Чтение онлайн

Взгляда от Коновницына я не отводил, но прекрасно ощутил энергетические вибрации исходящие от Апельсина.

— Зря ты так, Марк, — осуждающе покачал головой Конь, — ты разве не понимаешь...

— Что вспыльчивость нашего Апельсинчика обусловлена частичкой непредсказуемой Лазури, которую он сохранил? Что она без его ведома может прервать наш полет и я должен деликатнее изъяснять факты?

— То есть ты его понял, — удовлетворенно кивнул Коновницын.

— Немного, — вздохнул я, — все-таки обезьяна — это почти человек.

— Че ты вякнул, мазафакер?! — взревел Апельсин и самолет ощутимо тряхнуло и барьерные конструкты вспыхнули от перегрузки.

Коновницын даже не дрогнул, спокойно перевел взгляд на Апельсина и кивнул ему в сторону хвоста самолета.

— Прогуляйся немного.

— ЧЕ БЛЯ? — округлил глаза Апельсин, — ДА Я ЖЕ...

— Прогуляйся, — не меняясь в лице, но совершенно другим тоном повторил Конь и чуть мягче добавил, — там есть мой личный запас алкоголя. Разрешаю взять одну бутылку.

— Любую? — мгновенно оживился оранжевый.

— Любую, — неохотно подтвердил Коновницын, — но только одну.

— Окей, босс, — отсалютовал Апельсин и мгновенно скрылся в проходе.

Я сопроводил его уход любопытным взглядом, но говорить ничего не стал.

— Сто семнадцать экземпляров лучшей выпивки, когда-либо придуманной человечеством, — без вопроса пояснил Конь, — каждая в последнем экземпляре. Мастера, что их приготовили давно мертвы, а техники утрачены. Таких уже никогда не будет.

— И ты так легко отдаешь одну из них? — улыбнулся я, — жизнь то у тебя длинная.

На слове «легко» Коновницына едва заметно передернуло, но признаваться вслух о том насколько болезненно расставаться с частью своего сокровища он не стал.

— Возможно это последнее что Тринадцатый выпьет в своей жизни, — вдруг перешел на полушепот Коновницын и слегка наклонился вперед.

— Стой. Это же Апельсин, а не сам Тринадцатый. Разве его тела не обладают собственным сознанием? — не понял я.

— И да и нет, — убедившись взглядом, что оранжевый нас не подслушивает ответил Коновницын, — сознание изначального тела было разделено на тринадцать частей и только одна из них унаследовала способность управлять другими частями и помещать их в новые тела. Эти части невозможно уничтожить, пока жива головная часть, а головная часть жива, пока не уничтожены все тела.

— Также было у совета бояр, — хмыкнул я.

— Похоже, — согласился Коновницын, — но идею Тринадцатый взял у Оракулов с их передачей памяти дочерям. Но суть вот в чем, Марк. Чтобы найти новые тела, головной частице Тринадцатого нужно время на восстановление, и чем меньше живых тел осталось, тем дольше оно будет проходить. Сейчас Апельсин остается собой, но именно в нем хранятся остальные двенадцать частей, набираются сил в спящем режиме.

— Вот почему его поток меняется, — прошептал я.

— Да, сила Апельсина временно возросла после слияния, но скоро пойдет обратный процесс. Когда расколотые части начнут тянуть из него энергию на восстановление. Контролировать другие части способен только сам Тринадцатый, поэтому главной задачей Апельсина сейчас это ждать его возрождения, накапливать энергию.

— И не умирать, — осознал я к чему клонит Коновницын.

— Верно. Поэтому он так колебался. Впервые в жизни Апельсину пришлось принимать решение за всех. Только благодаря ему Тринадцатый еще выжил. Высшие не смогли его убить, недооценив силу от слияния. Куда разумнее и безопаснее бы было отойти в сторону, восстановиться.

— Сбегать это не про него, — с ноткой уважения в голосе проговорил я.

— Тем более сейчас идеальный момент для мести, — подтвердил Коновницын, — первый Оракул и ее Зеркальные Стражи самая большая угроза. Но именно сейчас она лишилась одного из них, а второй ослаб. Да и ее саму ты изрядно вымотал.

— Стражи мне не показались такими уж сильными, — пожал плечами я.

— Это потому что ты их встретил в Астрале, — покачал головой Конь, — их истинная сила проявляется именно в нашем мире, — Коновницын на миг задумался продолжать или нет, но после короткой паузы добавил, — для убийства Бориса Жукова восемнадцать лет назад хватило одного из них.

Едва я это услышал, как сердце забилось чаще, дыхание участилось. Руки сжались в кулаки и меня с головой накрыло желание убивать. Я окинул самолет глазами в поисках чего-либо, на чем можно безопасно выплеснуть эмоции, но не находил и оттого злился еще больше.

— СПОКОЙНО, МАРК! — прозвенело в ушах, — УСПОКОЙСЯ!

— Да спокоен я, спокоен, чего завелся, — ответил я и только сейчас заметил, что стою посреди прохода, а все вокруг мигает красным цветом.

Коновницын одной рукой трясет меня за плечо, а вторую приложил к обшивке самолета. Разноцветная энергия плотным потоком вытекала из тела боярина и уходила на подпитку внутренних защитных конструктов самолета, который стремительно терял высоту.

— Да сбрось нахер этого мазафакера пока не разбились!!! — зарычал Апельсин за спиной, и я понял, что причиной всему я. Именно я. Без моего ведома сраная Лазурь активизировалась по всему телу и вместо того, чтобы гасить эмоции, наоборот распаляла их еще больше и активно выбрасывала энергетические волны заряженные жаждой убийства вокруг меня.

— Все под контролем, — жестко ответил Коновницын и покосился себе за плечо, — пилот потерял сознание. Займи его место.

— Тц, — хмыкнул Апельсин и одарил меня испепеляющим взглядом, — я тебе говорил, что от этого белого одни проблемы, босс.

— У первого Оракула от него будет куда больше проблем, — улыбнулся Коновницын, — ведь он первый разумный в истории кто сможет применить силу Высших против них самих.

В этот момент опасного пикирования самолета я осознал, что Коновницын прав. Опять. Момент для столкновения со старухой идеальнее не придумаешь.

Важный игрок Высших в лице Вельяминова мертв, его сила и влияние утрачено, а совет бояр уничтожен. Лишившись верхушки пищевой цепочки первый Оракул не сможет перебросить массовое подкрепление к Карелии.