Чтение онлайн

Надо срочно сделать анализ.

Разумеется, решать будет Дамиан, но она не может допустить, чтобы Лин ее обскакала. Нельзя ждать целый месяц, независимо от того, беременна она или нет. Надо срочно загладить свою вину перед ним, смягчив тот удар, который она нанесла ему в «Сизокрылом тумане».

Как только Натали вернулась в Наррабин, она расплатилась с таксистом и дала ему такие чаевые, что он от всей души пожелал ей счастья. Как пригодилось бы ей счастье именно теперь! Может быть, Лин как раз в эту минуту рассказывает Дамиану о встрече с Натали, живописуя ее в выгодных для себя тонах.

В инструкции, приложенной к препарату, указывалось, что анализ следует делать рано утром.

Она провела бессонную ночь, вспоминая, как Дамиан говорил: «Что же мне делать? Ждать, когда ты попадешь в следующую аварию? Ждать всю жизнь?»

До сих пор Натали не могла вспомнить события того дня, когда ее сбила машина. Наверное, Дамиан открыл ей свою душу, а она его отвергла, сравнивая с Бреттом. Вероятно, он был обижен тем, что на него наклеивают ярлык.

Разве она ответила бы взаимностью на любовь Дамиана, если б не утратила память? Конечно, нет. Рана, нанесенная ее душе неудачным замужеством, все еще кровоточила. Должно было пройти время, чтобы боль утихла. Лишь тогда она смогла бы взглянуть на Дамиана другими глазами. Теперь же ей следует убедить его в том, что возврат памяти не помешает их сближению.

Иначе победа достанется Лин.

Испытывая смешанные чувства, Натали выполнила все указания инструкции на следующее утро. С ее точки зрения, было аморально использовать еще не родившееся дитя, чтобы удержать мужчину. Нет, она неспособна на такое... Если Дамиан проявит хоть малейшее сомнение в возможности их совместной жизни, она не будет настаивать на браке. Тем не менее он должен знать, как обстоят дела.

Результат анализа оказался положительным.

Чувство радости и облегчения сменилось сомнением. У нее будет ребенок; может быть, на этот раз девочка? Иметь дочку – какая прелесть! Хотя, конечно, сына тоже неплохо. Она должна немедленно поделиться новостью с Дамианом. С этой мыслью Натали бросилась к телефону.

Но просто сообщить ему новость – это не то, она должна видеть выражение его лица, когда он узнает о ребенке. Именно его реакция решит судьбу их отношений.

Надо отправиться к нему с утра, чтобы застать дома, до ухода на работу. Быстро одевшись, она вызвала такси по телефону и уже через двадцать минут была на пути к его дому. По дороге она составляла план разговора с ним. Как лучше преподнести эту новость? Нельзя же прямо ляпнуть, что она беременна. Надо его подготовить. Или наоборот? Сообщить, что будет ребенок, и... лед тронется!

Она так и не решила, как лучше рассказать ему о случившемся, хотя уже стояла перед дверью его квартиры. Никогда в жизни она не была так взволнована, даже в день венчания с Бреттом.

И вот дверь открылась.

Дамиан глядел на нее, не веря своим глазам.

Она в свою очередь смотрела на него, невольно вспоминая о той близости, от которой сама же отказалась. Он еще не успел одеться и стоял перед ней в наспех наброшенном халате и в домашних туфлях на босу ногу. Натали невольно вспомнила его совершенно обнаженным, и жгучее желание выбило из головы все заготовленные для встречи слова. Сердце сжалось, обдавая жаром ее тело.

– Натали?! – воскликнул он в недоумении.

– Я... я хотела тебя видеть, – пробормотала она, стараясь взять себя в руки.

Дамиан почему-то не пригласил ее войти. Его напряженное лицо выражало неловкость; он вышел из квартиры и чуть ли не захлопнул за собой дверь. Натали показалось, что на нее вылили ушат холодной воды, она онемела от такого неожиданного приема.

Дамиан выглядел весьма сдержанным. Неужели он успел к ней охладеть? Или торопится куда-то? Только что принимал душ: волосы еще влажные. Запах туалетной воды после бритья был каким-то чужим, будто смешанным с другим запахом. Но главное – другое: Дамиан не намерен тратить на нее время, значит, отношение к ней изменилось на сто восемьдесят градусов.

– Что-нибудь случилось? Я не ожидал тебя в такой ранний час, – сказал он.

Желание сообщить ему последнюю новость было подавлено его холодностью.

– Я вернулась только вчера, – заявила она, пытаясь выиграть время. – Я думала о тебе. Ведь мы... мы так плохо расстались.

Дамиан состроил гримасу.

– Мы оба попали... в затруднительное положение. Если ты думаешь, что я пытался тебя обмануть после того несчастного случая...

– Нет... нет. – Она решительно замотала головой. – Ты был со мною честен. Если кто и виноват, так это я. Надеюсь, ты меня не очень осуждаешь?

Заглядывая ему в глаза, Натали надеялась, что не все потеряно.

– Твоя просьба была вполне закономерной, – сухо произнес он. – Извини меня за мою выходку. В конце концов, подождать еще один месяц ничего не стоит, если ждал так долго.

– Срок можно сократить, – предложила она, надеясь тронуть его сердце и душу. Должен же он понять, что она любит его. Иначе она не явилась бы ни свет ни заря в его дом.

Однако ее предложение смутило Дамиана.

– Можно и не сокращать.

Эти слова сбили ее с толку. Пощечина или месть за то, как она обошлась с ним? Теперь ждать предлагалось ей.

Ее поразило, что Дамиан стал вдруг таким далеким и отчужденным.

– Я просто хотела, чтобы ты знал о моих чувствах, – медленно произнесла она, давая ему понять, что не вычеркнула его из своей жизни.

Дамиан кивнул головой, но ничего не сказал. Дал понять, что свидание окончено. Отступив на шаг, Натали все еще надеялась, что он сделает попытку удержать ее.

Он ее удерживать не стал.

– Я хотела знать, как твои дела, – выдавила из себя она, продлевая неловкость встречи.

– Прекрасно.

Столь краткий ответ отрезал все пути к дальнейшему разговору. Кивнув уже в который раз, Натали почувствовала всю бессмысленность своего поведения. Опустив взгляд на видневшуюся из полураспахнутого халата обнаженную грудь Дамиана, она подумала: а может, достаточно одного прикосновения, чтобы порушить эту страшную стену отчуждения, которую он воздвиг? Но она не посмела дотронуться до него.

Не верит, решила Натали. Ее странное желание поселиться в «Сизокрылом тумане» навело его на мысль, что и утренний визит к нему тоже одна из ее фантазий.