Свеча прокурора

Слабые лучи болезненно желтого солнца с трудом пробились сквозь дымовую завесу, нависшую над Мэдисон-сити. Было уже около девяти утра, а ртутный столбик термометра грозил так и остаться на точке замерзания.

Шла битва. Перепуганные производители цитрусовых напрягали все свои силы, чтобы достойно ответить нашествию холода. Причудливое сочетание природных факторов столкнуло массы ледяного воздуха с заснеженных вершин, окаймлявших далекий горизонт, на пустынное плато и рикошетом — на столь уязвимые сады калифорнийского побережья.

Стихийное бедствие продолжалось уже третий день. Фермеры всю округу укутали в черное дымовое покрывало. Плотное по утрам, к полудню оно немного рассеивалось. В эти часы не знающие сна фермеры суматошно запасались топливом, дабы бесперебойно чадить на протяжении последующей ночи.

Мэдисон-сити представлял собою типичное сельскохозяйственное сообщество, и поэтому естественно, все местные деловые умы представляли себе последствия нахлынувшей на их долину напасти и мирились с вынужденными сопутствующими тяготами — слезоточивым дымом, неуютом плохо обогреваемых времянок. Да и в капитальных домах жилось не лучше. Обитатели этого края привыкли в теплу, а теперь им приходилось унимать пронизывающую дрожь с помощью всяческих горелок. Почерневшими ноздрями и покрасневшими веками расплачивались они за непогоду, и единственным их утешением была мысль о том, что все в подлунном мире приходит к своему концу, в том числе и ненастье.

Дуг Селби, высокий и молодой, распираемый воодушевлением, шествовал длинным коридором по зданию суда Мэдисон-сити. Щелкнув замком, он распахнул дверь с табличкой «Кабинет окружного прокурора», снял и повесил на вешалку пальто, а затем нажал кнопку, оповещая о своем прибытии секретаршу. Здание обогревалось цивилизованным способом: здесь было паровое отопление. Селби прижался спиной к радиатору, наслаждаясь теплом. Секретарша с кипой писем в руках отворила дверь и улыбнулась в знак приветствия. Невесело покосившись на полумрак за окном, Селби потянулся включить освещение.

— Что там, почта? — спросил он. — Ничего сенсационного?

— Ничего срочного, — ответила секретарша. — Вас дожидается Росс Блейн.

— Блейн? — Селби наморщил лоб, припоминая, о ком идет речь.

— Молодой человек, подделавший чек компании «Перевозки и хранение», — подсказала она.

— Ах, да. — Селби снял телефонную трубку и попросил девушку на коммутаторе: — Если не трудно, соедините меня с Рексом Брендоном, — и минутой позже, когда откликнулся шериф, продолжил: — Рекс, говорит Дуг Селби. Я рассказывал тебе как-то о молодом парне по фамилии Блейн, он подделал чек компании по перевозкам. Ни сама компания, ни ресторан, принявший чек, не намерены предъявлять иск из уважения к его матери. Блейн об этом еще не знает. Он сидит в моей приемной. Мне кажется, поговорить с парнишкой стоит, это пойдет ему на пользу.

— Сейчас приду, — сказал Брендон.

Повесив трубку, Селби предупредил секретаршу:

— Когда я позвоню, проводите Блейна сюда.

Секретарша удалилась в приемную, а Селби принялся наскоро просматривать корреспонденцию. Заслышав в коридоре шаги Рекса Брендона, он распахнул дверь кабинета.

Шериф был на двадцать пять лет старше Селби. Волосы его посеребрила седина, лицо загорело до такой степени, что сравнялось по цвету с седлом, ноги выгнулись в дугу от бесконечной — годами — верховой езды, но походка оставалась упругой. Он улыбнулся Селби одними серыми глазами, которые при случае могли стать холодными и колючими, как льдинки, и спросил:

— Не замерз, Селби? Тебе, пожалуй, холодно у нас?

— Да уж, прохладно, — откликнулся Селби. — Сколько ни натягивал на себя одеял, никак не мог согреться. — Потом, поглядев на свои руки с въевшейся в кожу угольной пылью, добавил: — Отмоюсь к четвертому июля, не раньше.

Рекс Брендон опустился в кресло, вытащил из кармана кисет с табаком, пачку бумаги на самокрутку.

— Что ты думаешь, Дуг, о Блейне?

Селби длинными тонкими пальцами пригладил свою волнистую шевелюру.

— А что думаешь о нем ты, Рекс? — ответил он вопросом на вопрос.

— В наше время ребят за подделку чеков ждала тюрьма. Потому-то их и можно было пересчитать на пальцах.

Селби перевел взгляд на закопченное окно.

— С тех пор многое изменилось. Что-то мы приобрели, что-то потеряли.

В глазах шерифа появилось выражение, похожее на отеческую привязанность.

— В дни моей юности молодежь была посерьезней. У нее нет ни честолюбия, ни самолюбия. Слишком легко все достается. Ты, правда, не такой. Совсем молодой парень, а налетел на этот город как бешеный бык на ограду. Сразу полез в политическую драку, быстро освоил механику своего дела… Черт побери, почему из колледжей выходит мало таких, как ты?

Селби расхохотался.

— Ну, во первых, округу положен всего один окружной прокурор, Рекс. Так что другим молодым соискателям просто негде себя показать. А если без шуток, сегодня куда меньше возможностей проявить себя, чем несколько лет назад. Говорят, на вершинах власти сколько угодно свободного пространства, но ведь прежде чем попасть туда, надо поработать локтями, чтобы пробиться хотя бы к подножию лестницы, к самой первой ступеньке. Я собрал кое-какие сведения о Блейне. Его мать многим пожертвовала ради него, дала приличное образование. Да что толку? Он никак не может взять старт. Образование не может помочь в борьбе за первую ступеньку. Умение водить шикарный автомобиль — одно, а умение обращаться с ломовой лошадью — совсем другое.

— Мог бы и выучиться, — возразил Брендон, высыпая табак на свернутую полоску бумаги. — Я выучился.

— Ты-то начал в десять лет с маленьким хвостиком. А сегодня ребята торчат в школьных стенах пока не… Ладно, Рекс, давай позовем Блейна и поглядим, почему он это сделал. Блейн не преступник, и не хотелось бы, чтобы он стал им. Попробуем потолковать напрямую.

Брендон занялся своей самокруткой, придавая ей соответствующую форму пальцами и языком, а Селби нажал кнопку звонка. Секунду спустя дверь отворилась и в комнату вошел хорошо одетый молодой человек лет двадцати четырех, таращась на присутствующих с нескрываемым страхом.

— Присаживайтесь, Блейн, — пригласил прокурор. Когда тот сел, прокурор продолжил: — Думаю, не секрет, почему вас сюда пригласили?

Блейн промолчал.

Селби вытянул ящик стола, достал чек и сказал:

— Пару месяцев тому назад вас приняли младшим бухгалтером в компанию «Перевозки и хранение». Вы имели право подписывать чеки на сумму до трехсот долларов. Позавчера в здешнем ресторане вы получили деньги по чеку на шестьдесят пять долларов. Чек был выписан на стандартном печатном бланке компании. Но банк, предупрежденный о вашем увольнении, отказался платить по этому документу.