Чтение онлайн

Все! Теперь мое место — у калитки. Ребята сами справятся. Авто все-таки два, вспомнил, значит, всех рассадить, провернуть «ручку дружбы» в моторе — и в разные стороны. Одно авто — к Бассейной…

…Почему Бассейной — к Петровского! Ее же еще до войны переименовали!

Второе — по Чернышева, затем переулком — и на Кладбищенскую.

[…………………………..]

Выстрел «здесь» не всегда услышишь. Скверно, особенно в подобных передрягах. Не выстрел — просто хлопок, даже тише, чем шампанское. На улице? На улице! Парни у калитки ввязались, значит, им не уйти, еще двое нужны там, где авто…

Успеваю оглянуться. Человек в гимнастерке поддерживает под руку немолодую женщину, она больная, ей трудно идти. Рядом — девушки в странных белых шляпах, в руке у каждой — маленький чемодан. Все? Нет, там еще должен быть мальчик!

К калитке!

[…………………………..]

Револьвер не поможет, зато есть пулемет. Раззявы-охранники — раззявы-тени даже ленту оставили. Сейчас моих ребят добьют, калитка распахнется.

Как там у дома? Все уходят, женщина идет сама, девушки оглядываются… А где же мальчишка? Я же приказал — его первого!..

На улице все еще стреляют. Долго держатся, молодцы. Как раз хватит времени поправить ленту в пулемете. Жаль, что я один, этой машинке нужен второй номер, ленту часто перекашивает.

Ушли? Ушли. Наверное, уже возле авто. А вот мне сегодня не уйти. Бабочка, ты тут? Привет, пластмасска, Привет, mo3.jpg! Как ты думаешь, мистер Том Тим Тот остался бы? Он так любит комфорт!

[…………………………..]

Лента? Кто поддерживает ленту? Мальчик, уходи, немедленно уходи, сзади калитка, дальше двор — и улица. Там авто, ты успеешь.

Мальчишка не уходит. Теперь я вижу его лицо — упрямое, красивое, очень похожее на лицо того, в гимнастерке (да, теперь вспомнил!). Но ведь это неправильно! Мы же пришли выручать вас, всех вас — и тебя в первую очередь. Уходи сейчас же!..

Не уходит, пытается объяснить. С каждым мгновением слышу все хуже и хуже, слова тонут, растворяются в хлопках шампанского. Вот-вот распахнется калитка.

…Он умеет разбирать пулемет. Он умеет стрелять. В авто, даже в двух, все равно не хватит места.

Мальчик прав — не хватит. Кто-то должен быть за рулем, авто совсем маленькие, других достать не успели.

Только теперь замечаю, что на нем тоже гимнастерка. Новая, с золотыми погонами. Мальчишка перехватывает мой взгляд, улыбается, начинает рассказывать. Погоны им носить запрещали, он надел их только утром, он знал, что случится сегодня…

Мгновения становятся долгими-долгими, каждое — как целая жизнь. Можно не спеша беседовать, толковать о пустяках, любоваться ярким майским небом.

Калитка распахнута.

[…………………………..]

— Извольте пройти!..

Изволю. Сказать — нечего, спросить — некого. Джимми-Джон вновь задерживается (снотворное плохое попалось?), а прихожая дома-призрака вовсе не пуста.

Лестница та же, ковер тот же, светильники. И дерево на месте, справа от входа, в мраморной кадке. Но вместо фантома меня встретил некто — явно во плоти. Лакей, вероятно. Вероятно, потому как лакеев приходилось видеть лишь в кино. Так что мог быть и дворецкий.

Следующий некто встретил прямо на лестнице. Этот точно лакей — личность больно подходящая.

…Письмо Джимми-Джона не отличалось разнообразием — то же приглашение взглянуть на файл, только не в 23.00, а в 23.20. По тем же Афинам. И файл тот же.

Заблудиться не дали — еще один ливрейный проводил в гостиную. Гостиная оказалось прежней — с медальонами на стенах.

Присесть, достать сигареты… А сигареты появились, прямо в левом кармане! «Атаман»? Если бы! Но курить можно.

Итак, лакеи материализовались — вместе с сигаретами. Интересно, а кто еще?

— Нимми-нимми-нот!..

Ясно!

[…………………………..]

— Можете рассматривать историю с вашим «Гипнономиконом» как эксперимент. Книги во сне наверняка писались, но наяву их приходилось сочинять заново. А тут — чистый результат!

…Все такой же — руки в карманах, ноги чуть ли не на столе. Чего он дурака-то валяет?

— Неужели и вам, Том Тим, не хотелось бы наяву — наяву! — прочитать свое творение?

— Угу, — кивнул в ответ. — Хотелось. Только до сих пор не уверен, что творение действительно мое. Ладно, согласен. В конце концов, я вам обязан, хотя бы за бабочку — за mo3.jpg.

Усмехнулся, хмыкнул удовлетворенно:

— Помогает? И, наверное, привыкли?

Привык? Черт, дьявол, на что джинсовый намекает?

— Если бабочка улетит, смело обращайтесь. У меня таких — коллекция.

Так и не намекает! Первый файл даем задаром, как понюшку кокаина, а уж второй…

Встал, одернул джинсы… Рубашку поправил с узлом на брюхе.

— Пора. Думаю, уже поняли, Том Тим, у меня здесь своя… бабочка. Чуть более совершенная, чем mo3. Но о ней потом. Свою не забыли?

Маленькая яркая точка под самым потолком. Не забыл!

— Можете и тут погулять. Программа, кажется, инсталлировалась.

— В каком смысле? — не понял. — Вчера в доме был сабантуй призраков. Хэллоуин!

Акула дернула крепким подбородком.

— И вы, Том Тим, наверняка летали, хотя в таких файлах подобное не предусмотрено. Да, многое не так, но пока это безопасно…

ПОКА? Что значит «пока»?

— …Кроме того, мы попали сюда вместе, а на двоих гостей файл не рассчитан. Вот программа и настраивалась — в меру возможностей. Все, исчезаю!