Чтение онлайн

– Ваше Величество, боюсь, что ваши... ваши чувства к этой девушке выбивают вас из колеи и лишают возможности принимать здравые решения.

Кай почувствовал, что к его щекам прилила кровь. Неужели все было настолько очевидно?

– Разве я все еще не пытаюсь найти ее? Половина наших вооруженных сил вовлечена в поиски.

– Но вы пытаетесь найти ее или все же эту пропавшую принцессу?

– Если они вместе, какое это имеет значение? Мы можем найти обеих!

– А потом вы подарите Луне новую законную королеву, а Линь Зола получит помилование?

– Не знаю. Возможно. Неужели это было бы настолько ужасно?

– Она все равно останется одной из них. Вы сами признали, что она лгала вам. Что вы о ней знаете? Она извлекла идентификационный чип из запястья мертвой девушки. Она помогла известному вору сбежать из тюрьмы. Мне продолжать?

Скривившись от недовольства, Кай отвернулся и уставился в окно, с упрямым видом скрестив руки на груди. Ему было не по душе, что каждое слово Торина было несомненным фактом, в то время как надежда, которую дарила ему Наинси, основывалась на предположениях и допущениях.

– Я понимаю, что вы испытываете чувство вины из-за того, что частично ответственны за вынесение ей приговора, - уже мягче произнес Торин.
– Но вы должны прекратить идеализировать ее.

– Идеализировать?
– Кай посмотрел ему в глаза.
– Я этого не делаю.

Торин с подозрением посмотрел на него и не отводил глаз так долго, что Каю стало неудобно.

– Иногда я могу восхищаться ею, и даже вам следует признать, что многие ее поступки весьма впечатляют. К тому же на балу ома смогла открыто выступить против Леваны. Разве вас это не поразило, хоть немного?

Торин принялся аккуратно застегивать пуговицы пиджака.

– Я считаю, Ваше Величество, что вы слишком сильно надеетесь на девушку, о которой совершенно ничего не знаете и которая в то же время принесла нам всем огромные неприятности.

Кай нахмурился. Разумеется, это тоже чистая правда. Он ничего не знал о Золе, как бы ему ни хотелось обратного.

Но он был императором. У него имелись некоторые возможности. Может быть, он ничего о ней и не знал, но если даже ей удалось выяснить что-то о пропавшей лунной принцессе, тогда ему тем более удастся узнать что-нибудь о самой Линь Золе. И он знал, с чего начать.

Проснувшись в очередной раз, Кресс обнаружила, что лежит не под грудой песка, а в крепких объятиях. Во сне Торн прижал ее так близко к себе, что она чувствовала, как поднимается и опадает его грудь, а его дыхание щекотало ей затылок. Она медленно приоткрыла глаза.

На землю опустилась ночь. Показалась луна, еще крупнее, чем вчера, окруженная морем звезд.

Кресс умирала от жажды: во рту не было ни капли слюны, способной размочить пересохший язык. Ее затрясло в ознобе, несмотря на все лежащие сверху простыни, одеяла, парашют и жар, исходивший от ее обожженной кожи. Несмотря на уютное тепло, исходившее от спящего Торна.

Стуча зубами, она прижалась к нему так близко, как только могла. Он обхватил ее поплотнее.

Кресс посмотрела вверх. Звезды двигались, образуя над ее головой сияющий водоворот, грозящий всосать всю планету в свои черные глубины. Звезды издевались над ней. Смеялись.

Она зажмурила глаза, и перед ней предстала Сибил с жестокой улыбкой на лице. Замелькали новостные заголовки, а гнусавый детский голосок забормотал:

«14 ГОРОДОВ ПОД УДАРОМ... ВЕЛИЧАЙШЕЕ ПОБОИЩЕ ТРЕТЬЕЙ ЭРЫ... УНЕСЛА ЖИЗНИ БОЛЕЕ 16 ТЫСЯЧ ЗЕМЛЯН...»

– Кресс. Кресс, очнись!

Она подскочила, все еще трясясь в ознобе. Торн наклонился над ней, его глаза блестели от лунного света.

– У тебя лихорадка.

– Мне холодно.

Он потер ей руки.

– Знаю, ты будешь не в восторге от этого, но нам пора вставать. Надо идти дальше.

Это были самые жестокие слова, какие он только мог сказать. У Кресс не осталось сил. Казалось, будто все ее тело состоит из песка и может разлететься от легчайшего прикосновения.

– Кресс, ты еще здесь, со мной?

Торн обхватил ее лицо ладонями. Его прикосновение было прохладным и успокаивающим.

– Не могу.
– Ее язык прилипал к небу, когда она говорила.

– Нет, можешь. Лучше идти ночью, когда прохладно, чем пытаться двигаться днем. Ты же это понимаешь, да?

– У меня очень болят ноги... и кружится голова... Торн скорчил гримасу. Ей захотелось запустить пальцы в его волосы. На всех фотографиях, что она видела, даже на снимках из тюрьмы, он был лощеным и аккуратным. А сейчас он выглядел как бродяга - отросшая щетина, грязь и песок в волосах. Но от этого он не стал менее симпатичным.

– Знаю, ты не хочешь идти дальше, - сказал он.
– Тебе нужно хорошо отдохнуть. Но если мы просто останемся здесь, ты можешь уже больше не подняться.

Она и не подозревала, что такие простые слова могут прозвучать так ужасно. Песок вокруг словно завибрировал, и Кресс прижала ладонь к груди Торна в надежде почувствовать успокаивающее сердцебиение. Ощутив под ладонью мерный ритм, она счастливо вздохнула. Ее тело будто начало растворяться, маленькие песчинки перекатывались через нее...

– Капитан, - пробормотала она.
– Кажется, я тебя люблю.

Торн приподнял бровь. Она успела отсчитать шесть ударов сердца, прежде чем он внезапно рассмеялся.

– Неужели тебе понадобилось целых два дня, чтобы это осознать? Выходит, я теряю форму.

Кресс вцепилась в него.

– Ты знал?

– Что ты одинока, а я неотразим? Да. Я знал. Давай же, Кресс, тебе надо вставать.

Она уронила голову на песок, сон почти взял над ней верх. Если он просто ляжет рядом и обнимет ее, ей больше никогда не придется вставать на ноги.