Чтение онлайн

Обстановка на площади между тем накалялась. Когда рявканье рупора раздавалось под самым окном, вся совещательная комната замирала, объятая неким тревожным чувством. Экер пытался успокаивать присяжных, каждый с нетерпением ждал, когда грозные звуки начнут стихать в отдалении. Но отголоски их доносились и с противоположного конца площади. Кэрол Корман была первой, кто обеспокоенно спросил, гарантирована ли им личная безопасность. Крошечный мотель где-то на задворках округа показался вдруг присяжным уютным и надежным прибежищем.

Три часа пения и скандирования окончательно истощили выдержку членов жюри. Барри предложил поговорить о семьях присутствовавших, чтобы как-то убить время до пяти часов, когда Нуз призовет их к себе.

Бернис Тул, в общем-то склонявшаяся к тому, чтобы признать Карла Ли виновным, высказала мысль, бывшую на уме у каждого, но которую никто не решался произнести вслух:

– А почему бы нам просто не сказать судье, что мы в тупике, в безнадежном тупике?

– Тогда он должен будет назначить новое рассмотрение? – спросила Джо Энн Гейтс.

– Да, – ответил Экер. – А через несколько месяцев ему на пенсию. Может, объявить перерыв до завтра и попробовать еще раз?

Все согласились. Они еще не были готовы поставить точку.

Юла Делл тихо плакала.

В четыре часа дня Карл Ли вместе с детьми подошел к высокому окну, одному из тех, что шли вдоль обеих сторон зала. В стене рядом с окном он заметил маленькую ручку и повернул ее. Створки окна распахнулись от пола до потолка, открывая выход на небольшой балкон с западной стороны здания. Кивнув стоявшему у стены полицейскому, Карл Ли, держа на руках Тони, сделал шаг вперед.

Толпа тут же увидела его. Выкрикивая его имя, люди стали все ближе и ближе подходить к зданию. Прямо через лужайку Эйджи повел за собой всю колонну. Волна чернокожих скрыла под собой невысокое крыльцо в неудержимом порыве быть как можно ближе к тому, ради кого они сюда приехали.

– Свободу Карлу Ли!

– Свободу Карлу Ли!

– Свободу Карлу Ли!

Он помахал им рукой. Поцеловал дочь, прижал к себе сыновей. Он стоял и махал им. Подняли свои ручонки и дети.

Джейк и его друзья решили воспользоваться этим моментом, чтобы перебраться через улицу. Только что позвонила Джин Гиллеспи: их ждет Нуз.

Судья был взволнован. Окружной прокурор – в ярости.

– Я требую нового процесса! Нового рассмотрения дела! – орал он на Нуза, когда Джейк входил в кабинет.

– Вы можете подать соответствующее заявление, губернатор. Вы не можете требовать, – обратился к нему с порога Джейк.

– Убирайся к дьяволу, Брайгенс! Это ты все организовал! Ты созвал сюда черных! Вот они, твои любимчики!

– Где секретарь суда? – невозмутимо спросил Джейк. – Я хочу, чтобы эти слова были внесены в протокол.

– Джентльмены, – обратился к ним Нуз, – будем профессионалами!

– Судья, обвинение настаивает на новом процессе. – Бакли изо всех сил старался быть профессионалом.

– Заявление не принято.

– Хорошо. В таком случае обвинение предлагает, чтобы жюри совещалось в другом месте, не в здании суда.

– Интересная мысль, – отозвался Нуз.

– Почему бы им не продолжить в мотеле? Там тихо, и место это известно очень ограниченному кругу, – доверительно произнес Бакли.

– Джейк? – повернулся к нему судья.

– Нет. Ничего не получится. Нет ни одного официального документа, дающего вам право разрешить присяжным совещаться вне стен здания суда. – Из кармана Джейк достал какие-то бумаги, бросил их на стол. – Штат против Дьюбоса, дело шестьдесят третьего года, округ Линвуд. В здании суда округа во время процесса вследствие жары вышел из строя кондиционер. Окружной судья позволил присяжным работать в помещении местной библиотеки. Защита заявила протест. Жюри вынесло обвинительный вердикт. Рассматривая апелляцию. Верховный суд признал, что, приняв подобное неверное решение, судья превысил свои полномочия. Было определено, что жюри должно заседать в совещательной комнате, расположенной в том же здании, где слушалось дело обвиняемого. Никуда вы не можете их переместить.

Пробежав глазами материалы дела, Нуз передал их Масгроуву.

– Приготовьте зал, – бросил он Пейту.

За исключением нескольких репортеров аудитория была абсолютно черной. Присяжные выглядели изнуренными и нервными.

– Насколько я понимаю, вердикта у вас нет, – обратился к ним Нуз.

– Нет, сэр, – ответил ему Экер.

– Позвольте мне спросить вас вот о чем. Не упоминая ни о каком численном соотношении, скажите мне, вы находитесь сейчас в положении, из которого не видите выхода?

– Мы говорили об этом, ваша честь, и мы пришли к выводу, что нужен перерыв, нужен отдых до завтрашнего утра, а там мы сделаем еще одну попытку. Мы еще не сдаемся.

– Рад это слышать. Еще раз прошу простить за нервную обстановку, но, повторяю, тут ничего не поделаешь. Мне искренне жаль. Вам остается только сделать все, на что вы способны. Что-нибудь еще?

– Нет, сэр.

– Отлично. Объявляю перерыв до девяти часов утра. Карл Ли коснулся плеча Джейка:

– Что все это значит?

– Это значит, что они зашли в тупик. Или шесть против шести, или одиннадцать за тебя, а один против, или наоборот. Не беспокойся.

В углу коридора Барри Экер остановил мистера Пейта и сунул ему в руку сложенный лист бумаги, где было написано:

"Луэнн!

Собери детишек и отправляйся к матери. Никому ничего не говори. Поживете у нее, пока здесь все не закончится. Делай, что я говорю. Здесь слишком опасно.

Барри".

– Не могли бы вы передать это моей жене сегодня? Наш номер 881 – 0774.