Распутник
Шрифт:
Дидро…взвесить все возможные осложнения…
М-ль Гольбах…и в конце концов изложить все эти рассуждения на бумаге.
Дидро. Почему на бумаге?
М-ль Гольбах. Моей подруге это необходимо. Она хочет получить письменное подтверждение, что ее чрево принадлежит ей, равно как и все, что оно может произвести.
Дидро. Откуда такой формализм?
М-ль Гольбах с очаровательной улыбкой протягивает ему перо.
М-ль Гольбах. Для меня это важно…
Дидро хватает перо и торопливо строчит.
Дидро. «Я советую этой девушке прислушаться к голосу своего сердца, ибо природа всегда права». Вот! Вы довольны?
М-ль Гольбах берет этот лист бумаги и внезапно кричит:
М-ль Гольбах. Анжелика! Анжелика!
Сцена двенадцатая
Анжелика, м-ль Гольбах, Дидро. Анжелика
Дидро вбегает и бросается на шею отцу.
Анжелика. Ах, папа, папа! Я так рада! Дидро принимает ее в свои объятия, не понимая, в чем дело.
Дидро. Анжелика! Что ты здесь делаешь? Я думал, ты появишься ближе к вечеру.
Анжелика отстраняется от отца, идет к м-ль Гольбах и целует ее в обе щеки.
Анжелика. Какая ты чудесная подруга! Я готова сделать для тебя еще больше — в десять, даже в сто раз больше! Я тебе помогу всегда, только скажи!
Дидро. Что, в конце концов, здесь происходит?
Анжелика (отцу). Я хочу признаться, что не осмелилась задать тебе этот вопрос сама. (Перечитывает то, что только что нацарапал Дидро, и счастливо вздыхает.) Папа, я люблю шевалье Дан-сени.
Дидро. Малыша Дансени? Но ему только девять с половиной!
Анжелика (со смехом). Да нет же, не сына шевалье Дансени, а самого шевалье. Твоего друга.
Дидро (подскакивая). Шевалье? Да ведь он же моего возра… Боже милосердный!
Анжелика. Несколько дней назад я видела его, когда он вернулся с охоты, весь взмыленный, в запыленных сапогах, он шел через Гранвальский парк, и я сразу подумала: «Вот он, отец моего ребенка!»
Дидро. Уж не хочешь ли ты мне сообщить, что ты беременна?
Анжелика. Он — отец ребенка, которого я бы хотела родить. Я желаю получить семя этого мужчины.
Дидро (оглушен). Семя… А я-то думал, что юные девушки мечтают о любовных переживаниях…
Анжелика. Видишь ли, папа, я не хочу тревожить шевалье Дансени, вынуждать его бросить жену и так далее. У него такая налаженная жизнь, и я его очень уважаю. Я просто хочу, чтобы он переспал со мной несколько раз — столько, сколько нужно, чтобы я зачала.
Дидро. Анжелика, девочка моя, что навело тебя на мысль, будто именно он должен стать отцом твоего первого ребенка?
Анжелика. Голоса.
Дидро. Что-что?
Анжелика. Мои голоса. Когда я его вижу, голоса во мне говорят, что это он.
Дидро (в ярости). Голоса! Точь-в-точь как у Жанны д'Арк, только по другому поводу?
Анжелика (просто). Да.
Дидро встает, готовый взорваться. Однако он пытается держать себя в руках и, замечая м-ль Гольбах, обращает свой гнев на нее.
Дидро. А вам-то что здесь надо? Вы не можете оставить нас хоть на минуту?
М-ль Гольбах. У вас такой потрясающий разговор! Я узнаю столько нового, я учусь!
Дидро. Разве вам еще есть чему учиться?
М-ль Гольбах. По-моему, самое интересное — впереди.
Дидро. Ну-ка быстро марш отсюда!
Анжелика. Пожалуйста, оставь нас с ним наедине.
М-ль Гольбах. Везучая, с твоим отцом гораздо интересней, чем с моим! (Уходит.)
Сцена тринадцатая
Анжелика, Дидро.
Дидро. Малышка моя, Анжелика, по-моему, тут какое-то недоразумение.
Анжелика (спокойно). Вовсе нет. Никакого недоразумения.
Дидро. Ты полагаешь?
Анжелика. Разумеется. Я действую в полном соответствии с тем, что всегда слышала от тебя. Наша единственная задача — быть счастливыми, не вредя другим, верно? Ну так я буду счастлива родить ребенка от Дансени, но не желаю вносить смятение в его жизнь.
Дидро (медленно). Анжелика, тебе надо прежде выйти замуж.
Анжелика. За Дансени?
Дидро. Нет. Ты должна выйти замуж за человека, который станет отцом твоих детей.
Анжелика. Но ведь Дансени уже женат!
Дидро (взрываясь, гневно). Да отцепись ты с этим Дансени! Я не желаю, чтобы ты спала с этим чурбаном, который любит только лошадей и в жизни не прочел ни одной философской строчки без риска вывихнуть челюсти от зевоты!
Анжелика. Я думала, он твой друг.
Дидро. Он, может, и мой друг, но никогда не будет любовником моей дочери, а уж тем более отцом моего внука! У меня нет ни малейшего желания качать на коленях маленького Дансени!
Анжелика. Ну а у меня такое желание есть, и этого довольно! (Решительно встает и направляется к выходу.)
Дидро догоняет ее. Она мягко высвобождается и поворачивается к нему, готовая противостоять со всей твердостью характера.
Анжелика. Слишком поздно, папа, ты не можешь отказаться от собственных суждений. Ты мне всегда говорил, что я буду строить свою жизнь так, как сама сочту нужным. Я бы хотела, чтобы мы поняли друг друга, ну а нет так нет, тем хуже. Я свободна, и мой выбор сделан.