Чтение онлайн

«Пандем… А пациента Прохорова ты привел на встречу ко мне? Или это случайность?»

«Ты же знаешь, и почище бывают случайности… Он собирался с внучкой в универмаг. Я всего лишь задержал их у канцтоваров на две минуты дольше…»

«Кукловод».

Молчание. И секундное молчание за столом; Ким вскинул голову:

— А?

Но все смотрели не на него, а на Алекса.

— …Совершеннейший козел, — продолжал Алекс как ни в чем не бывало. — Шаманские пляски на бубне. Да, знахари в последнее время зажрались…

— У меня приятельницу знахарь вылечил, — нервно сказала Сашкина подруга. — У нее была опухоль… А теперь даже официальная медицина признает, что опухоли нет!

— Подумаешь, — сказал Алекс. — Вот у Кимки в клинике всех больных повыписывали. Говорят, здоровы. А поди знай, что с этими здоровыми случится через полгодика.

«Ким?»

— Они здоровы, — сказал Ким сквозь зубы. — Я вчера в универмаге видел своего пациента. Он здоров.

Алекс улыбнулся той знакомой желчной улыбкой, которая когда-то доводила Кима до бешенства, а теперь только слегка раздражала.

«Я не кукловод, Ким. Мне противно быть кукловодом. Это все равно если тебе сказать, что ты взяточник…»

Ким криво усмехнулся:

«Иногда мне кажется, что ты ребенок, Пандем».

«Штампы, Ким. Стереотипы. Ты боишься меня — твое сознание защищается, ты ищешь во мне маленького и слабого. Чтобы хоть как-то со мной примириться».

— …голый король. Да, он снял два-три крепких фильма, но эта последняя его премьера — более чем убожество…

— …об этом парне, он талантлив, ему бы хоть толику вкуса…

— …плотный текст. Трудно читать, с удовольствием вязнешь, как в киселе… Нет, как в бетоне!

«Пандем, зачем ты?..»

«Чтобы мир был таким, как должно».

— …Да, вот вы смеетесь, а этот Спорников был в эфире на двадцать девятое февраля. На то самое двадцать девятое! И у него сидела целая студия гостей — в прямом эфире! Как-то он смог удержать панику, хотя у него самого в голове балаболили святые Екатерина и Маргарита…

«Пандем!»

«Да?»

«Ты читаешь мысли?»

«Я присутствую при их рождении».

— О господи, — сказал Ким шепотом.

Лера внесла в комнату двухъярусный торт со множеством сдвоенных свечей. Гости зааплодировали.

— Замечательная ночь, — сказала Арина. — Совсем весна.

«О чем я думаю? — спрашивал себя Ким. — О ерунде какой-то. Вот мокрый асфальт, вот бумажка на столбе, вот коробка из-под сигарет в луже… Но не могу же я все время прятать свои мысли! Не могу все время думать, что я думаю…»

— Ветра нет, — сказала Арина. — Если бы не так поздно — я бы прошлась… Кимка, что с тобой?

Ее ладонь приглашала спрятаться. От ветра. От себя. Жаль, что у него такое большое лицо, а у нее такая узкая ладошка…

Пахло терпкими духами. Арина любила терпкие.

(Как во сне, когда видишь себя голым посреди проспекта…)

— Вернусь и вызову такси, — сказал Ким, но в этот момент из-за поворота выглянул большой автобус с «гармошкой» на брюхе.

(Я не хочу свидетелей! Я имею право быть в одиночестве… Внутри себя — наедине с собой!)

— Нам повезло, — сказала Арина автобусу. Потом вгляделась в Кимово лицо: — Ты пьяный, что ли?

(Неужели все это — порождение моего мозга?! Двадцать девятое февраля… Но этого щенка кто-нибудь, кроме меня, видел? Никто…)

Ким подсадил Арину на подножку. Салон был почти пуст, если не считать подвыпившего старичка, дремавшего на переднем сиденье, и подростка, рисующего рожицы на запотевшем стекле.

— Ким, ты вроде бы почти не пил? Что с тобой? — Арина села, в этот момент подросток у окна обернулся.

Автобус резко тронулся, Ким с трудом удержал равновесие.

— Ким Андреевич, добрый вечер! — поздоровался Пандем.

— Добрый, — глухо сказал Ким.

— Мы играли в футбол, — пояснил Пандем в ответ на вопросительный взгляд Арины. — С Кимом Андреевичем. В понедельник. За гаражами.

— А-а-а, — Арина улыбнулась, как будто воспоминания о том дне были ей чрезвычайно приятны. — Ты еще пришел весь грязный…

— Да, — сказал Ким.

«Арина меня тоже видит».

— Да, — повторил Ким.

— Так мы соседи? — спросила Арина.

— Почти, — мальчик улыбался. — Только мне на одну остановку раньше выходить, чем вам.

— Это не опасно — так поздно домой возвращаться?

— Ни капельки не опасно!

«Ким, я ведь не человек, я часть мира, а ты ведь не стесняешься деревьев, неба… Не испытываешь неловкости перед морем… Тебя бы не смутило, если бы дождь слышал твои мысли…»

Автобус причалил к очередной остановке.

— До свидания, — сказал Пандем.

— Симпатичный пацан, — сказала Арина, когда дверь за ним закрылась. — Обаятельный.

В семь утра — Ким и без того почти на спал — позвонил Аринин брат, Костя.

— Ким? Прости, если разбудил…

— Ничего, — сказал Ким, выходя с телефоном на кухню.

— Иванке хуже, — сказал Костя и громко вздохнул в трубку.

Иванкой звали Костину годовалую дочку.

— Ким… Тут такое дело… Мы ночью «неотложку» вызывали… Ты не знаешь, не мог бы посоветовать, ну, какого-нибудь педиатра хорошего, ну, ты понимаешь…

— А что с ней? — спросил Ким.