Чтение онлайн

Стих был простенький, и начинался он так:

Потрясенная, я перевернула еще несколько страниц.

Внизу, под стихом, стояла подпись «Увядший», точно это был автограф того, кто его сочинил. Почему-то вспомнился букет цветов на ночном столике миссис Кинг – там была карточка, подписанная Шайей, и красные лепестки уже начали вянуть. Я тронула краешек, и лепесток отвалился, спланировав на деревянный комод. Как неожиданно он приехал, и сколько времени я убила в пустых мечтах, дожидаясь его возвращения!

Мне следует выкинуть из головы увядшие цветы вместе с его зелеными глазами!.. Я захлопнула книжку и отбросила на кровать. Джо как раз вошла в комнату.

– Я здесь! – воскликнула она, радостно улыбаясь.

Руки у нее были заняты. В одной одна держала плойку для завивки волос и телефон, в другой – пригоршню «Баглз». Длинные распущенные волосы сестры доходили до бедер, ее бледное личико, раскрасневшееся от мочалки, светилось румянцем.

Постоянно твержу Джо, что ей здорово повезло с кожей, но она меня не слушает. Мы с Бэт страдали прыщами. У меня лицо очистилось только тогда, когда я стала работать в Sephora и бесплатно испробовала все самые дорогие новинки.

– Тебе идет этот макияж, – заметила Джо.

Она включила в розетку плойку, я отделила часть волос и заколола их сверху, чтобы сестра завила мне нижние пряди.

В последнее время мы сблизились, она заметно повзрослела. Это была уже не та малышка Джозефин, которая сбежала из дома, когда старик Лоренс поймал в клетку енота и не хотел его отпускать. Я, кстати, тоже не стою на месте. Здорово действует на нервы, что ко мне никто не относится как к женщине, хотя я давным-давно ею была.

– Сделай крупные завитки.

Джо кивнула и принялась за работу.

– Как думаешь, Эми досидит до утра? – спросила я, пока она завивала крупную прядь. Когда Джо отпускала волосы, теплые локоны падали мне на плечо.

Джо не успела ответить – в спальню вприпрыжку вбежала Эми.

– Джо, Мэг, чем бы вы там ни занимались, вы обязаны мне рассказать, как пройдет вечеринка!

– Расскажем. Ты будешь сидеть допоздна или ляжешь пораньше? – спросила я, пока Джо заворачивала в железный зажим плойки очередную прядь.

Эми обошла нас по кругу, подцепила с трюмо тюбик помады и склонилась к зеркалу, выдвинув темно-бордовый стержень.

– Я вас дождусь. – Эми теребила в пальцах тюбик, словно пытаясь сообразить, как этим пользоваться. – Вечно вам достается все самое лучшее. Вы слышали, что Белл Гардинер помолвлена? Жду не дождусь увидеть ее колечко! Ух, везуха же вам, там будет весело, не то что здесь. – Эми вздохнула и, облизнув губы, принялась жирно мазаться помадой. Закончив, она привстала и посмотрела на себя в зеркало.

Помолвка меня особенно не интересовала, как, впрочем, не интересовала меня и сама Белл Гардинер. Она была на год старше меня, однако вместо того, чтобы уехать учиться во Флориду, не выбралась дальше Французского квартала. Вроде бы устроилась в какой-то бар в центре в городе, в центре Квартала, где-то между улицами Бурбон и Роял. Работала там барменшей, как наша тетя Ханна.

– Как думаешь, у нее здоровущая обручалка? – спросила Эми. Ее детские ножки в носочках так и мельтешили в тесных стенах моей спальни.

Мы с Джо переглянулись в зеркале.

– А с кем у нее помолвка-то? – поинтересовалась Джо.

Я пожала плечами и прикрыла глаза. Да кто ж ее знает? Мне, честно, по барабану. Жаль только того страдальца, который предложил ей выйти замуж. Я могла бы придумать тысячу оправданий, привести кучу доводов в пользу своей неприязни к ней, но главное – это все-таки Шайа. Они недолгое время встречались, когда были в выпускном классе, а я училась на год младше. Те две недели показались мне нескончаемыми.

– Как знать. Наверное, с каким-нибудь солдатом, – предположила Джо, взглянув на Эми через отражение в зеркале.

У Эми загорелись глаза.

– Нет, ну вы представляете? Везуха! Одна я как не знаю кто… – вздохнула она.

– Везуха? В двадцать лет замуж? – съязвила я в ответ на ее сетования.

Впрочем, я и сама мечтала пораньше найти любовь всей своей жизни и жить в безопасности за надежной спиной. Так меня воспитали. Я, как и Эми, завидовала Белл Гардинер, но не хотела в этом признаваться. Втайне я надеялась, что Джон сделает мне предложение, как только вернется домой на следующей неделе.

Раздался голос Бэт, стоявшей в дверях:

– Хорошо, что мне не придется ходить там среди всех этих незнакомых людей и ломать голову, о чем с ними говорить.

Ей всегда было крайне некомфортно среди большой массы народа. Когда на мой фейсбук пришло приглашение на помолвку, в которой были указаны только мы с Джо, я ощутила укольчик совести, но потом поняла, что Бэт и сама предпочла бы остаться дома с Мередит и Эми, а не толкаться на шумном и людном мероприятии.

Я с сочувствием взглянула на Бэт и перевела взгляд на Джо.

– Ты что, в этом собираешься пойти? – спросила я.

Сестра кивнула и осмотрела себя с ног до головы. Она была вся в черном: джинсы, рубашка. Чуть выше бедер сверкнула полоска незагорелой кожи. Не помню, чтобы Джо вообще когда-нибудь носила платья. Как-то давным-давно, на Пасху, Мередит заставила нас обрядиться в одинаковые платьица. В них, с одинаковыми корзинками в руках, мы позировали для семейного снимка. Получилось просто убожество. Не удивлюсь, если они висят сейчас на «Баззфид» в коллекции самых уродливых семейных фото.