Чтение онлайн

– Здесь, - касается он точки на ее запястье. – Проколи клыками здесь и попадешь в нерв. Онемеет вся рука, и твоя жертва не почувствует боли.

– Я хочу, чтобы ты ушел, - отвечает Кэролайн, вырывая ладонь.

– Ты читала мое письмо?
– он, кажется, и не обращает внимания на ее враждебность.

– Да.

– Это все, что ты хочешь мне сказать?

– Да.

Он стоит, просто глядя на нее несколько мгновений, ожидая, что она скажет что-то еще, но она молчит.

– Очень хорошо, - наконец говорит он.

Выйдя из комнаты, Клаус запирает за собой дверь.

***

Ей кажется, что после его ухода прошло много часов. Комната пуста, и в мертвой тишине Кэролайн не остается ничего, кроме как снова и снова вспоминать и обдумывать все произошедшее за последнее время. Она находит письмо Клауса, которое недавно скомкала и выбросила, и, бережно расправив бумагу, перечитывает его раза три, если не больше, прежде чем написать ответ.

Мой Лорд,

Я не отвечала Вам раньше, не потому что мне было нечего сказать, нет, просто я не могла сказать Вам ничего, кроме горьких слов. Уверена, озвучь я их, Вы бы заставили меня пожалеть.

Я не думаю, что Вы бездушны, потому как не будь у Вас души, Вы бы не смогли писать таких сердечных писем.

Но я думаю, что Вы жестоки.

Наверное, я приведу Вас в бешенство. Я прекрасно знаю, что мне не следует высказывать своего мнения, но ничего не могу поделать. Потому я и решила написать Вам письмо, чтобы суметь сдержать свой нрав и не сказать что-то, прежде чем подумаю, стоит ли это говорить. Вы, должно быть, заметили, я поступаю так часто, но после жалею о своих словах.

Я не вижу в Вашем поступке подарка. Я не вижу причин, почему не могу наслаждаться танцами и музыкой – чего я больше не стану делать с Вами – будучи человеком. Я не верю, что Вы сможете сделать меня счастливой, я не из тех женщин, каким легко угодить. И не создана прислуживать мужчине. Мне не нравится проводить время в четырех стенах, словно животное. Я хочу свободы и сказала об этом Вам, но Вы до сих пор мне ее не предоставили. Только свобода и возможность выбирать могут сделать меня счастливой, а Вы не принадлежите к людям, способным дать это женщине, впрочем, я этого от Вас и не ожидала.

В своем письме Вы сказали, что хотите быть со мной честным. Так вот и я поступаю так же. Если Вы решитесь открыть дверь моей клетки, моим выбором будет – уйти от Вас. Пожалуйста, позвольте мне.

И последнее. Я нахожу невероятно странным, что человек, который просил меня его не любить, идет на такие меры, чтобы заслужить мое прощение. Вы дали мне повод ненавидеть Вас, и это то, чего, я предполагаю, Вы желали с самого начала.

Кэролайн

Сложив бумагу вчетверо, она просовывает ее в зазор между полом и дверью, спустя несколько минут услышав, как кто-то подошел и забрал ее.

Кэролайн ждала ответа, но еще два дня никто к ней даже не заходил.

========== 6.4. I Grow Stronger. “Let me” ==========

С новым письмом принесли красивый ящичек золотистого цвета, с шелковыми шнурками, завязанными в бант. Оставив письмо на столе, Элизабет помогла Кэролайн развязать узел и открыть коробку.

Внутри лежало божественно прекрасное платье.

– Оно так красиво, - говорит Элизабет, словно надеясь, что эти слова убедят Кэролайн остаться.

Девушка не отводит от наряда глаз. С темно-синим корсажем, легкими шелковыми рукавами, вышитое серебряной нитью, оно было точно таким же, как то, что Клаус разорвал на куски в их первую ночь. Он ведь пообещал подарить ей точно такое же. Все еще злясь на Клауса, Кэролайн захотела вернуть платье обратно, но подумала, что это бессердечный поступок. Хотя может, она просто слишком эгоистична, чтобы так поступить.

– Спасибо, Элизабет, - отпускает женщину Кэролайн.

Она дожидается пока выйдет служанка, чтобы открыть письмо.

Кэролайн,

Во-первых, мой предыдущий визит не был допросом, и мне не нравится, что ты так называешь наш разговор. Никогда у меня не было и мысли допрашивать тебя, словно обычную пленницу, и я бы попросил тебя впредь не употреблять этого слова.

Что касается последних строчек твоего письма, могу сказать – я не желаю твоей любви, но и не хочу, чтобы ты меня ненавидела. И я бы не хотел больше упоминать в письмах произошедшее той ночью, письма могут украсть, они могут попасться на глаза недоброжелателям, если только ты не сожжешь их. Я свои не сожгу.

Прошу тебя еще раз обдумать желание уехать. Два дня прошло с тех пор, как ты написала письмо, и возможно, твое мнение изменилось. Уверяю, что смогу сделать тебя счастливой. Ты не из тех женщин, которым легко угодить, с этим я согласен, но сам я из тех людей, кто любит вызов. Я ведь тоже один из власть имущих, и эту власть ты можешь использовать в своих интересах. Я дам ее тебе.

Мне любопытно, если ты все же покинешь меня, как ты собираешься выжить в мире для мужчин, без мужчины, за которого могла бы держаться?

Клаус

Она отвечает на письмо сразу, больше не пытаясь сдерживать эмоции.

Мой господин,

Спасибо за новое платье. Я и не ожидала, что Вы сдержите свое обещание, но предполагаю, сдержали Вы его только потому, что желали заставить меня пересмотреть решение уйти. Я благодарна за платье, но Ваш план не сработал. Если Вам угодно вернуть наряд теперь, я пойму.

Этот мир для мужчин, но – если я смею говорить так – во мне есть гордость и мужество, равные тем, какими обладают мужчины. Я поступлю по-своему. Пожалуйста, умоляю Вас, позвольте мне.

К.

– Неужели девушка еще не вышла? – Элайджа заходит в гостиную в ту самую минуту, когда Клаус, дочитав последнюю строчку письма, недовольно сжал бумагу в ладони.

– Наверное, это колдовство, - говорит он себе под нос, ни к кому в частности не обращаясь.

– Что девушка сделала, чтобы заслужить твои подозрения? – с любопытством спрашивает Элайджа.

Клаус колеблется несколько мгновений, прежде чем ответить.

– Я чувствую большую… - он замолчал, подбирая подходящее слово, - нежность к ней. Она сердится на меня, и я хочу с ней помириться, - продолжает он, наверное, слишком откровенно выдавая свою симпатию.

– Вряд ли это колдовство, - как ни в чем ни бывало, ответил Элайджа. – Ты привязан к ней.

Резко поднявшись с кресла, Клаус подходит к брату, возмущенный таким обвинением.

– Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы о ней беспокоиться?
– спрашивает он, понизив голос.

– Да, - ровно отвечает Элайджа, прекрасно зная, что брат ждал других слов. – Но тебе нужно разобраться со своими делами скорее, Никлаус, - внезапно меняет он тему.

Клаус приподнимает брови, ожидая объяснений.