Чтение онлайн

– Надо сказать, что всё у нас не очень больших размеров, – продолжил он, – а королевство наше так и вовсе крошечное. Вот представь, Торитель, на высоком холме возвышается восхитительный замок с кучей башен и башенок. Самую высокую из них венчает флюгер в виде падающей звезды. По утрам свет всходящего Сириуса – это как у вас Солнце, – пояснил он, глядя на слегка удивленное лицо Торитель, – так вот, его свет освещал кирпичные стены замка и заглядывал в стрельчатые окна. Проходя сквозь них, лучи медленно скользили по паркету, поднимались по ножкам кроватей, всё выше и выше, пока, наконец, не добирались до самых кончиков носов обитателей замка и тихонько щекотали их, заставляя их просыпаться.

Торитель настолько погрузилась в этот рисуемый мир, что когда в какой-то момент вдруг с удивлением обнаружила, что на самом деле она вовсе не там, а всего лишь на корабле, то сразу же поспешила вновь окунуться в него – ведь картина этого королевства была так заманчива и притягательна!

– На оконных карнизах часто можно было увидеть воркующих голубей. Иногда, конечно, к ним пытались присоединяться и другие птицы, но они не такие постоянные гости, как голуби. Все обитатели настолько уже привыкли к ним, что без них замок не был бы замком в полном смысле этого слова. Их постоянно кто-нибудь подкармливал. Хотя, между нами, – наклонившись, доверительно сказал Рродерик, – если бы их кормили поменьше, может они не были бы такими ленивыми. Мне кажется, они вполне могли бы добывать себе еду сами. Ну, да ладно. Так вот, стены замка во многих местах были когда-то увиты зелёным плющом. И надо тебе сказать, что не однажды, правда, в совсем давние времена, некие отчаянные принцы взбирались по нему. Поэтому, чтобы впредь избежать незваных гостей, главному садовнику было велено выстричь части плюща в тех местах, в которых они доходили до окон.

После этого единственным способом попасть в замок остался путь через главные ворота. На самом деле, они только так называются: «ворота», но это просто напросто большие деревянные двери, в которых есть одна маленькая-маленькая дырочка. Ты, наверное, подумаешь, что дверь прогрыз какой-нибудь червячок? – спросил Рродерик и вопросительно посмотрел на Торитель.

Так как Торитель вроде ничего такого не думала, она лишь что-то неопределённое изобразила на лице, что в принципе можно было трактовать как угодно. Рродерик же воспринял это как подтверждение своих слов, поэтому поспешил их опровергнуть:

– А вот и нет! – и почему-то очень довольно посмотрел на неё. – Это очень специальная дырочка. В эту самую дырочку самый главный стражник – мы зовём его просто: Рыжий Мопси – мог видеть, кто пришел, при этом сам оставаясь незамеченным, из-за чего не раз происходили курьёзные истории. Одна такая история произошла с очень назойливым торговцем, который хотел во что бы то ни стало пробраться в замок. Он подумал, что стоит ему только зайти за эту дверь, а там уж его не поймают, и он-таки сможет продать свой товар. Несколько раз он приходил к замку, переодеваясь в разные одежды и говоря разными голосами, но всякий раз в ответ на его представление слышал: «Уходи, Салим, здесь не нуждаются в тебе». Он никак не мог понять, как же можно было узнать, что это именно он, ведь дверь никто не открывал. Бедный торговец осмотрел все двери, оползал все стены вокруг, пытаясь узнать, откуда же на него смотрит Рыжий Мопси, но так ничего и не нашёл.

Салим и сам уже был готов отказаться от своей затеи пробраться в замок, но то, что над ним взяли верх, никак не давало ему покоя. Наконец, он придумал последнее средство: он решил выдать себя за принца, ведь принцу никто не посмеет отказать. Какого же было его удивление, когда в ответ на его представление: «Принц Хэриот Восьмой, единственный и неповторимый!», – он услышал, что таких неповторимых восьмых у них у самих пруд пруди, и ещё один «принц Салим» им никак не нужен. Торговец рвал на себе волосы, швырял ногами камни, выкрикивал не очень лестные слова в адрес Рыжего Мопси, а тот знай себе посмеивался в свои большие рыжие усы, глядя в эту маленькую, но очень удобную дырочку.

Слушая этот рассказ, Торитель так от души смеялась, что под конец Рродерик вынужден был всё-таки прервать свой рассказ, чтобы дать её отсмеяться. Не то чтобы история сама по себе была такая уж занимательная, просто Рродерик так смешно всё это описывал, изображая, как торговец ползал вокруг стен замка, и как Рыжий Мопси посмеивался, прячась за воротами, что Торитель поначалу старалась крепиться, но потом всё-таки не выдержала и разразилась таким заразительным смехом, что и Рродерик стал смеяться вместе с ней, не совсем понимая, над чем смеется.

– Извините, что я вас прервала, – насмеявшись вдоволь, произнесла Торитель, взяла в руки бокал, пригубила и предложила Рродерику продолжить.

– Да ничего. Так на чем я остановился?

– На том, как Рыжий Мопси смотрел в дырочку, – и Торитель издала невольный смешок, но тут же оборвала себя.

– Ах, да, – улыбнулся Рродерик, – так вот, это я описал тебе сам замок. Спуститься с холма, на котором стоит замок, можно было по дороге, по бокам которой растут каштаны. Когда они цвели, это была такая красота! – с упоением в голосе произнёс Рродерик. При этом в его голосе Торитель послышались ностальгические нотки.

– Пройдя по этой аллее, – продолжал Рродерик, – можно было попасть в небольшой городок, в котором, собственно, и жили все жители нашего королевства. Хотя, конечно, было еще несколько товарищей, которые жили не в самом городе, но их было не так уж много. Сам замок и этот городок со всех сторон были окружены Сказочным Лесом. И-и, – задумчиво протянул он, – можно сказать, на этом королевство Попинблю и заканчивалось.

«Ну, как всегда, – подумала Торитель, – не королевство, а какая-то маленькая деревня», – но тут же нашла этому объяснение: «Хотя, для королевства ведь просторы не важны, главное, чтобы в нем был король», – она даже кивнула в знак согласия с этой своей мыслью.

Между тем Рродерик заметил, что Торитель почему-то совсем не притрагивается к еде.

– Торитель, дорогая, ты почему-то совсем не ешь! Наверное, я заболтал тебя насмерть! Попробуй вот это, – и он протянул ей кусочек чего-то непонятного.

Торитель улыбнулась, взяла, попробовала и замерла. Дело в том, что она вообще не очень любила незнакомую еду и пробовала её крайне редко. И, как правило, то, что она пробовала, ей не нравилось. Но в этот раз было не так. У этой еды был совершенно новый вкус, ничего похожего она никогда не пробовала, это было…

– Очень, очень вкусно, – ещё не до конца прожевав, сказала она.

Это было сказано так искренне, что для Рродерика не могло быть более приятной похвалы.

– Ты находишь? – как бы между прочим спросил он, хотя при этом выжидательно смотрел на неё.

– О, да, – не столько сказала, сколько промычала Торитель в ответ, поскольку рот её был набит едой.

– Это приготовил я сам, – немного смущаясь, произнёс он.

Было странно видеть, как этот взрослый человек – который по возрасту мог вполне быть Торитель дедушкой – смущается, когда хвалят его кулинарное искусство. Это вызвало в Торитель чувство умиления и одновременно какой-то теплоты. С каждой минутой, проведённой в его обществе, она всё более и более проникалась к нему. И теперь, глядя на него, такого трогательного, она невольно улыбнулась ему и потянулась за очередным куском.