Шрифт:
Глава 1
НАШЕСТВИЕ
Нос корабля, выскочившего из-за пологого мыса, украшал нагло скалящийся козлиный череп. На мачте раздувался широкий белый парус, и солнце играло на десятках вывешенных вдоль бортов алых вытянутых щитов.
Чужак шел точно наперерез драккару, и курс его красноречиво говорил о намерениях.
– Ничего себе! – Нерейд Болтун даже присвистнул. – Это еще что за штуковина?
– Ладья, – ответил Арнвид, эриль дружины викингов, – а на ней – венды. И лучше приготовиться к битве.
– Венды? Здесь, у острова Хисинг? – удивился конунг Ивар по прозвищу Ловкач, только вчера выведший драккар из Конунгахеллы в море, чтобы двинуться на юг, к землям саксов.
Венды, обитатели южного побережья Восточного Моря, редко показывались западнее данских островов, и встретить их судно здесь, у берегов Ранрики, было сложнее, чем кита в горах Ямталанда.
Но удивлялся конунг недолго.
– К оружию! – рявкнул он зло, и викинги засуетились, натягивая кольчуги.
Запели, полосуя воздух, первые стрелы. Венды славились как хорошие лучники, и остроклювые птицы смерти одна за другой впивались в борта драккара, яростно звякая о щиты.
– Давай-ка им навстречу! – крикнул Ивар, и Эйрик Две Марки налег на рулевое весло.
Драконья голова слегка качнулась, и корабль викингов, на самом деле похожий на скользящего по волнам морского змея, повернул в сторону куда более тяжелой, напоминающей громадную птицу, ладьи».
– Луки готовь!
Но выстрелить в ответ не успел никто. Ивар ощутил пронизавшую тело странную дрожь, глаза неожиданно заслезились, и палубу драккара словно накрыло облако полупрозрачного дыма.
Краем глаза конунг видел, как замирают его воины, как оружие с лязгом вываливается из ослабевших рук, а на обветренных лицах застывают гримасы покорного равнодушия.
Мир уплывал, затягиваясь серой пеленой, медленно исчезали звуки.
– Чары наводят! – Голос Арнвида звучал, словно из-за стены, глухо и неразборчиво, – Сейчас я им!
Нестерпимо ярко полыхнула начертанная в воздухе руна, и будто горячий ветер овеял приунывших викингов.
– К бою! – Ивар встряхнулся, и над морем полетел боевой клич, наводящий ужас на всех берегах от Дюплинна до Бьярмаланда: – Одину слава!
– Одину слава! – заревели дружинники, и в этот момент корабли сошлись вплотную.
Стрела вонзилась в палубу прямо под ногами Ивара, и тут же вслед за ней на борт драккара спрыгнул широкоплечий воин. Высокий шлем с личиной сверкал словно кусок льда, а длинный меч в руках двигался с такой скоростью, что его трудно было разглядеть.
Лезвие рассекло воздух совсем рядом с головой конунга, и Ивар еще успел удивиться, что различил растекавшиеся по стали серебристые блики. Лицо обдало неприятно холодным ветерком.
Тело конунга действовало само. Оно дернулось в сторону, уходя от пронесшегося мимо копья, а руки заученным движением вонзили клинок точно в открывшееся горло противника.
Тот рухнул за борт. Схватка кипела по всей носовой части драккара. Венды один за другим прыгали с борта ладьи; чуть в стороне от Ивара, яростно рыча, как медведь среди псов, ворочался берсерк Карн.
Каждый его удар стоил жизни кому-то из чужаков. За спиной конунга кто-то хрипло, надрывно кричал. И это было хорошо: раз орет – значит, ранен и есть шанс, что выживет. Те, кто стоят на пороге Хель, обычно молчат…
Ивар рубился так, как делал это сотни раз – спокойно и уверенно. Меч некогда полученный в дар на туманных берегах Бретланда, легко пропарывал кольчуги, разрезал щиты, будто они были изо мха, сносил головы и отрубал конечности.
Пот заливал лицо, а палуба под сапогами была скользкой. Скорее всего, от крови.
Свалив очередного противника. Ивар обнаружил, что перед ним никого нет, а в нескольких шагах виднеются лоснящиеся и черные от смолы доски чужого борта.
Ноги стонали от усталости, а в голове, по которой вскользь проехалась чья-то секира, слегка гудело. Но все это было не важно – конунг должен идти впереди дружины, а если он это делать не в состоянии, тогда он не конунг.
Ивар, собрав остатки сил, прыгнул, свободной рукой зацепился за висящий на борту ладьи щит. Тот затрещав, готовый развалиться, но конунг одним рывком вздернул себя на палубу. Пошатнулся, потеряв равновесие, и замер…
Он отрешенно следил за тем, как острый наконечник копья приближается к кольчуге, знал, что та не выдержит, и прекрасно понимал, что сам ничего сделать не успеет. Золоченые двери Вальхаллы распахнулись в вышине… Выпорхнувший сбоку клинок переломил копье, и оттого оно стало менее опасно, нежели простая палка.
– Должен будешь! – ехидно оскалился Нерейд и исчез в круговерти схватки.
«Буду!» – мысленно согласился Ивар, с наслаждением разрубая чей-то шлем вместе с головой и всем ее содержимым. В лицо брызнуло теплым и склизким, и это было приятно.
Викинги один за другим лезли через борт, оглашая воздух криками ярости. Венды сопротивлялись отчаянно, но становилось ясно – эту схватку им не выиграть.
– Одного возьмите живым! – донесся снизу, с палубы драккара, крик Арнвида.
«Не поздно ли?» – отрешенно подумал Ивар, глядя, как Кари ударом кулака превращает в кашу череп неудачливого венда, а Ингьяльд Большая Рука, тишайший ученик эриля, сносит башку еще одному.
– Стоять!!! – гаркнул Ивар так, что остановились даже берсерки, в безумии сражения не замечающие ничего вокруг.
Битва замерла.
– Все, хватит. – Этот приказ конунг произнес уже обычным голосом, но услышали его все.
– Хватит так хватит, – покладисто согласился Нерейд, обтирая заляпанный кровью меч о роскошный меховой плащ убитого им воина, судя по всему предводителя.
– Найдите мне живого венда!
Это оказалось непросто. Викинги пронеслись по палубе ладьи, словно смертоносный ураган. Трупы предлагались любые, на выбор: обезглавленные, с отрубленными руками и ногами, проткнутые копьем, расплющенные так, словно их давили камнями.