Чтение онлайн

У нее будет ребенок. Мне хотелось спросить, о чем она, черт побери, думала. Мать пила на протяжении пятнадцати лет – практически все мое детство. Да, я знал, что она всегда любила меня и была хорошим человеком, но все равно первым разрушил бы ее иллюзии, сказав, что из нее получилась хреновая мать.

Однако понимал, что она поборола этот недуг. Мама заслужила второй шанс и после пяти лет в завязке, полагаю, была к этому готова. К тому же она стала идеальной приемной матерью для моего сводного брата Джекса, когда он переехал жить к нам. Сейчас у нее имелась отличная группа поддержки.

Которая не включала меня с момента моего отъезда из Шелберн-Фоллз.

Ее пасынок Мэдок со своей женой Фэллон, Джекс и его девушка Джульетта, муж Джейсон, домработница Эдди… – все, кроме меня, поддерживали маму.

Я тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли, затем повернулся к монитору.

– Господи… мам, я… – пробормотал, жутко запинаясь. Я не имел ни малейшего представления, что сказать или сделать. Подобная сентиментальность всегда давалась мне с трудом.

– Мама, – вздохнув, я посмотрел ей прямо в глаза, – я рад за тебя. Никогда бы не подумал…

– Что я захочу завести еще одного ребенка? – перебила она. – Мне нужны все мои дети, Джаред. Я очень по тебе скучаю, – призналась мама. – Мэдок и Фэллон присматривают за мной, пока Джейсон завершает судебный процесс в Чикаго, Джекс с Джульеттой тоже замечательно ко мне относятся, но я хочу, чтобы ты был здесь. Приезжай домой, пожалуйста.

Я закашлялся. Домой.

– Мам, у меня график… – ответил, пытаясь найти отговорку. – Я постараюсь, просто…

– Тэйт здесь нет. – Потупив взгляд, мать не дала мне договорить. Мой пульс эхом отдавался в ушах. – Если тебя это беспокоит, – пояснила она. – Ее отец уехал в Италию на несколько месяцев, поэтому Тэйт проведет лето там.

Опустив голову, я тяжело вздохнул.

Тэйт не дома.

Хорошо. Я крепче сжал челюсти. Это хорошо. Не нужно будет с этим разбираться. Я смогу навестить родной город, провести время со своей семьей, и все. Мне не придется встречаться с ней.

Было противно признаваться, даже самому себе, но я боялся случайно столкнуться с ней. Так сильно, что больше не возвращался домой.

Я провел ладонью по бедру, вытерев пот, выступавший всякий раз при мыслях о ней. Хоть я и уехал, чтобы стать самостоятельным, пустота в моей душе, похоже, останется навечно. И заполнить ее была способна лишь она.

Я не мог увидеться с Тэйт и не захотеть ее или не испытать желания возненавидеть ее.

– Джаред, – мама продолжила говорить, поэтому я взял себя в руки.

– Да, – ответил, вздохнув, – я тут.

– Послушай меня, – сказала она. – Дело не в том, почему ты уехал. Дело в твоей сестре. Я хочу, чтобы сейчас ты думал только о ней. Извини, что не сообщила тебе раньше, но я…

Мама опустила взгляд, будто пытаясь подобрать правильные слова.

– Я никогда не знаю, о чем ты думаешь, Джаред. Ты такой скрытный. А я хотела рассказать об этом лично, без посторонних. У тебя постоянно нет времени, чтобы приехать домой, и я прождала так долго, как смогла.

По какой-то причине меня задел тот факт, что матери было сложно со мной разговаривать. Наверное, я никогда прежде не задумывался об этом всерьез, но раз уж она подняла данную тему, меня озарило: мне не нравилось то, что я заставлял ее нервничать.

Глубоко вздохнув, мама посмотрела на меня по-доброму и в то же время серьезно.

– Ты нам нужен, – сказала она тихо. – Мэдок будет вместе с ней играть со всеми ее игрушками. Джекс – взбираться на горы, нося ее на плечах. Но ты – ее щит, Джаред. Тот, кто проследит, чтобы ей никогда не причинили боль. Я не прошу тебя. Я тебе говорю: Куинн Карутерс нужны все ее братья.

Не в силах сдержаться, я улыбнулся.

Куинн Карутерс. Моя сестра. Она уже получила имя.

И да, черт возьми, я вернусь ради этого.

Я кивнул, дав матери свой ответ.

– Хорошо. – На ее лице читалось облегчение. – Джекс отправил тебе авиабилет на электронную почту.

После этого она сбросила вызов.

Два года назад

Мне нравится, когда по утрам я просыпаюсь первым и могу несколько минут понаблюдать за спящей Тэйт. Ее грудь поднимается и опускается в такт неглубоким вдохам-выдохам, гладкая кожа сияет. Я знаю: если коснусь ее спины, запустив пальцы под майку, то почувствую, как она вспотела. Ей становится жарко во сне.

Расслабленно откинувшись на спинку кресла, стоящего у окна, я смотрю на мягкие розовые губы Тэйт. Она поджимает их, начинает шевелиться. Ее тонкая, грациозная шея манит меня. Я в отчаянии. Мне так не хочется ее покидать. Никогда. Не хочется делать то, что должен сделать сейчас.

Мое сердце принадлежит Тэйт. Я скорее задохнусь, чем смогу побороть эту нужду в ней.

Я стараюсь запомнить хорошие моменты, благодаря которым продолжу жить в ее сердце, пока буду далеко. Дождливые ночи, проведенные в моей машине. То, что кожа на ее шее отличается по вкусу от губ. Какой горячей она становится под одеялом. Как я теперь ненавижу спать один.

Телефон Тэйт вибрирует на прикроватной тумбочке. Я крепче сжимаю кулаки, осознавая, что все вот-вот рухнет.

Когда она проснется, мне придется причинить ей боль.

Тэйт поворачивает голову и открывает глаза. Ее тело постепенно пробуждается. Глубоко вздохнув, она медленно садится, сразу замечает меня в противоположном конце комнаты и смотрит прямо в глаза. Легкая улыбка играет на ее губах, пока она не замечает, что я не улыбаюсь в ответ.

Я указываю на ее мобильник кивком головы, надеясь, что она ответит и даст мне еще минуту. Мое сердце бешено колотится, жар переполняет грудь. Мне нужно найти силы, чтобы это сделать. Ради нас.

Ради нашего совместного будущего.

Глядя на телефон, Тэйт проводит большим пальцем по дисплею, затем снова поднимает глаза и шепчет:

– Они добрались до Новой Зеландии.

Она имеет в виду Джекса и Джульетту. Я отвез их в аэропорт вчера. Должно быть, ребята написали ей, что благополучно долетели. Мне, скорее всего, прислали такое же сообщение, только мой сотовый лежит в спортивной сумке у моих ног.