Просто поверь

========== Глава 1. Пробуждение ==========

…- Лили, бери Гарри и уходи! Это он! Уходи! Беги! Я задержу его!

Он? Кто Он? Неужели это…

Лили бросилась к двери, но у подножия лестницы обернулась, остановилась, словно замороженная, не в силах отвести глаз от открывшейся позади нее сцены.

– Авада Кедавра!

Зеленый свет озарил холл, и она словно в замедленной съемке увидела, как изумрудный луч угодил Джеймсу прямо в грудь. Он упал, нелепо взмахнув в последний раз руками, чтобы больше не подняться.

Душа Лили в безумном ужасе разрывалась на две части: одна стремилась к лежащему без признаков жизни любимому человеку, другая - к маленькому сыну, которого ожидала такая же участь.

Гарри…

Любовь к сыну буквально вытолкнула девушку из холла, Лили взлетела на второй этаж перепуганной птицей, в спальню к спящему Гарри. Но не успела она подхватить сына на руки из его маленькой кроватки, как дверь разлетелась на щепки от попавшего в нее заклятья. Лили судорожно резко развернулась и оказалась лицом к лицу с Волдемортом.

– Нет, только не Гарри, пожалуйста, только не Гарри!
– закричала она, раскинув в стороны руки, словно надеясь таким образом защитить сына.

– Отойди, глупая девчонка… отойди сейчас же!

– Только не Гарри, пожалуйста, убейте меня вместо него!

– Последний раз предупреждаю…

Волдеморт приближался шаг за шагом, держа палочку в опущенной руке.

– Только не Гарри! Пожалуйста… умоляю… Не Гарри! Не Гарри! Пожалуйста… Я сделаю что угодно…

– Отойди, отойди, девчонка!

Но та не сдвинулась. Потеряв терпение, безжалостный убийца поднял палочку.

В Лили понесся зеленый луч. Она не успевала увернуться, ей удалось лишь на какую-то долю дюйма отклониться с траектории заклятия. Нога ее неловко подвернулась, и девушка почти повторила падение своего мужа. Прежде чем ее затылок с размаху ударился о деревянное изголовье детской кроватки, Лили услышала холодный смех.

Перед ее глазами померк свет, и она провалилась в бесконечный колодец мертвенной темноты…

***

…Тьма не имеет ни вкуса, ни запаха, ее нельзя ощутить или потрогать, но она имеет отвратительное свойство засасывать мысли, желания, чувства – все, чем владел человек -превращает его в беспомощную куклу.

Я резко выплыла из ниоткуда. В ноздри, как будто до этого я не дышала, ударил прохладный воздух. Где-то в груди, реагируя на мой судорожный вдох, слабо вспыхнуло неприятное ощущение.

Чувствуя, что меня снова утягивает в черный колодец, я замерла, задержав дыхание. Все пришло в норму.

Некоторое время я лежала, еще не решаясь открыть глаза и, если честно, у меня не было хоть каких мало-мальских сил, чтобы это сделать.

Мысли неспешно ускользали от меня, мешая на чем-либо сосредоточиться.

Где-то сбоку послышался негромкий звук. Я не знаю, на что он похож, ничего не приходит на ум.

Еще звуки… Они приближались, но я так и не смогла открыть глаз. Было страшно, потому что я не могла ни в чем ухватить смысл.

– Зачем вы позвали меня, целитель Стоун?

Что это? Голос? Кажется, мужской…

– Целитель Макколум, ко мне поступил сигнал, что в этой палате сработали чары, следящие за состоянием пациентки.

– Неужели…

– По всем признакам она уже должна очнуться…

Я слушала голоса, мужской и женский, мало вникая в то, что они говорили. Пыталась вникнуть, но выходило не очень.

– Все-таки это произошло… Столько времени…

– Мисс, вы слышите меня?

Они зовут меня? Не успела я хоть как-то среагировать, как…

– Нет, не слышит. Рано еще.

Нет! Я слышу! Подождите!

– Целитель Стоун, приглядите за ней, ладно? Если наши предположения верны, то не сегодня так завтра она придет в себя. И, кстати, нужно предупредить… сами-знаете-кого.

– Я поняла.

Звуки стали отдаляться. Кто-то ушел.

Я вдохнула побольше воздуха, чтобы сказать им, что слышу их, но из горла извергнулся один еле различимый хрип. И в этот миг тьма вновь победила меня.

Краешком меркнувшего сознания я уловила прозвучавший надо мной тревожный голос.

– Целитель Макколум, она все-таки вышла из комы, смотрите!

По моему лицу скользнул, будто погладив щеку, легкий ветерок, и я уже ничего не слышала.

*

Во второй раз забвение сравнительно свободно отпустило меня. И на этот раз я сразу открыла глаза. Закрыла и вновь открыла, привыкая к теперь уже не такому яркому освещению. Мысли, хоть были и хаотичные, не спешили разбежаться по всем углам.

Я, моргая, смотрела прямо перед собой. Передо мной был белый потолок, расштрихованный серыми тенями. Да и все вокруг, насколько я видела периферийным зрением, было серым, блеклым и нечетким.

Интересно, откуда я знаю, что зрение это периферийное?

Я осторожно вздохнула. Так, нужно разъяснить первый насущный вопрос: где я?

Лежу на кровати в какой-то полутемной комнате, похожей на… спальню? Нет, те, что приходили сюда, вроде говорили про палату… и кроме того, про какую-то пациентку…

Я в больнице?

Что со мной произошло, если я оказалась в больнице?

Я напрягла память, но попытка была безуспешной. Никаких образов, ассоциаций. Ничего.

По коже пробежал холодок, вынуждая ее покрыться липким потом.