Чтение онлайн

Чем-то воняло. Затхлостью? Дэвис вернулся на лестничную площадку у входной двери и принюхался.

Чез пошел к лестнице на второй этаж.

– Здесь этажей двадцать, Дэвис. Если придется обыскивать их все, хотя бы помоги. И с тебя буррито. С двойной горчицей.

– Давай начнем с подвала.

Дэвис догнал Чеза и развернул его к двери в вестибюле. Та была приоткрыта, за ней виднелась только темнота. Дэвис распахнул дверь настежь и обнаружил ведущие вниз ступени. Запах усилился: затхлая сырость.

Чез попробовал включить свет, но здание оказалось обесточено. Дэвис достал фонарик и осветил лестницу.

– Удобно.
– Чез пытался посветить телефоном, но выходило не очень.

– Всегда носил с собой фонарик.
– Дэвис начал спускаться.
– В реале, когда был детективом. Ты удивишься, как часто он оказывался полезен.

У подножия лестницы оказалась другая дверь, которую Чез открыл хорошим пинком. Они ступили в подвал, повеяло сыростью. На стенах висели разбитые зеркала. В углу валялось несколько старых забытых гантелей.

– Видишь, раньше тут было шикарно.
– Чез поднял телефон и посветил вокруг.

Дэвис пересек тренажерный зал, водя фонариком вправо-влево и все больше нервничая. Судя по всему, ничего тут нет. Наверное, можно подождать, пока вызовут копов и приедут патрульные машины.

Чез держался рядом, направляя по сторонам слабый свет от телефона. Может, копов вызвали из-за того, что обрушился один из этажей или что-то в этом роде. Весьма удачно: два вышедших в тираж детектива гибнут в поддельном мире, потому что им не сидится на месте.

Чез ткнул Дэвиса в бок. Дэвис направил фонарик в нужную сторону и заметил дверной проем. Свет отразился от выложенного плиткой пола. А за ним…

– Вода?
– Дэвис шагнул вперед. Затхлый запах сразу обрел смысл.
– Бассейн? Почему его до сих пор не спустили?

– Будь я проклят, если знаю.

Чез вошел следом за Дэвисом. Это был бассейн, довольно скромных размеров, поскольку находился в подвале жилого здания. Дэвис, уперев руку в бок, посветил вокруг. Вода заполняла бассейн лишь частично. В нем не было…

Фонарик высветил под водой лицо.

Дэвис замер, задержав луч на мертвых остекленевших глазах. Чез, выругавшись, потянулся к пистолету, а Дэвис просто стоял и смотрел. Девушка, даже, скорее, подросток. Рядом с ней виднелось еще одно тело - лицом вниз.

Дрожа, Дэвис медленно прошелся фонариком по дну бассейна. Еще тело. И еще.

Трупы. Восемь трупов.

– Ох, какого черта?!
– вопрошал Чез.
– Какого черта!

Дэвис сидел на ступенях здания через дорогу от того места, где они нашли трупы.

– Нет, ну правда… какого черта!

Чез расхаживал взад-вперед с пистолетом в руке. Дэвис его не осуждал. Он сам держал перед собой пистолет, вцепившись в него, словно из-за угла вот-вот должен был выскочить убийца со ржавым тесаком наперевес.

– Как им удалось это скрыть?
– возмущался Чез.
– В здании восемь трупов. Восемь! Как это не попало во все новостные сводки? Почему на это дело не направили всех копов в городе? Черт возьми!

Он развернулся и зашагал в другую сторону.

«Сам виноват, - подумал, сгорбившись, Дэвис.
– Надо было просто оставить все как есть».

Он только хотел удержать Чеза в стоп-кадре до 20:17. А теперь… это.

– Ладно, Чез, - сказал Чез самому себе, снова сменив направление.
– Ладно, ладно. Это ведь не настоящие трупы, так? Просто дубликаты. Мертвые дубликаты. Это все, что ты видел.
– Он посмотрел на напарника.
– Дэвис? Ты в порядке, дружище?

Дэвис держал пистолет, и рука его дрожала.

– Дэвис?
– повторил Чез.
– Что нам теперь делать? Ты настоящий коп. Что нам делать?

– Я не настоящий коп, - тихо ответил Дэвис.

– Верно, уже нет. Но ты же был им… целых десять лет?

– Я десять лет служил в полиции. Но никогда не был настоящим копом.

Что касается Чеза, тот не прослужил и года, когда его назначили в «Стоп-кадр» на замену прежнему напарнику Дэвиса, вышедшему наконец в отставку.

– Итак, что нам делать?
– повторил Чез.

– Одно из двух.
– Дэвис спрятал пистолет в кобуру и глубоко вздохнул.
– Мы убираемся отсюда, надеемся, что детективы в реале работают над этим делом, и притворяемся, что ничего не видели. Стираем из телефонов наши перемещения, утверждаем, что проторчали в закусочной на несколько часов дольше, и забываем о том, что произошло.

– Так, ясно, - кивнул Чез.
– Да, незачем нам в это впутываться. И они явно не хотят, чтобы мы об этом знали. Поэтому, если мы развернемся и уйдем, никто ни о чем не догадается.
– Он посмотрел на пистолет у себя в руках.
– А второй вариант?

– Ну, останемся здесь до вечера, до бытовухи. Попробуем разнюхать насчет этих убийств, вдруг что-нибудь выясним и поможем расследованию. А если нет… ну, может, хоть разберемся, какого черта в участке от нас это скрывают. Трупы выглядят свежими - не слишком раздутые, плоть почти не сходит с костей. В заброшенном здании нашли восемь тел - и никто ничего не шепнул парням, которые могут вернуться во времени и выяснить, кто убийца? Какого черта нас не привлекли?

– Да.
– Чез посмотрел на него.
– Да, черт возьми. Что вообще происходит?

В копы идут по уйме причин. Для некоторых это разумеется само собой: семейная традиция или просто хорошая работа для «синего воротничка». Другие любят власть. Чез был как раз из таких.

Однако в глубине души каждого копа есть кое-что еще - некое стремление навести порядок в мире. Пошел ли ты на службу по настоянию семьи или же был завербован в подходящий момент, ты все равно убеждал себя в одном и том же: что ты делаешь что-то хорошее, что-то правильное.