Рази наповал

Переводчик: Triadochka

Вычитка: Tei2113

Обложка: inventia

Переведено для http://neill-chloe.ucoz.com/

Мой живот просто огромный.

Это не неуверенность, эгоизм или преувеличение. Это простой и ясный факт.

Я нахожусь на тридцать седьмой неделе — или приблизительно на восьмом месяце — беременности первым в мире ребенком-вампиром. Мне посчастливилось забеременеть и не терпится увидеть мою дочь. Но мне надоело быть беременной.

Я скучаю по возможности видеть свои ноги. По распитию кофеина. Спанью на спине. Влезанию в мою кожаную куртку. Перекусу по собственному желанию, а не из необходимости. И я устала от того, что Малышка Салливан, этакий арбуз, который мы называем «Крохой», постоянно пинает мой мочевой пузырь.

Всего через несколько недель — исходя из того, что вампирская беременность длится столько же, сколько и человеческая — мы с ней встретимся.

На самом деле, мне грех жаловаться. Мы обе здоровы и, на настоящий момент, развитие вампира следует типичным этапам развития человека. Принимая во внимание, что нам пришлось бы гадать, как решить возможные проблемы, я вдвойне благодарна, что их нет.

Я вразвалку прошла через главный зал чикагского Дома Кадогана, готовясь к одному из распорядков, которые установила для себя за последние несколько недель. Они включают в себя неприлично плотный завтрак, вечернюю прогулку по Гайд-Парку и недолгую тренировку с моей катаной, чтобы я не полностью утратила свои навыки — хотя размахивание мечом с булочкой в метафорической духовке точно нельзя назвать примером совершенства.

Пришло время прогулки, поэтому я надела тянущуюся черную рубашку и леггинсы, легкую куртку с карманом для телефона и кроссовки. Я завязала свои длинные темные волосы в конский хвост, чтобы те не мешались. Такая вот у меня форма для тренировок.

Я подошла к открытой двери кабинета и заглянула внутрь.

Он стоял в центре комнаты, пиджак и галстук были сняты, белая рубашка на пуговицах облегала каждый кусочек твердой плоти и мышц. Его золотистые волосы до плеч были заправлены за уши, зеленые глаза прищурены, пока он, нахмурившись, смотрел на бумаги, которые держал.

Этан Салливан — Мастер Дома Кадогана, вампир, который создал меня, и Сеньор, которому принадлежит моя преданность. И вот уже почти год он мой муж.

— Проблемы? — спросила я, идя к нему.

Его голова поднялась, морщинка между бровей разгладилась, когда он мне улыбнулся. Навыки владения катаной у Этана убийственные, и его прекрасное лицо почти такое же впечатляющее. У него прямой нос, точеные скулы, губы полные и умелые, к моему большому удовольствию. И как восклицание, его большие изумрудные глаза увенчаны тонкими и решительными бровями, которые сообщают о его настроении лучше, чем что-либо еще.

— Привет, — произнес он, когда я подошла к нему, а потом опустил взгляд на мой живот. — И как сегодня поживает моя девочка?

— Со мной все хорошо. Спасибо, что спросил. — Мой тон был сухим, потому что я прекрасно знала, что он разговаривает не со мной. В последнее время Этан разговаривает с моим животом почти столько же, сколько и со мной.

— Кажется, твоя мама не в настроении, — сказал он.

— Лицо ее мамы здесь.

Этан поднял взгляд.

— Я разговаривал с ее лицом.

— Я это поняла. По какому поводу ты хмурился?

Он постучал пальцем по документам.

— Первый проект мэра намеченного соглашения с городом.

Я с отвращением посмотрела на бумаги. Вампиры Кадогана уже несколько раз спасали Чикаго, но эти усилия не всегда были безвредными. Царапины и вмятины получились не по нашей вине — мы не материализовывали дракона, который чуть не повалил Водонапорную Башню — но мы были более вовлечены, чем большинство других сверхъестественных Чикаго, поэтому, когда мэр захотела получить средства на восстановление разрушений, она обратилась к нам. Учитывая, что последний ущерб был нанесен миллионершей, у которой было море денег на ремонт, у нас возникли проблемы с благосклонностью. Но мы сознательные горожане, поэтому согласились на переговоры.

Окончательная сделка, вероятно, будет включать в себя пункт, где мы держимся подальше от будущих приключений, что в последнее время не было проблемой. В период после дракона в Чикаго в основном никаких побоищ не было. Я несколько недель не выносила катану из тренировочного зала, отчасти потому, что как Страж Кадогана ушла в декрет, а отчасти потому, что в этом не было необходимости. И хоть я и рада, что Чикаго обрел покой, как-то странно переходить от борьбы с монстрами к обсуждению марки подгузников.

— Джонах приедет для обсуждения? — спросила я.

— Да.

Джонах — капитан охраны Дома Грея, одного из двух других вампирских Домов в Чикаго. Наварра — третий. Ни Грей, ни Наварра не подписывают контракт с городом, но поскольку условия теоретически могут повлиять на все три Дома, Скотт Грей, Мастер одноименного Дома, попросил обсудить их до того, как будут подписаны документы. Джонах ознакомится с ними от имени Скотта.

— Пока я буду участвовать в пытках, которыми являются переговоры с городом, ты пойдешь на свою вечернюю прогулку?

— Да, — ответила я.

— У тебя с собой телефон?

— С собой. Не то, чтобы он был мне нужен. Единственная захватывающая вещь, которая может произойти во время этой небольшой прогулки — это немного больше сплетен от миссис Плам.

Многие из человеческих соседей Дома стали более дружелюбными после того, как вампиры спасли город от дракона и злой колдуньи, которая его материализовала. В их число вошли Пламы и их матриархальная бабушка. Каждый вечер она выгуливает свою собаку или поливает свои дражайшие клумбы, и я вполне уверена, что она выбрала время для всего этого так, чтобы могла посплетничать со мной на тротуаре. Что меня устраивает. Ньютоны, которые живут через дорогу, спорят, взять корги или дворняжку неопределенной породы, и мне нужно узнать, что они решили.