Чтение онлайн

— Какие новости? — спросила она.

— Этот азиат. Он снова пришел и сейчас внизу. Он…

— Какой азиат?

— Тот самый. Мистер Ажар. Он в приемной и хочет поговорить с вами. Или с сержантом. Он сказал, что может поговорить и с сержантом. В приемной говорят, что он вроде как не в себе.

— В приемной? — нервно переспросила Эмили. — А какого черта он околачивается в приемной? Он должен быть рядом с Кумаром. Там, где я его оставила. Я же велела ему… — Она на мгновение замолчала. — Господи! — произнесла она упавшим голосом.

— В чем дело? — Барбара мгновенно вскочила на ноги. Ажар «не в себе» и обращается к ним за помощью? Этот пакистанец был всегда так спокоен и невозмутим, что мысль о том, что он «не в себе», попросту не укладывалась у нее в голове. — Что происходит?

— Он не должен был выходить из управления, — сказала Эмили. — Он должен был находиться рядом с Кумаром до тех пор, пока мы не схватим его кузена. А я, пустоголовая дура, оставила их в комнате для допросов и забыла предупредить в приемной, что ему запрещено выходить из управления.

— И что теперь?.. — Белинда, стоя на пороге, все еще ждала указаний.

— Я иду к нему, — отрывисто объявила Эмили. Барбара поспешила за ней. Они почти бегом миновали коридор, спустились на первый этаж. Таймулла Ажар нервно мерил шагами небольшую приемную.

— Барбара! — закричал он при виде женщин. Сейчас он никакими ухищрениями не сумел бы скрыть охватившую его панику. Выражение его лица было безумным. — Барбара, она пропала! Он увез Хадию.

— Нет, Господи, нет! — прошептала Барбара, как молитву. — Ажар, как это?.. Вы уверены?

— Я приехал в отель. Когда закончил все дела здесь. Мистер Тревес сказал мне. Миссис Портер была с ней. Она запомнила его с прошлого вечера. Она видела нас вместе. Вы помните. В баре. Она подумала, что мы договорились… — Казалось он вот-вот задохнется.

Барбара положила руку ему на плечо.

— Мы освободим ее, — сказала она. — Ажар, клянусь вам! Мы вернем ее.

— Что, черт возьми, происходит? — приказным тоном спросила Эмили.

— Хадия — его дочь. Ей восемь лет. Муханнад увез ее. Она, очевидно, думала, что он заранее уговорился с ее отцом, и согласилась поехать с ним.

— Она знает, что никогда нельзя ни с кем уходить, — пояснил Ажар. — С незнакомыми. Никогда.

— Но ведь Муханнад-то — ее дядя, — напомнила Барбара. — Она говорила, что хочет познакомиться с его женой и детьми. Помните, Ажар? Ведь вы же слышали, как она говорила это. И я слышала. И вы не должны думать… — Ей отчаянно хотелось избавить его от чувства вины, которое, как она знала наверняка, он сейчас испытывал. Но ей все равно не удалось бы это сделать. Ведь это был его ребенок.

— В чем, черт возьми, дело? — Эмили вновь потребовала объяснений.

— Я же сказала. Хадия…

— Да плевать я хотела на эту Хадию, кем бы она ни была! Вы что, водитесь с этими людьми, сержант Хейверс? И если да, то кого из них конкретно вы знаете?

Барбара поняла свою ошибку. Ее рука, все еще лежащая на плече Ажара, выдала все, что Барбара до этого скрывала. Она лихорадочно соображала, что бы сказать в свое оправдание, но сказать было нечего, кроме правды, а это заняло бы слишком много времени.

Ажар снова заговорил:

— Он спросил ее, не хочет ли она побывать на море. Миссис Портер слышала почти весь разговор. «Ты любишь море? А что, если нам отправиться в путешествие по морю?» Он сказал это, когда они уходили. Миссис Портер слышала. Барбара, он увез…

— Боже милостивый! Лодка. — Барбара метнула умоляющий взгляд на Эмили. Ни на объяснения, ни на оправдания времени у них не было. Она знала, куда направился Муханнад Малик. Она поняла, что он задумал. — Он угнал лодку с Балфордской пристани. Вернее, с эссекской лодочной станции, как он это проделал раньше. Хадия думает, что они отправились на прогулку по Северному морю. А он хочет добраться до континента. Наверняка. Это же безумие! Расстояние слишком велико. Но именно это он и задумал. Из-за Гамбурга, из-за Рохлайна. А Хадия — это гарантия, что мы его не остановим. Эм, нам надо подключить к этому береговую охрану.

Эмили Барлоу не произнесла в ответ ни слова, но и без слов — по выражению лица — было ясно, что она думала сейчас совсем не о том, как преследовать убийцу в море или за морем. По сжатым челюстям было понятно, что сейчас ее волнует только то, что Барбара ее обманула.

— Эм, — обратилась к ней Барбара, вне себя от того, что они теряют время, — я знаю их по Лондону. Ажар. Хадия. Ну что тут такого? Что такого? Эм, ну ради Бога…

— Я не могу в это поверить. — Взгляд Эмили, казалось, прожигал ее насквозь. — Ведь я больше, чем кому-либо…

— Барбара… — У Ажара дрожал голос, и было видно, какие муки он испытывает.

— Я ведь даже и не знала, что расследование поручено тебе, пока не приехала в Балфорд, — оправдывалась Барбара.

— Кто бы ни вел расследование, ты не должна была участвовать.

— Конечно. Я понимаю. Я не должна была. — Волнуясь, Барбара искала любой повод, чтобы заставить руководителя следственной группы начать действовать. — Эм, я только хотела оградить их от неприятностей. Я волновалась за них.

— А я, выходит, подыгрывала тебе, так?

— Я поступила плохо и неправильно. Я должна была сказать тебе. Если хочешь, можешь послать рапорт моему начальству. Но потом.

— Пожалуйста! — Голос Ажара звучал умоляюще.

— Черт возьми, Хейверс, как ты могла? — Руководитель следственной группы произнесла эти слова так, словно не слышала ни одного ранее сказанного слова.

— Полностью согласна, — торопливо произнесла Барбара. — Чертовски непрофессионально. Но сейчас речь не об этом. Нам надо обратиться за помощью к береговой охране, если мы хотим взять Муханнада. И как можно быстрее, Эм.