Чтение онлайн

Он не видел обломков. Скелеты построек окружало расчищенное пространство, кое-где темнели углубления. Здесь явно потрудились люди.

Мой бог… Фринцгольф был прав! Они обнаружили город другой цивилизации и проложили тоннели с единственной целью: добраться до сохранившегося фрагмента чужого мегаполиса! Бункерная зона, транспортный узел, лаборатории – все это служило единственной цели. Добыть и изучить технологическое наследие исчезнувшей космической расы!

Дрожь не унималась, хотя он не испытывал страха. «Бояться поздно. Если хоть один из рагдов, лениво перемещающихся в тесной прослойке между руинами зданий и потрескавшимся сводом, заметит нас, то все, крышка», – думал Максим, сглатывая, вытягивая шею, стараясь охватить взглядом как можно больше подробностей.

– Еще пять минут, Макс, не больше, – голос Юргена казался далеким, сознание, переполненное острыми впечатлениями, едва воспринимало слова. – Пять минут – и уходим.

Он машинально кивнул в ответ, не в силах оторвать взгляд от простирающейся впереди панорамы. Дорога, проложенная людьми, доходила до ближайших построек и оканчивалась ровной прямоугольной площадкой, над которой царили остовы двух высотных зданий. Подле них темнели кузова сгоревших машин.

Шустов не устоял перед искушением, достал бинокль, но не стал рисковать, ограничился обыкновенной оптикой.

Заинтересовавшая его улица укрупнилась в деталях. Теперь он отчетливо видел, как чужие постройки плавно перетекают одна в другую. На самом деле в пределах видимости не было обособленных зданий, все они имели единый фундамент, да и два-три нижних этажа представляли собой монолит… Привычных слов, понятий явно не хватало, рассудок пробуксовывал, взгляд невольно поднимался выше, где начиналось деление на отдельные постройки.

Нет. И тут все не так однозначно! В бинокль он отчетливо разглядел, что разрывы, разделяющие постройки, – это не замысел строителей, а следствие разрушений.

Его воображение постепенно дорисовывало очертания руин, и в сознании формировался истинный облик чужого города: тут вообще не существовало зданий, как таковых!

Когда-то это было цельное сооружение, пронизанное тоннелями различной протяженности, а изящные, ветвящиеся архитектурные формы на самом деле не имели ничего общего с эстетикой, – к своду тянулись не элементы украшений, а технические коммуникации, в прошлом соединяющие уровни мегаполиса в единую систему.

Максим на миг увидел его – город, возвышающийся над материком. Мрачная уступчатая глыба, вздымающаяся до небес, исполинский техногенный комплекс, лишенный жизни, абсолютно функциональный, не нуждающийся в жизнеобеспечении, но потребляющий огромное количество энергии. При внимательном рассмотрении отдельные обманчиво красивые формы, соединяющие руины и свод, оказались деформированными, замысловато скрученными магистралями, собранными из сотен тысяч, а может, и миллионов отдельных жил, в толстой оплетке.

– Заметил? – горячий шепот Юргена разбил иллюзию. – Мне удалось отыскать фрагмент такого кабеля в лабораториях бункера. Изоляция состоит из плотно состыкованных между собой устройств. Их назначения я пока не выяснил.

Максим продолжал наблюдать. Его сознание игнорировало рагдов, взгляд невольно выделял, подчеркивал иные детали окружающего.

Он рассматривал разломы в стенах, надеясь обнаружить признаки жилых помещений, но тщетно. Глубокие трещины демонстрировали сплошное техническое наполнение, фактически внутри города не существовало достаточного жизненного пространства. Узкие горизонтальные щели, прорезающие фрагменты руин, не являлись аналогом окон. Тусклый красный свет, истекающий через них, невольно наводил на мысль о процессах энергетической активности и каких-то поломках в сети коммуникаций.

Максим сфокусировал внимание на одной из таких прорезей, заметил, что она имеет правильную геометрическую форму и не является следствием разрушений, а внутри… внутри он заметил миллионы оборванных оптических волокон!

Неужели это и есть «улицы» города?

Магистрали, предназначенные для перемещения информационных потоков?

Разорванная множеством разломов и трещин сеть?

– Кем же они были? – невольно вырвался вопрос.

– Сознаниями, Макс, – повторил Фринцгольф. – Чистыми рассудками, существующими вне физических оболочек.

– Они отказались от тел? Вообще?!

– Да. И потому, в конечном итоге, погибли. Вернее, застыли в стасисе, исчерпав себя, решив все задачи, лишившись мотивации к дальнейшему существованию.

– Невероятно… – едва слышно выдохнул Шустов.

– Я и сам поначалу с трудом принимал эту реальность. Многого до сих пор не понимаю. Взгляни, пока у нас есть минута, – он указал рукой в направлении остова расчищенной от обломков и мусора постройки, которую Максим поначалу окрестил «небоскребом». – Видишь, там внутри есть нечто похожее на комнаты? Думаю, это одно из древнейших зданий, построенное в эпоху, когда иные еще не полностью отказались от бренных оболочек.

Шустов взглянул в указанном направлении. Первое, что бросалось в глаза, были человекоподобные фигуры, валяющиеся повсюду, на разных этажах.

Юрген, не раз бывавший тут, изучивший окраину в деталях, знал, что именно видит Максим, и спокойно, уверенно пояснил:

– Это бронескафандры.

– Человеческие?!

– Естественно. Люди погибли, когда произошла реактивация энергосистем, и пробудились рагды.

– Городу сотни тысяч лет! Что тут вообще может «реактивироваться»?! – недоуменно переспросил Шустов.

– Думаю, это был хитвар. Корабль автономен, он вполне мог пережить тысячи лет забвения. Наши предки не понимали, как рискуют, начиная раскопки.

– Все они понимали, – негромко ответил Максим, вспомнив о мощных укреплениях в пещере транспортного узла.

– Возможно. Не о том речь. Ты видишь иного?

Да, Максим его заметил. На уровне пятого этажа у края разрушенного помещения лежало нечто, отдаленно напоминающее скелет.

Вернее, это был искусственно созданный эндоостов! Максим разглядел тусклый отливающий глянцем материал усеянного микроскопическими чипами позвоночника, обрывки электромеханических приводов, непонятные детали и даже нечто напоминающее череп, отделенный от «тела», откатившийся в сторону…

– Если судить по документам из лабораторий, такая форма является предпоследней ипостасью иных. Именно нейрочипы использовались для изучения и копирования матриц личности. А теперь пора. Уходим, Макс, патруль возвращается.

– Ты никогда не пробовал пройти дальше? Есть возможность разминуться с патрулем?

– Нет. И тебе не советую рисковать.

– Добраться бы до бронескафандров!

– Зачем? Не заставляй меня жалеть, не затем пришли! Ты хотел материальных, осязаемых доказательств моих слов.