Чтение онлайн

– Егор, может, лучше я поведу? – робко предложил Семенов.

Егор покосился на него и спросил:

– Сколько лет за рулем?

– Два месяца, – ответил Семенов, смутившись.

– И с какого раза сдал на права?

– С третьего, – совсем заливаясь краской, отозвался ведомый.

Егор отвернулся, завел мотор и тронул «жигуленок» с места.

Они долго ехали молча. Семенов молчал от стыда, а Егор предпочитал не отвлекаться от дороги, поскольку вел машину практически одной рукой.

Наконец Семенов не выдержал, кашлянул в кулак и сказал:

– Друг, я…

Всего на мгновение Егор отвел от дороги взгляд, и это мгновение оказалось роковым. Он успел заметить краем глаза, как шелохнулись кусты и на дорогу метнулась большая тень. Егор рванул руль влево, чтобы избежать столкновения со зверем, заднеприводный «жигуленок» занесло и завертело на скользкой дороге. Егор крутанул руль в сторону заноса, стараясь выровнять машину, но в какой-то момент покалеченная рука подвела – он не справился с управлением, и «жигуленок» швырнуло на деревья, росшие у самой обочины.

Последнее, что увидел Егор перед столкновением, это стремительно приближающийся ствол сосны, а потом его дернуло вперед, раздался оглушительный скрежет, и реальность перед глазами распалась на сотни стеклянных осколков.

Очнулся он почти сразу же. Открыл глаза и сел на снегу. Ствол сосны переломился от удара, и ее крона навалилась на соседние деревья. Капот «жигуленка» был смят, стекла разбиты. Семенов лежал неподалеку от машины, и снег вокруг него был забрызган кровью.

Егор, преодолевая боль в руке, поднялся на ноги и быстро подошел к ведомому. Присел рядом и прижал пальцы к его шее. Жилка на шее Семенова размеренно вздрагивала, отбивая пульс. Егор убрал руку, осторожно стянул с Павла лыжную шапочку и тщательно осмотрел голову. Насколько Егор мог судить, черепные кости целы, но кожа в нескольких местах была рассечена, и порезы сильно кровоточили.

На первый взгляд пустяки, но когда Егор тщательно осмотрел тело Семенова, поводов для беспокойства появилось больше. Пальцы на правой руке Семенова были переломаны, а из левой икроножной мышцы торчал кусок ветки, и кровь из раны сочилась на снег, образовав под ногой лужицу.

Егор выпрямился и обвел взглядом местность. Сосны стояли друг к другу плотно, но у самой дороги они уступали место облепиховым зарослям, усыпанным желто-оранжевыми ягодами. Кое-где красными пятнами на белом снегу были нарисованы кусты барбариса. Поодаль из-под снега выбивалась зелень молодого можжевельника.

Егор сходил к машине, взял аптечку и вернулся к Семенову. Действуя умело и решительно, он распорол перочинным ножом штанину парня, залил рану перекисью, затем перетянул ногу жгутом, крепко обхватил пальцами конец палки, торчащий у Семенова из ноги, и одним быстрым движением вырвал палку из рассеченной мышцы.

Палка не задела артерию, и крови вытекло относительно немного. Егор стянул края раны медицинскими скобами и крепко перевязал ногу бинтом. Потом занялся сломанными пальцами парня. После того, как все повязки были наложены, он вгляделся в бледное лицо ведомого и позвал:

– Семенов? Ты слышишь меня?

Павел по-прежнему был без сознания. Решив на время оставить парня в покое, Егор занялся проверкой техники. Машину завести не удалось, да он на это особо и не рассчитывал. А вот то, что рация молчала, было чрезвычайно скверно. Егор вскрыл раскуроченный корпус рации и осмотрел разбитую начинку. Восстановлению она не подлежала.

– Черт! – с досадой проговорил Егор.

Он огляделся. Места вокруг глухие, и рассчитывать на помощь туристов не приходилось. Разве что охотник какой появится, но и на это особой надежды не было.

И тут Егор почувствовал спиной чьи-то взгляды, а потом учуял посторонний запах. Стараясь не делать резких движений, он медленно обернулся. Возле можжевелового кустарника стояли три рослых, поджарых волка. Три пары желтых, голодных глаз были устремлены на двух людей, один из которых истекал кровью.

Егор выпрямился в полный рост и встал перед голодными волками. Волки предгорья были крупные, с широкими грудными клетками и толстыми лапами, не чета степным недомеркам. Их желтоватые зубы с легкостью перекусывали шею маралу.

– Тихо, – проговорил Егор негромким, но уверенным голосом. – Я вас не трогаю. И вы меня не трогайте. Проходите мимо. Так будет лучше для всех.

Волки выслушали его внимательно, будто и впрямь пытались понять смысл его слов. Потом самый рослый волк, бывший, по всей вероятности, вожаком, угрожающе зарычал. Остальные волки его поддержали, шерсть на их серых холках встала дыбом, а в глазах зажегся желтоватый кровожадный огонек, ясно дающий понять, что уходить отсюда без добычи они не собираются.

– Значит, вы так? – Зрачки Егора сузились, на щеках отвердели желваки. – Думаете, я вас испугался?

Егор шагнул навстречу хищникам. Из глотки вожака донесся рык. Верхняя губа Егора приподнялась, обнажив крепкие зубы, и он тоже зарычал, но на более низких тонах. Он сделал еще один шаг по направлению к волкам. В желтых глазах вожака стаи появилось сомнение. Поведение человека явно сбило зверя с толку.

Егор почувствовал, как гнев душной волной поднимается у него внутри и как ярость меняет его. Мышцы его вздулись буграми, кости и суставы затрещали.

Усилием воли он заставил себя успокоиться и загнал зверя, живущего у него в душе, обратно в клетку. Однако пары секунд, пока это длилось, хватило, чтобы внести смятение в сердца волков. Вожак перестал рычать, поднял голову и понюхал воздух. Странный запах, не похожий ни на человеческий, ни на звериный, оказал на волка ошеломляющее действие. Он тряхнул головой, как бы прогоняя наваждение, а затем тонко заскулил, развернулся и побежал прочь.

Два других волка, испуганно косясь на странного человека и поджав хвосты, последовали примеру вожака. Вскоре все три хищника скрылись в лесу.