Чтение онлайн

 Затем Дин убрал с ее лица мокрые пряди волос. И ахнул.

 - Боже мой, - выдохнул он, глаза у него были круглыми, как у совы.
– Это же Арианна.

10

 Пасифая скользила сквозь бурлящую ночь. Очищающий дождь стекал ручьями по ее стигийским грудям. Щекотал адские чресла и посылал лучи света в бесплотное нутро. Подобно дыму, она просачивалась сквозь деревья, отравляя на своем пути все живое - жуков, лягушек и мелкое зверье.

 Не в силах ничего с собой поделать, она погрузила палец своей изящной дедаловой руки себе в лоно и потерла. Она возвращалась к нечестиво-прекрасному обиталищу ее сына, и каждый последующий шаг вызывал многократный, сочащийся влагой оргазм.

 Дети для моего дитя. Чада для моего чада...

 Ее длинные черные ноги были сколькими от сладострастных выделений, темные, как ночная тень груди исполнены желания, восхитительные соски торчали словно иглы.

 Она побеждала, не так ли? Она несла возмездие в своем страшном, стремительном ударе. Ее глаза прожигали ночь, улыбка была подобна языку пламени.

 Пасифая пребывала в экстазе, ибо сегодня она узрела его.

 Сегодня она узрела главного злодея.

 О, да...

 Спустя несколько мгновений она стояла, прекрасная и изящная, возле зияющей черной пасти лабиринта. Оттуда подымался запах скверны, столь же сильный как дыхание Плутона, смердящее экскрементами вечности. Для ее ноздрей то был богатый аромат, для языка он был сладким, словно кожура анноны. Она слышала доносящееся из лабиринта возбужденное фырканье ее сына. Это вызвало радость в ее мертвом сердце, такую, что она утратила над собой контроль. Она быстро села на влажную лесную почву и принялась яростно мастурбировать, ее черные пальцы теребили нежную плоть ее черного лоно. Когда она кончила в последний раз, чувства хлынули из нее наружу. Она наклонилась и принялась исторгать из себя рвоту, точно так же, как мужчина исторгает семя. Насыщала мокрую землю столь чудесными чувствами ненависти и отчаяния. Струя за струей, пока ее нутро не опустело.

 Она блаженно вздохнула.

 Теперь места хватит для большего. Гораздо большего.

 Пасифае не терпелось наполнить себя.

 Да, главный злодей вернулся, ее заклятый враг. И...

 Сегодня,– решила она, мы устроим ему небольшую торжественную встречу.

***

 - О, бедняжка, - причитала Ширли.

 - Арианна? Арианна?
– Дин осторожно похлопал ее по щеке.
– Ты меня слышишь?

 Они вернулись в особняк и положили ее на отделанную плиссированной тесьмой, цвета чайного листа антикварную кушетку, за которую большинство коллекционеров могло бы убить. Из-за нулевой видимости им потребовалось почти два часа, чтобы добраться до дома. Даже сейчас, дождь накатывал на особняк шумными завесами, а гром раскалывал небо. Вернувшись, Дин и Аякс внесли бесчувственную Арианну в обшитую панелями гостиную.

 - Черт, может, нам нужно было отвезти ее в больницу?
– предположил Дин.

 - В такую-то погоду?
– напомнил ему Аякс.
– Мы бы врезались куда-нибудь, прежде чем добрались дотуда.

 За окном грохотала и гудела гроза. Дин обеспокоенно опустил глаза.

 - Что с ней, по-твоему?

 - Ну, для начала, острое недоедание, обезвоживание, хронический абстинентный синдром, и... я уже говорил про острое недоедание?

 - Что нам нужно сделать!
– закричал Дин.

 - Согреть ее. Горячая ванна подойдет. Черт, я с радостью искупал бы ее...

 - Я это сделаю, - категорично произнес Дин.
– Что еще?

 - Какое-то питание. Твердая пища, возможно, ей сейчас навредит. Так что, суп, например.

 - Пойду, приготовлю бедняжке горячего супчика, - вызвалась одетая в ночнушку Ширли и поспешила прочь.

 - Она вся дрожит, - пробормотал Дин.
– Я лучше наведу ванну.

 - Но если подумать, - вспомнил Аякс.
– Возможно, это не такая уж и хорошая идея. Говорят, нельзя принимать ванну в грозу. Если молния попадет в дом, человека, находящегося в ванне, может ударить током. Накрой ее пока одеялом.

 Дин в отчаянии огляделся, но не увидел никаких одеял, рванул с пола гератский декоративный коврик 19-ого века и обернул им девушку.

 - Ты только что завернул грязную мокрую нарколыгу в ковер, который стоит штук пятьдесят, - заметил Аякс.

 - Она не нарколыга! Не называй ее так!
– возразил Дин.
– Она - жертва общества, обманутая враждебной средой.

 - Да какая разница...

 - Арианна? Пожалуйста, приди в себя!
– взмолился Дин. Он еще раз похлопал ее по щеке, и завернул плотнее в ее новый теплый плащ из персидского ковра.

 Наконец, размазанные глаза Арианны затрепетали. И широко раскрылись.

 - Дин?
– воскликнула она.
– Нет, нет, это не можешь быть ты. Это просто еще один страшный сон...

 - Это я, я здесь! Мы в особняке моего отца! Ты в безопасности!

 Она сделала длинный и тяжелый выдох, и с облегчением закрыла глаза.

 - Ты никогда не поверишь, - тихо прошептала она.
– Никогда не поверишь, что я видела.

 - Женщину из дыма, - внезапно сказал Дин.
– И кое-что... кое-что... с рогами.

 Ее маленький ротик раскрылся, как, несомненно, раскрывался перед сотнями, если не тысячами, пенисов. Но на этот раз пениса перед ней не было. Дин понял, что она знает, о чем он говорит.

 - Это было... это было худшее, что я когда-либо видела, - всхлипнула она.

 - Что?
– умоляюще произнес Дин - Что ты видела?

 Лицо у нее побледнело.

 - Монстр...

 - Монстр? Монстр с рогами?

 - Да...

 - Это было где-то рядом со старой шахтой за мельницей Стоддарда?