Чтение онлайн

Вот что там было написано.

После этого все стало происходить очень быстро. Не могу сказать, что смерть Пэдрига стала поворотным пунктом, но похоже на то. Вечером «У Нестора» бармен отозвал меня в сторону и сказал:

— Лекций читать не собираюсь, но я когда-то пил, как ты. Это нормально, но мне думается, у тебя есть незаконченное дело.

— Ты это о чем?

Он протянул мне пакет. Я был в своем самом боевом настроении, потому прорычал:

— Что это такое, черт побери?

— Бета-блокаторы. Дают возможность остыть. Похоже на кокаин, только вреда меньше.

— С чего ты взял, что я…

Но он шикнул на меня:

— Попробуй это… остынь, а когда покончишь с тем, что тебя гнетет, возвращайся к спокойной жизни, где есть газеты, несколько кружек пива и приличный бар.

Когда он ушел, я пробормотал:

— Нет, тебя надо лечить, это точно. — Но все же положил пакетик в карман.

Не поверите, на следующее утро я мучился чудовищным похмельем. С отчаяния проглотил одну таблетку. Немного погодя я пришел в норму.

Выглянув в окно, пробормотал: «Это вовсе не значит, что я брошу пить».

Но я ошибся.

Свадьбе Кэти Б. суждено было обернуться полным фиаско. Она и обернулась, только не для меня. Загс находился напротив больницы «Парк Мерлин». Я спросил у Кэти:

— Почему вы не венчаетесь в церкви?

— Отрицательные волны, Джек.

Ее суженый, Эверетт, эстрадный артист, оказался не так плох, как я ожидал. Вообще-то плох, но терпимо. На нем была такая штука, которую они, кажется, называют кафтаном, похоже на занавеску. Если честно, эта штука была чистая и выглаженная. Ради такого случая, так я думаю. Кэти выглядела потрясающе. В простом красном платье и на высоченных каблуках.

Она спросила:

— Что скажешь?

— Леди в красном.

Широченная улыбка. Когда она представила меня Эверетту, он сказал:

— А, тот старик!

Я попытался сделать вид, что его слова меня не задели, и спросил:

— Как работа?

— Я отдыхаю.

— Ясно.

На этом разговор прервался. Видит Бог, мне доводилось встречаться и с большими кретинами. Он был просто самый молодой из них.

Кэти прошептала:

— Он очень скромный. У него скоро будет большой номер.

Я отдал ей конверт. Она взвизгнула:

— Как в «Крестном отце-2»!

Церемония была

короткой

сжатой

холодной.

В таких делах нужна церковь.

После этого прием в «Ройсине». Выкатили бочки пива. Зал забит людьми искусства. Тех, кто с пятидесяти футов определяет, что вы к людям искусства не принадлежите. Но довольно приличный оркестр. Играли почти все, от блюзов до сальсы. Заставил толпу попрыгать. Молодая женщина в черном спросила меня:

— Хочешь поплясать?

— Может, потом.

Она окинула меня холодным оценивающим взглядом:

— Не похоже, что у тебя есть это «потом».

Я решил, что это из-за бороды. Несколько раз подходил к бару, едва не прокричал: «Двойное виски и пиво!» Но сдержался.

Кэти спросила:

— Не хочешь выпить?

— Да нет, хочу, но…

— Врубилась. Ты трезвый симпатичнее. — Она обняла меня крепко, когда я уходил, и сказала: — Ты крутой.

Эверетт медленно кивнул:

— Держись, чувак!

Стоящий совет.

Когда я проходил по Доминик-стрит, в газетном киоске заметил заголовок:

Я купил газету, сел на мосту и прочел статью. Суть ее заключалась в следующем:

Я сложил газету и подумал: «Наконец-то пришла слава».

Вздохнул, можно сказать, с облегчением. Итак, все почти кончилось. Энн получит то, к чему так отчаянно стремится. Весь мир узнает, что ее дочь не самоубийца. Из этой статьи можно решить, что я принимал в этом активное участие. На самом же деле я ошибался и суетился, неосмотрительно гнал волну и нечаянно убил мистера Форда.

Я смял газету.

Вернулся в комнату и почувствовал сильную жажду. Голос шепнул: «Дело закрыто, почти решено, время отдохнуть».

Сунул в рот таблетку и отправился в постель.