Чтение онлайн

Мало ли что у меня в душе, мало ли какое у меня настроение, какие у меня симпатии или антипатии к человеку – сказано: люби ближнего, как самого себя, и все, никаких уже не может быть отступлений. Нравится мне человек, не нравится, приятен он мне или надоел до последней степени, но я не могу его отвергнуть, если я христианин, ведь если я его отвергну, это будет противно любви. Поэтому если он мне не нравится, я должен молиться, чтобы Бог меня вразумил, чтобы мне исправиться в отношении к нему, но пренебречь, переступить через него я уже не имею права, потому что хотя это, может быть, и не противно моей совести (совесть свою я грехами уже давно сжег), но это противно Евангелию.

И если Евангелие станет принципом нашей жизни, тогда она будет постепенно исправляться. А те маленькие подвиги ради Христа, ради Евангелия, которые мы начнем совершать, и будут несением своего креста, отвержением себя. Именно это и значит потерять душу свою ради Евангелия. Ведь если человек мне неприятен, а я должен раскрыть ему свое сердце, тем самым я совершаю подвиг: я совершаю усилие над собой, я умираю в этот момент, потому что мое "Я", которое противится этому человеку, должно умереть. И если я так делаю не просто ради этого человека, а именно ради Христа, я стану на шаг ближе к Царствию Небесному, потому что так же поступал и Христос.

Вот пришли десять прокаженных и попросили, чтобы Он их исцелил, – и Он исцелил. Сколько вернулось Его после этого поблагодарить? Из десяти только один. А Господь же их всех насквозь видел, Он мог бы этого одного выбрать и только его исцелить, потому что он был единственный нормальный человек: ему помогли – и он поблагодарил. А остальным мог бы сказать: а вы, ребята, погуляйте, пока научитесь правильно себя вести. Но Господь так не поступил; раз они к Нему обратились, Он им дал, хотя они Ему потом навредили и Он знал, что так будет.

И христианин всегда именно так и поступает, хотя знает: от того, что он делает, ему часто бывает вред. Чем больше для людей делаешь, тем больше они садятся тебе на шею. Но это же не значит, что нужно перестать творить добро. Если мы живем по принципу ты – мне, я – тебе, это не по-христиански. Христианский принцип – это когда ты совершаешь добрые дела, а тебе за них дают по шее. Тогда, значит, человек делает добро ради него самого и не боится, что получит по шее, а если даже и боится, то этот страх преодолевает. Вот в этом преодолении, в этом мужестве и есть христианство. И пример нам здесь Мария Египетская.

Если мы хотим достичь Царствия Небесного, мы должны все время напрягать свое сердце и все время думать, угоден данный наш поступок Богу или нет. И если наше сердце отвечает, что он Богу не угоден, то мы его делать не должны ни в каком случае. А если видим, что поступок угоден Богу, то надо помолиться о том, чтобы Господь помог нам его совершить, потому что очень часто мы не можем сделать некое добро в силу слабости характера, трусости, малодушия, лени, нежелания и так далее, много всяких причин. Но неделание добра есть такое же зло. Или многие говорят: а я ничего никому плохого не сделал. Ну и что? Сарай, который во дворе стоит, тоже ничего никому плохого не сделал, но его, когда будут строить дом, все равно сломают, он никому не нужен, и этот сарай Царствие Небесное не наследует.

Если мы хотим быть наследниками Небесного Царства, а не старым захламленным сараем, то должны все время, всю свою жизнь вот эти поступки, которые являются шагом по направлению к Богу, совершать. А когда начнем ослабевать, будем просить Марию Египетскую: преподобная мати Мария, моли Бога о нас. И ее молитва нам поможет в этом делании. Аминь.

Крестовоздвиженский храм, 26 марта 1988 года, вечер

Отчасти по нашей вине, отчасти не по нашей, но так случилось, что для многих из нас исповедь является некой формальностью, которую нужно обязательно совершить перед причастием Святых Христовых Тайн. На самом же деле исповедь – это одно из семи таинств Православной Церкви, в коем человек получает благодать Божию.

Многие отходят от исповеди не только не очищенными, а, наоборот, еще более согрешившими. Это результат того, что она стала формальностью. А ведь в таинстве покаяния подается благодать, которая исцеляет человека от греха. Мы просим у Бога прощения, просим благодатной помощи для исправления нашей жизни. Почему же человек, допустим, в воскресенье покаялся в каком-то грехе, а во вторник опять в него впал? Просто тот грех, в котором он каялся, Богом не прощен. Не было благодати Божией, уврачевавшей его рану духовную, потому что не было истинного покаяния.

Таинство покаяния совершается, когда в человеческом сердце происходит переворот, когда человек отказывается от греха, начинает ненавидеть его лютой ненавистью. Тогда он уже в грех не впадает. Бывают у него искушения, и желания, и всякие помыслы, которые склоняют его на грех, но он успешно с ними борется с помощью благодати Божией. А если благодати нет, то он, конечно, победить грех не может.

Как нам привлечь благодать Божию в свое сердце? Надо стараться, чтобы в нем было истинное покаяние. Для этого нужно свои грехи осознать, увидеть всю мерзость их, понять, что они препятствуют нам в достижении Царствия Небесного. Надо захотеть действительно Царствия Небесного; от всей нашей души, глубоко-глубоко возлюбить Бога.

Вот как обычно если человек любит что-то, ну, например, жареный картофель, то он, естественно, старается почаще покупать картошку, почаще ее жарить и есть. Если человек любит смотреть телевизор, естественно, у него он горит и утром, и днем, и вечером. Если молодой человек и молодая женщина друг друга полюбили, естественно, они хотят быть всегда вместе, для этого они и женятся. Так же и мать – если она любит дитя, то она с ним занимается, ему книжки читает, его воспитывает. Если же не любит или любит недостаточно, то сплавит его на пятидневку в детский сад, отдаст бабушке. И так во всем.

Если человек любит Бога, он будет постоянно в храм ходить, постоянно Священное Писание читать, молиться. Ему не надо себя заставлять, потому что он любит. Поэтому и в Царствие Небесное входит только тот, кто любит Бога; тот, кто ничего на свете так не любит, как одного Бога. Он все время хочет с Богом беседовать, с Ним пребывать, не хочет от Него отвлекаться ни на минуту. Он все время только и думает о Боге, только и боится, как бы от Него не отступить, как бы Его чем-нибудь не прогневать, не лишиться с Ним общения. Потому что такое нарушение общения с Богом – ад. А такое богообщение – рай.