Шрифт:
Глава 1
Стоял на северо-восточном участке стены и смотрел на лес, собственно, в данный момент все стояли и смотрели на лес, потому что оттуда выходило столько всякого зверья, что пялиться на это можно до самого обеда, и глаза не устанут.
Откуда-то слева доносились хлесткие команды Гундара, и даже на таком расстоянии было слышно каждое слово. Все-таки довольно тихо вокруг стало, как только появились эти стада. Земля чуть дрожит, но людям резко стало не до паники, будто бы каждый в этой деревне разом получил отрезвляющую пощечину. Хотя стоит отметить, что особо паникующие действительно эту пощечину получили, и я считаю, что вполне заслуженно.
— Третий десяток на северную стену! Второй десяток усилить камнями, горшки тоже туда! Гурт, где тебя носит?! Живее!
Стражники и ополченцы засуетились, несколько мужиков побежали к ближайшему складу и потащили оттуда корзины с булыжниками. Двое других впряглись в тележку и покатили ее от южного участка стены, предварительно до верху нагрузив горшками с негашеной известью. Причем оба явно нервничали, но оно и понятно, если один горшок рассыплется на стене, дышать тут будет нечем, и пострадают не звери, а защитники.
А звери тем временем даже не подумали замедляться. Как ошпаренные выскочили из леса и понеслись вперед, не разбирая дороги и не замечая ровным счетом ничего, кроме стены впереди. Стая черных волков неслась первой, и передний, самый крупный, с рычанием влетел в ловушку по самый плечевой сустав.
Лапа ушла вниз, раздался короткий сочный хруст, и волк замер на месте как вкопанный. Рычание оборвалось и перешло в скулеж, который отсюда, с расстояния в несколько сотен метров, было прекрасно слышно, и скулеж этот набирал обороты с каждой секундой. Зверь рванулся, выдирая лапу, дернул раз, другой, но шипы держат надежно. Да уж, конструкция простая и подлая, а лучшие конструкции всегда такие. Можно сказать, впервые проверил ее на практике, и эта проверка меня вполне удовлетворила.
Правее, чуть ближе к восточному участку, из подлеска вывалилось стадо баранов в чешуйчатой броне. Понеслись вперед, и земля загудела от топота так, что завибрировали даже бревна частокола. Вот только с каждым пройденным десятком метров стадо заметно редело. Копыта у баранов узкие, длинные, и проваливаются в лунки с легкостью, минимум по колено, а некоторым и глубже доставалось. И чешуйчатая броня, при всей ее внушительности, ноги не защищает.
Бестолковые животные, если разобраться. Ладно нормальные бараны, с тех хотя бы шерсть можно получить, подстричь и валенки свалять, или одеяло, или хоть что-то полезное. А этих что, чистить надо, как рыбу? И куда эту чешую потом?
Впрочем, чешуя на вид прочная, и может пригодиться, если найдется применение. Один из бегущих впереди стада баран навернулся боком прямо в яму с кольями, раздался треск ломаемых палок, зверь встряхнул головой и побежал дальше, не сбавляя шага. Колья переломались о чешуйчатый бок и даже не поцарапали, а баран просто вскочил и потрусил за остальными. Странно, на самом деле, обычно у природы всё продумано чуть лучше. Вот зачем им такая чешуя, когда ноги остаются беззащитными?
— По лосю! Стрелять по готовности! — гаркнул кто-то с левой башни, и спустя секунду раздался знакомый щелчок натянутой тетивы.
Снаряд сорвался с ложа, описал высокую дугу и воткнулся в двух волков, которые бежали рядом с лосем. Оба покатились по земле, один затих сразу, второй еще дергался, но бежать уже не мог. Сохатый при этом даже ухом не повел, продолжил ковылять на своих огромных ходулях, и снаряд, пролетевший буквально в паре шагов от него, не произвел на тварь ни малейшего впечатления.
Копыто у лося широкое и плоское, все-таки они по болотам шляются, и чтобы в трясину не уходить, отрастили себе подобие лыж. У наших земных лосей тоже широкие раздвоенные копыта, но эти ребята пошли дальше, тут размах куда серьезнее.
Плотные, мясистые туши, так и хочется кинуть сразу на гриль, если бы у нас был гриль, да и лось далеко за тонну потянет, не меньше. Огромные раскидистые рога торчали в стороны на добрых два метра, и отсюда казалось, что по ним иногда пробегают зеленоватые огоньки. А может и не казалось, кто ж знает, отсюда многое кажется, а потом оказывается, что не показалось.
Но факт остается фактом, лосям наши лунки нипочем. Широкое копыто просто не проваливается в отверстие, рассчитанное на волчью лапу или баранье копытце. Тогда как волчья стая уже поредела минимум вдвое, а они пробежали всего сотню метров из четырех подготовленных. И если так пойдет дальше, до стены добежит хорошо если четверть, а про баранов и вовсе можно не переживать, эти застрянут все до единого, потому что у них ноги для лунок подходят идеально.
Иногда зверям приходилось замедляться, потому что засеки из поваленных стволов и сучьев перегораживали прямой путь, а обходить по ямам не легче, чем напролом. Некоторые пытались перепрыгивать через завалы и приземлялись прямо в ловушки по ту сторону.
Но в основном оставались там, попадая кто куда, и пополняли растущий ковер из скулящих и рычащих туш, который расползался по полю с каждой минутой. Если на поле прибывает все больше пойманных зверей, то из леса выходит не меньше новых, и баланс пока не в нашу пользу.
— Работают ловушки-то, — проговорил кто-то из защитников неподалеку, и голос выдавал, что он сам себе до конца не верит.
— А то! — злобно оскалился второй, мужик из ополченцев, который сжимал копье наперевес и явно готовился метнуть прямо отсюда. — Чур мне вон того барашка, я эту лунку делал!
— Да я чувствую, скоро у нас в рационе одни барашки и будут, — добавил третий.
— Ну ладно тебе, не нагнетай.
— Так я не жалуюсь, наоборот ведь хорошо! — хохотнул он. — Мясо бесплатно бежит, самовывоз, считай. Только и делов что забрать.
Звери постепенно приближались, и по мере продвижения их ряды становились все тоньше. Изредка щелкали баллисты, расчеты работали спокойно и не тратили снаряды на мелочь, выбирали цели покрупнее и били наверняка. Первый лось уже прошел отметку в триста метров и приближался ко второй, двухсотметровой, и на его фоне все остальные звери казались мелюзгой.
В какой-то момент ему пришлось обходить очередной завал, так что он растолкал мелочь и начал протискиваться меж бревен, но именно в этом проходе торчала едва заметная палочка с повязанной сверху белой тряпкой. Пристрелянный участок, отметили, чтобы удобнее было вовремя нажать на спуск.