм-5 Рудольф Штерн уже стал посмешищем и прослыл перестраховщиком, над которым больше всего подшучивают флотские адмиралы.

Кстати, раз уж вспомнил про адмиралов, необходимо упомянуть про дела царских военно-морских сил. Непосредственно возле материка Окс два флота, Верейский и Северный. Первый обеспечивает доставку грузов и подкреплений из Метрополии, а также прикрывает нас с левого фланга. Второй, соответственно, наш щит справа, и этот флот, как наиболее мощный, готов отразить массированный десант с материка Тиор и попутно проводит рейдовые операции на вражеских океанских коммуникациях. Наши военно-морские силы, которые имеют собственную авиацию и морскую пехоту, сильнее республиканских. Но это не повод, чтобы расслабляться, и пока никаких серьезных успехов у царских адмиралов нет.

Таково положение дел на материке Окс в данный момент, и следует обратить внимание на еще некоторые факторы. Когда я говорю – линия фронта, это не значит, что мы имеем непрерывную цепь окопов, укрепрайонов и полевых крепостей. От одного океана до другого две тысячи километров, а армий в нашем распоряжении всего пять. Поэтому мы не в состоянии прикрыть все. Нет. Мы держим основные транспортные магистрали, по которым наступает противник. А стыки между армиями, как правило, это болотистые равнины или древние девственные леса, прикрыты небольшими обсервационными отрядами. У противника, чтобы было понятно, такая же проблема. Он превосходит нас числом, но только в полтора раза. И, несмотря на то что из Метрополии к нам перебрасываются сразу две армии, из тыла выдвигается 6-я Резервная армия, а на месте формируются еще две, в ближайшем будущем положение не изменится. Война словно прожорливый дикий зверь или огненная топка. В этом горниле ежедневно сгорают тысячи людей, сотни самолетов, танков и орудий. Сколько ни кинь топлива в этот огонь, все равно будет мало…

Прерывая мое уединение, возле палатки кто-то остановился, а затем кашлянул. По привычке я схватился за пистолет и услышал:

– Господин капитан, это посыльный. Командир батальона вызывает вас в штаб.

– Ясно. Сейчас приду.

Выключив телевизор и накинув на плечи плащ, я покинул палатку и вскоре вошел в штаб.

Оказалось, что все ротные командиры, начальник штаба и полковник Рекио уже были здесь. Ждали только меня, и когда я присел, комбат перешел к делу:

– Господа, как вам всем известно, вчера мы отправили в штаб корпуса рапорт о нашем усилении. И только что получен ответ…