Чтение онлайн

— А я-то надеялся, что мы сегодня покатаемся с тобой верхом, — сказал он. — Может быть, во второй половине дня, если уж первую непременно нужно посвятить занятиям?

— Тебе необходимо повидаться с Джеком и Мэрией, — сказала бабушка. Они обидятся, если ты не возьмешь с собой Ребекку.

Джек был братом моей матери. Со временем он должен был унаследовать Кадор и воспитывался как будущий хозяин имения. Этим он занимался с той же целеустремленностью, которая всегда была характерна для его отца. Сейчас Джек не жил в Кадоре, хотя в свое время собирался вернуться в дом предков. Он вместе со своей женой и пятилетними близнецами жил в Дори Мэйноре чудесной усадьбе с домом в стиле елизаветинских времен. Кадор они посещали часто.

Женившись, Джек выразил желание жить отдельно, думаю, по настоянию своей жены, которая, хотя и любила мою бабушку, относилась к тем женщинам, которые предпочитают быть в доме единственной хозяйкой. Похоже, это устраивало всех.

В Дори Мэйноре до брака жил мой дедушка, так что фактически это было частью поместья Кадор.

— Во второй половине дня мы заглянем к ним, — сказал дедушка, — верно, Ребекка?

— Конечно. Мне хочется поскорее увидеть их.

— Значит, решено. Я прикажу подготовить для тебя Денди.

— О да, пожалуйста.

Я чувствовала себя так, будто вернулась в родной дом. Здесь была моя семья. Здесь помнили, что мне нравится и что не нравится. Меня уже поджидал милый Денди, на котором я всегда ездила верхом, когда бывала в Корнуолле. Звали его так потому, что он выглядел необыкновенно элегантно. Он был красив и отлично сознавал это. У него были очень грациозные движения, и он любил меня, хотя и с некоторой долей надменности.

Кличка подходила к нему как нельзя более удачно.

«Это настоящий денди», — говорил о нем конюх.

Когда я поскачу во весь опор вдоль берега, пущу лошадь в галоп по долинам, мне удастся на время забыть о том, что Бенедикт Лэнсдон отнял у меня мать.

Бабушка вдруг спросила:

— Ты помнишь Хай-Тор?

— Этот чудесный старинный дом? — спросила я — Не появились ли там какие-то новые люди?

— Да, Уэсткоты. Но они всего лишь арендуют дом.

Когда умер сэр Джон Персинг, там никого не осталось.

Распорядители имуществом решили продать дом, а пока сдали его в аренду Уэсткотам. Есть там и другие новоселы — французы.

— Что-то вроде беженцев, — сказал дедушка.

— Как интересно! И вы с ними познакомились?

— Раскланиваемся при встрече. Они приехали из Франции после того, как там начались беспорядки… а может, незадолго до этого, предвидя, что может случиться.

— Беспорядки?

— Лучше бы ты не сознавалась при дедушке в том, что понятия не имеешь о происходящем во Франции.

Он придет в ужас от твоего невежества.

— Там какая-то война или еще что-то?

— Настоящая война, и французы потерпели от пруссаков тяжкое поражение. Вследствие этого поражения здесь и оказались Бурдоны.

— Ты хочешь сказать, они покинули родину?

— Да.

— И теперь будут жить здесь?

Бабушка пожала плечами:

— Я не знаю. Но пока они живут в Хай-Торе. Мне кажется, они поселились туда специально, чтобы присмотреться, стоит ли его покупать. Впрочем, многое будет зависеть от событий во Франции.

— Что они за люди?

— Родители с сыном и дочерью.

— Очень любопытно, А как к ним здесь относятся?

— Ну, ты же знаешь, как в этих местах относятся к иностранцам, сказал дедушка.

— Девушка довольно милая, — заметила бабушка, — Ее зовут Селеста. Я бы сказала, что ей лет шестнадцать, верно, Рольф?

— Думаю, около этого, — подтвердил дедушка.

— А молодой человек — очень энергичный… не знаю уж, сколько ему… лет восемнадцать-девятнадцать?

— Да, примерно. Мы у них как-нибудь спросим.

Ты не возражаешь, Ребекка?;

— О да, конечно. А в общем, кажется дела здесь идут как обычно.

— Кое-какие изменения все же есть! Как я уже сказал, имеет место французское вторжение. Ну, а остальное и в самом деле осталось почти прежним. В прошлом году октябрьские шторма были особенно жестокими. Дождей выпало больше, чем обычно, и фермерам, конечно, это не понравилось. Миссис Полгенни продолжает отделять козлищ от агнцев и предвещать вечные адские муки грешникам, в число которых входит большинство из нас, исключая, разве что, ее лично. Дженни Стаббс ведет себя, как обычно.

— То есть разгуливает и что-то распевает?

Бабушка кивнула.

— Бедняжка, — тихо сказала она.

— И по-прежнему думает, что у нее вот-вот появится ребенок?

— Боюсь, что да. Но выглядит она довольной.

Надеюсь, что для нее все это представляется не таким трагичным, как для окружающих.

— Похоже, денек сегодня будет чудесный, — сказал. дедушка. — Жду-не дождусь нашей с, тобой прогулки.

Позавтракав, я поднялась к себе. Мисс Браун уже сидела в классной комнате.

В конюшне меня ожидал оседланный Денди.

— Хорошо, что вы опять приехали, мисс Ребекка, — сказал конюх Джим Айзеке.

Я ответила, что и сама рада возвращению, и мы немножко поболтали до прихода дедушки.

— Привет, — сказал он. — Все готово? Что ж, тогда мы можем отправляться, Ребекка.

Приятно было скакать по проселкам. Повсюду пестрели полевые цветы, воздух был наполнен запахами весны. В полях цвели одуванчики, ромашки, сердечники и кукушкины слезки; вовсю распевали птицы. Был разгар весны. Да, я вовремя приехала сюда.