Чтение онлайн

Настроение испортилось еще сильнее, и я горько усмехнулась:

– Дружба – это не только слово, но и время, уделяемое тому, кто близок по духу и устремлениям. Все эти годы я трачу на учебу все время, кроме сна. Вообще все. Иначе тот прыжок выше головы, к которому я стремлюсь, просто не получится. В общем, ты первый и единственный друг.

– Ты у меня тоже первая и единственная подруга! – почувствовав, что я расстроилась, успокаивающе улыбнулся он. – Кстати, самая лучшая из всех возможных: вон, полоска самая длинная, индекс самый высокий и внешность самая сногсшибательная…

…Лежать на теплом полу, не думать ни о каких проблемах и перешучиваться с остроумным, тактичным и обаятельным мужчиной было так приятно, что поворот беседы в серьезное русло я восприняла, как удар под дых:

– Помнится, я обещал рассказать о том, как мне достался этот кораблик?

Я утвердительно мотнула головой. А Дэн перевернулся на спину, заложил руки за голову и невидящим взглядом уставился в потолок:

– Первые пятнадцать лет своей жизни я был уверен в том, что мой отец – командир абордажной секции тяжелого крейсера «Неудержимый». Что он случайно столкнулся с мамой в супермаркете, потерял голову от ее красоты и долгие годы не знал о моем существовании лишь только потому, что она по каким-то причинам не захотела ему сообщать о моем существовании. Определенные основания для такой уверенности были. Ведь познакомились они на одиннадцатый день с момента прибытия «Неудержимого» в систему Эррат. Супермаркет, в котором они столкнулись, находился перед домом самой близкой подруги моей мамы и рядом с баром, облюбованном теми членами экипажа крейсера, которых отправляли в увольнение. Встречались чуть более шести месяцев, то есть, все то врем, пока крейсер, потрепанный в каком-то пограничном конфликте Империи Росс и Арабского Халифата, чинили на одной из орбитальных верфей, и так далее. Не сомневался я и в том, что моим отцом является именно капитан Кирилл Романов, чьи голографии я нашел в Сети еще в восемь лет, ибо уже тогда казался его клоном. Просто мелким…

Чтобы не быть голословным, Дэн отправил мне несколько голограмм, на которых был изображен отец, дал мне время оценить свое действительно невероятное сходство с этим мужчиной, и продолжил рассказ:

– В общем, в детстве и юности я им страшно гордился. И хотел стать таким же опасным и бесконечно уверенным в себе хищником, каким отец казался со стороны. Поэтому незадолго до своего четырнадцатилетия, узнав о том, что «Неудержимый» несколько раз приходил в систему, а мама виделась с отцом без меня, страшно расстроился. И обиделся. Да так, что не разговаривал с ней больше года – до самой ее смерти. За что никогда себя не прощу…

Чтобы чувствовать боль, которую испытывал Ромм, вспоминая те дни, не требовалось быть эмпатом, поэтому я накрыла рукой его предплечье и легонечко сжала пальцы. А когда он не обратил внимания и на это предложение укоротить расстояние в нашей дружбе, мысленно обозвала себя дурой – он не знал наших традиций и в принципе не мог понять привычных жестов, а значит, надеяться на правильную реакцию было глупо.

А он в это время продолжал монолог:

– Первый звоночек, свидетельствующий о том, что в истории знакомства моих родителей не все так очевидно, как казалось со стороны, прозвенел за день до похорон мамы, когда в УТЦ прилетел сотрудник посольства Империи Росс, тогда еще старший лейтенант Сергей Копылов. Он назвался другом отца, помог с не самыми приятными формальностями, присутствовал на отпевании и так далее. А когда «узнал о том, что у Камиллы Ромм остался сын», крайне ненавязчиво постарался стать нужным. И постепенно превратился в связующую нить между мною и отцом. Свою роль он отыгрывал бесподобно – давал советы именно тогда, когда они были необходимы, и такие, которые были мне действительно нужны, подкидывал программное обеспечение, базы данных и инструментарий, который мне было не достать даже с участием дяди Бена, передавал приветы и подарки от «второго родителя». Только все это он делал как-то уж очень своеобразно! Скажем, интерес к Империи Росс пробудил, но не раздул. После одного из детских конфликтов с дядей выступил в роли третейского судьи и аргументировано доказал, что брат моей мамы всю жизнь делал и для нее, и для меня больше, чем мог, соответственно, имеет моральное право что-то требовать и от меня. А через какое-то время плавно подвел к мысли о том, что любой нормальный и уважающий себя мужчина должен отвечать добром на добро, а значит я, единственный родной дяде Бену человек, просто обязан стать ему опорой в конце жизни. Говоря иными словами, все это время он целенаправленно лишал меня морального права ломиться в посольство Империи и просить ее гражданства!

– О, как…

– Приблизительно так же вел себя и отец. Прошлой весной, когда его крейсер вновь вошел в нашу систему, он примчался к нам, «чтобы, наконец, лично познакомиться с сыном», сделал все, чтобы меня обаять, подарил этот «Мираж» и… вторым слоем создал картину неустроенной жизни флотского офицера, вечно мотающегося по дальним границам Империи!

– Ты хочешь сказать, что его знакомство с твоей мамой было не случайным? – нахмурилась я. – И что через нее он пытался выйти на верхушку «Конкистадоров»?

– Лани, он, вроде как офицер Пограничного флота Империи Росс, подарил мне не дом, не флаер, не какой-нибудь грузовой внутрисистемник, а «Мираж»! С самым современным генератором маскировочного поля, с движками седьмого поколения, портативным блоком межсистемной связи и так далее. Не знаю, как ты, а я могу назвать такую машину только мечтой контрабандиста.

– Хм…

– Правда, к моменту нашей первой и единственной встречи я был уже не ребенком, поэтому от подарка отказался – понимал, что майору Кириллу Романцеву, майору Сергею Копылову и тем, кто стоят за ними, нужен не я, а мой прямой выход на руководство «Конкистадоров». И в перспективе – их прирученный глава.

– Мотивы россов более-менее понятны! – подумав, заключила я. – Хорошие отношения с тобой – это не только самый высокий уровень доверия и взаимодействия с вашим кланом, но и прямой выход на руководство кланов, занимающих три первых места в неофициальном рейтинге, как ты выразился, местных преступных сообществ. А твои, честно говоря, не очень…

Дэн тяжело вздохнул:

– Как говорят в Империи Росс, «Коготок увяз – всей птичке пропасть»! То есть, теперь, дав им возможность зацепиться, я открыл прямую дорогу в будущее, которое меня НЕ УСТРАИВАЕТ!

Судя по выражению глаз и мелкой моторике, эта фраза была криком души, и я испугалась, так как понимала, что на этот шаг он пошел из-за меня:

– Чем именно?

– Государство не терпит компромиссов. Поэтому единственно приемлемый уровень взаимодействия между Главным Разведывательным Управлением Империи Росс и кланом «Конкистадоры» – высший. А для того, чтобы усадить меня на место первого лица, требуется всего ничего: основательно замазать в противоправных действиях, добавить уважения в глазах тех, кто имеет вес в преступном мире Эррата, и, что самое главное, убрать с моего пути ВСЕХ конкурентов. То есть, тех людей, которые нянчили меня вместо так называемого «отца», вкладывали душу в каждый мой шаг и которые мне по-настоящему доверяют…

[1] Амми – светило в системе Тэххер.

[2]В тэххерском обществе пять рангов развития личности. Первые четыре категории мужчин считаются ниже и слабее женщин, равных по рангу, поэтому выбираются ими. А пятая, так называемая Элита, сильнее. И как правило, выбирает партнерш сама.

14 мая 2411 года по ЕГК

Лани поднялась в рубку в начале второго дня, закутанная в одеяло, спящая на ходу, растрепанная и чем-то похожая на нахохленного воробушка. От лифта до кресла, которое могли с равным успехом использовать и Умник, и ООС[1], прошла на автопилоте, кажется, ничего не видя и не слыша. Забралась в него с ногами, подоткнула под колени уголки одеяла, некоторое время очень убедительно изображала кокон, а минут через десять начала потихоньку просыпаться. И, посмотрев на обзорный экран более-менее осмысленным взглядом, удивленно выгнула бровь:

– Ты решил поплавать и позагорать?

Я покосился на неухоженный бассейн, над которым завис «Мираж», «полюбовался» на перевернутые лежаки и бортик, засыпанный пожухлой листвой, после чего отрицательно помотал головой:

– Неа. Человек, который взялся отправить твое сообщение, должен оставить подтверждение выполнения заказа на одном из сайтов Сети. А у хозяина этого дома подходящий трафик.

Тэххерка сладко зевнула, рассмотрела задний двор загородного дома чуть повнимательнее и сделала правильные выводы: