Чтение онлайн

Ибо медики доказали, что такие люди убивают, потому что им нравится убивать. Что политические преступления, мятежи, терроризм, ревность, воровство не более чем ширма. Поэтому от генетических убийц избавлялись в раннем возрасте.

Во сне он возвращался домой после экзамена.

Мать обнимала и целовала его. Его дяди и двоюродные братья устраивали торжественный обед, радостно поздравляли его. А потом он остался в спальне один, трясясь от страха. Потому что знал: произошла ошибка. Не мог он сдать этот экзамен, а потому ему предстояло вырасти убийцей.

Жене о своем сне он не рассказывал: знал, что он означает, или думал, что знал.

Силк установил контакт с Тиммоной Портеллой более шести лет тому назад. Началось все, когда ослепленный яростью Портелла убил кого-то из подчиненных. Силк сразу увидел, как этим можно воспользоваться. Он заключил с Портеллой сделку: тот дает информацию о мафии в обмен на освобождение от уголовного преследования за убийство. Директор одобрил план, а все подробности имелись в архиве. С помощью Портеллы Силк раздавил нью-йоркскую мафию, но ему пришлось закрывать глаза на операции самого Портеллы, в том числе и на торговлю наркотиками.

Но Силк, опять же с одобрения директора, планировал отправить Портеллу за решетку. Тот стремился использовать банки Априле для отмывания наркоприбылей. Дон Априле отказался пойти ему навстречу. А на одной из встреч Портелла спросил Силка: «ФБР будет следить за доном Априле, когда тот пойдет на конфирмацию внука?»

Силк сразу понял вопрос, но ответил лишь после паузы: «Гарантирую, что нет. А как насчет полиции?»

— Об этом я позаботился, — услышал он от Портеллы.

Силк знал, что станет соучастником убийства.

Но разве дон не заслужил смерти? Он же всю жизнь был безжалостным убийцей. И отошел от дел несметно богатым, не доступным закону. А успех операции сулил огромные дивиденды. Портелла, завладев банками Априле, угодил бы в ловушку. При этом под удар попал бы и Инсио с его планами создания атомной бомбы. Силк знал, что при удаче государство на основании закона РИКО могло заполучить банки с суммарным капиталом в десять миллиардов долларов. Он не сомневался, что наследники дона обязательно продадут их тайным эмиссарам Портеллы. И эти деньги пошли бы на борьбу с преступностью.

Но Джорджетт презирала подобные методы, поэтому он ничего ей не рассказал. В конце концов, она жила совсем в другом мире.

Но теперь ему предстояло вновь встретиться с Портеллой. Он хотел выяснить, кто убил немецких овчарок. И начать расследование намеревался с Портеллы.

Тиммона Портелла в отличие от других итальянцев, достигших заметного положения в обществе, к пятидесяти годам оставался холостяком.

Но это не означало, что он сторонился женщин.

Каждую пятницу он проводил ночь с женщиной, работавшей в одном из агентств эскорт-услуг, контролируемых его подчиненными. Требований к женщине он предъявлял немного: молодая, не затасканная, красивая. Веселость поощрялась, остроумие — нет. И уж, конечно, никаких извращений. Тиммона признавал только нормальный секс.

Не терпел он и этнических имен: предпочитал что-нибудь простенькое, англосаксонское, вроде Джейн или Сюзан, в крайнем случае Тиффани или Мерль. Очень редко он приглашал одну женщину дважды.

Встречи эти происходили в небольшом отеле Ист-Сайда, принадлежащем одной из его компаний, где в его распоряжении находился целый этаж, который занимали два соединенных между собой «люкса». В одном имелась большая, снабженная всем необходимым кухня: Портелла был отличным поваром-любителем, правда, специализировался на блюдах Северной Италии, хотя его родители родились в Сицилии. Готовить он обожал.

В тот вечер девушку привел к Портелле владелец агентства эскорт-услуг, выпил стакан вина и ретировался. Пока Портелла готовил ужин на двоих, они болтали, чтобы получше познакомиться.

Девушку звали Джанет. Портелла остановил свой выбор на телятине по-милански, спагетти с сырным соусом, маленьких жареных баклажанах и салате с помидорами. На десерт предлагались пирожные из знаменитой французской кондитерской.

Обслуживал он Джанет с легкостью и изяществом, которые никак не вязались с его обликом.

Мужчина он был крупный, с большой головой, грубой кожей, телом, заросшим жесткими волосами. Но за стол он всегда садился в пиджаке, рубашке, галстуке. За обедом он расспрашивал Джанет о ее жизни с участием, которое никак не вязалось с его обликом. С интересом выслушал ее рассказ о череде неудач, свалившихся на ее голову, о том, как ее предавали отец, братья, любовники, как облеченные властью богатые мужчины толкали ее на путь греха, как экономические неурядицы и нежелательные беременности заставляли ее подчиняться, потому что у нее не было другого способа спасти балансирующую на грани голода семью. Портелла изумлялся бесчестию мужчин, которые встречались Джанет на ее жизненном пути, и ему нравилось, что сам он своим добрым отношением к женщинам столь разительно отличается от этих мужчин. И действительно, с женщинами он был щедр и давал им не только деньги.

После обеда, когда они пили вино в гостиной, Портелла выложил перед Джанет шесть коробочек: с золотыми часами, рубиновым кольцом, бриллиантовыми сережками, нефритовым ожерельем, сапфировым браслетом и жемчужными бусами. Сказал, что одну из них она может взять в подарок. Каждая вещь стоила несколько тысяч долларов — обычно женщины это знали.

Когда-то давно одна из бригад Портеллы умыкнула бронеавтомобиль, перевозивший драгоценности, и Портелла оставил добычу у себя, вместо того чтобы продать. Так что эти подарки не стоили ему ни цента.

Пока Джанет раздумывала, на чем остановить свой выбор, и наконец взяла часы, Портелла наполнил ей ванну, тщательно следя за температурой, снабдил своими любимыми пеной для ванн, кремами, лосьонами, духами. И только потом, когда она расслабилась и вышла из ванной, благоухая, как роза, они легли в постель и в удовольствие совокупились, как положено счастливым супругам.

Если Портелла чувствовал особый подъем, женщина могла оставаться у него до четырех или пяти утра, но он никогда не засыпал в ее присутствии. В ту ночь он отпустил Джанет раньше.