Поиграй со мной!

– Ставлю двести!

– Ставлю триста!

– Пятьсот!

– Тысяча!

– Пять тысяч!

Ставки сыпались как из рога изобилия. Я привычно подзадоривала публику на высоком стуле, вроде тех, что стоят возле бара. Над залом игорного заведения меня поднимала еще и сцена – маленькая, на трех человек, но только моя. Личный театр одного актера.

Я зазывно покачивала ножкой, отвлекая внимание. Много ли надо магам, людям, оборотням, напичканным гормонами: адреналином и тестостероном. Разогретым азартом до состояния почти истерической одержимости. Когда слова «нет» не воспринимаешь, в принципе.

Черные кожаные шортики больше походили на трусики. Открывали взору публики живот, а синий бюст – все остальное. Время от времени я потягивалась, демонстрируя гибкое тело, тонкую талию, идеальные стопы с высоким балетным подъемом.

Эльвира останется довольной. Моя работодательница, владелица нескольких игорных заведений в центре города.

Вопреки слухам, вполне себе приличная чародейка средней силы. Эля сама распускала про себя сплетни. И многие верили, что она редкостная стерва, а работников держит практически за рабов. На самом деле, платила Эля исправно и очень неплохо. При малейшей угрозе нашей жизни, здоровью на сцене появлялся Латиф – громила-боевой маг. С его силами, мог уродиться и тщедушным гномиком. Но двухметровый верзила сам по себе производил впечатление. Многие просто не хотели связываться. Люди, маги, оборотни все еще машинально подчинялись грубой животной мощи. Первобытные инстинкты не поборешь. Они вшиты под кожу, сильнее, чем наша воля и разум.

– Двести тысяч! – внезапно громыхнуло сзади предложение. Я приподнялась, чтобы получше рассмотреть этого безумного миллионера. Хм… А вот это очень и очень странно. Белый лельдис, оборотень редкой породы, полуптица-полудракон цвета снега, совсем не играл. Так, перекидывался партией в карты с некоторыми завсегдатаями и случайными посетителями. Пару раз сорвал банк, дважды продул. Он явно здесь просто отдыхал или наблюдал по заданию правительства. Эля знала, что в заведениях работают такие агенты. Следят за тем, что творится, но не беспокоилась. Да и не о чем, не зачем. Агенты под прикрытием следили, чтобы сильные маги не затеяли заговор, очередной переворот, мятеж против правительства и законов. На игровые дела внимания не обращали. Мухлюй, «обувай», обдирай клиентов сколько захочется. Сами пришли, выбрали свой досуг. Сами и платят.

Белый лельдис выглядел более чем примечательно, даже в толпе магов и оборотней всех мастей и рас. Крупный, но пластичный, гибкий, но одновременно мощный, он походил на барса. Длинные белоснежные кудри разметались по плечам. Изумрудные глаза уставились, не моргая. Лельдис облизал губы и повторил ставку.

Зал затих. Сотни глаз сосредоточились на нас. Так и бегали – туда-сюда. От меня к лельдису и обратно. По пестрому от разноцветных огней залу пронесся надтреснутый голос Эли.

– Ставка принята!

Хозяйка выждала, но желающих спорить с такой суммой не выискалось.

Я кивнула, приняла вальяжную позу и небрежным жестом предложила лельдису начинать.

Игра пошла.

Скучающий вид должен убедить оборотня в моей невнимательности, рассеянности, расслабленности. На самом же деле, я, как обычно, напряглась и сосредоточилась.

Неторопливо сняла со спинки стула бандану с черепами и повязала ее на глаза. Непроницаемая ткань, разработанная спецслужбами при помощи техномагии, не пропускала ни грамма света. Но мне этого и не требовалось. Я – неправильная химера, не такая как все.

Обычно химеры включают свое, особенное зрение и видят заклятья как переплетение нитей, сочетание символов. Мне это не дано. С открытыми глазами я различаю лишь то, что видят люди. Зато с закрытыми могу разговаривать с заклятьями. Не только рассматривать их – слышать, почти осязать. Читать как раскрытую книгу. Понимать – для чего они созданы.

В агентство «Химеры» меня не приняли. Ну какой из меня чистильщик остаточной магии? То есть, в заведении Эли я убиралась исправно. Мысленно убеждала остатки заклятий успокоиться, а потом ловила и перемешивала до чистой энергии. Так же поступали и химеры агентства. Но проблема заключалась в том, что я не могла сразу увидеть заклятья, и уж тем более их обезвредить. Поэтому в местах магических потасовок оказывалась слепа, как котенок и беспомощна, как младенец.

Зато нашла свое место тут.

Кто-то считал, что я выступаю цирковым уродцем, демонстрирую свой дар как клоун на арене. Но мне нравилось. Я упивалась восторгом толпы, недоумением спорщиков и заработком. Он давал свободу, которую я так ценила. Свободу делать то, что мне нравилось и жить, не глядя на часы, не спеша на службу, но при этом не считая последние гроши, когда хочется купить новое платье или даже новую машину.

Я прикрыла глаза и просканировала зал.

Посетителей я больше не видела – лишь яркие ауры, которые выглядели куда занимательней. Лисы, волки, пара драконов, маги с их аурой похожей то на столб пламени, то на солнце с протуберанцами лучей, то на костер, то на сферу, что переливается всеми цветами радуги. Красиво, черт возьми. И опасно. Здесь почти не было слабых колдунов – только средние и сильные. Низшие оборотни – те, что обращаются в зверей, а не в тварей из мифов, тоже оказались не из слабых. Что ж… Пока ведут себя нормально, это совсем не мое дело. В противном случае – есть «Латиф и его команда».

Лельдиса найти труда не составило. Огромный птицеящер, красивый, грациозный пересел поближе и замер, как замороженный.

– Начинайте загадывать! – протрубила на весь зал Эля. – И пусть вам улыбнется госпожа Фортуна!

Лельдис долго ждать не заставил.

Вначале перед ним завис гигантский эскиз, похожий бутон тюльпана – оранжевый, с алыми отсветами. Поверх вспыхнула синяя буква Ж, перечеркнутая по диагонали, вокруг расцвел лиловый узор. Завитушки, кудряшки, спирали и мелкая паутинка по краям. Заклятье ожило и начало говорить.

Ммм… Пока не сложно. И теперь ясно – он точно агент. Такая магия плетется просто, но требует отточенности, мастерства и знаний, которые давали только в особенных школах. Для колдунов, что работают на правительство.

– Заклятье подчинения плюс ослабление внимания, – небрежно бросила я в сторону лельдиса. Позвала энергетического зверя, и тот послушно приблизился, как зачарованный. Я накинула на него сеть, смешала в чистую энергию и выбросила наружу, из здания. Пестрый аурный дождь оросил постройку. Жаль, что его способны оценить лишь избранные. Большинство колдунов и оборотней видели заклятья, ауры, энергии как невнятные пятна света, некоторые вообще угадывали на одной интуиции. Так как химеры магию никто не читал и, уж тем более, не подчинял своей воле.

Заказчик только хмыкнул.

– Вторая попытка, – бесстрастно провозгласила Эля.

Несколько алых пентаграмм, соединенных лучами, три голубых зигзага похожих на птиц, зеленые волны синусоидой и желтые крестики внутри.

Энергетический зверь пошевелился. Хм… А лельдис не скрывается, почти прямо говорит, что здесь по заданию спецслужб.

Я отмахнулась.

– Вотум доверия. Полный и безоговорочный. Хоть жги, хоть режь. Жертва не воспротивится.

Заклятье подчинилось, как и предыдущее, и спустя секунду рассыпалось снаружи мириадами аурных блесток.