Мюзотта

Жан Мартинель — племянник г-на Мартинеля, художник, уже пользующийся известностью и награжденный орденом, 30 лет.

Леон де Петипре — брат Жильберты Мартинель, молодой адвокат, 30 лет.

Г-н Мартинель — бывший гаврский судовладелец, 55 лет.

Г-н де Петипре — бывший член суда, кавалер ордена Почетного легиона, 60 лет.

Д-р Пеллерен — врач, очень элегантный, 35 лет.

Г-жа де Роншар — сестра г-на де Петипре, 55 лет.

Анриетта Левек, по прозвищу Мюзотта, — натурщица, бывшая любовница Жана Мартинеля, 22 лет.

Г-жа Флаш — акушерка, бывшая танцовщица Оперы, 35 лет.

Жильберта Мартинель — дочь г-на и г-жи де Петипре, только что вышедшая замуж за Жана Мартинеля, 20 лет.

Лиза Бабен — кормилица, 26 лет.

Слуги

Действие происходит в наши дни, в Париже. Первый и третий акты — в гостиной у г-на де Петипре. Второй акт — в комнате Мюзотты.

Строгого стиля гостиная в доме г-на де Петипре. Посредине стол. Направо диван. Налево стулья и кресло. В глубине дверь, выходящая в галерею. Боковые двери. Лампы зажжены. Выходят из-за стола.

Г-н де Петипре, г-н Мартинель, г-жа де Роншар, Леон де Петипре, Жан, Жильберта в подвенечном платье, но без цветов и вуали.

Г-жа де Роншар (поблагодарив поклоном г-на Мартинеля, который вел ее под руку, садится направо и зовет). Жильберта! Жильберта!

Жильберта (отпуская руку Жана). Что, тетя?

Г-жа де Роншар. Кофе, деточка!

Жильберта (подходя к столу). Иду, тетя.

Г-жа де Роншар. Береги свое платье!

Леон (подбегая). Нет, нет, сегодня сестренка не должна разливать кофе. В день ее свадьбы! Я сам займусь этим... (Г-же де Роншар.) Знаете, тетя, как адвокат я на все руки мастер.

Г-жа де Роншар. О, я знаю твои качества, Леон... и ценю их...

Леон (смеясь, подавая ей чашку). Вы слишком добры.

Г-жа де Роншар (взяв чашку, сухо). ...по их достоинству!

Леон (про себя, возвращаясь к столу). Вот те на! Маленький щелчок... Без этого никогда не обходится. (Предлагает другую чашку Мартинелю.) Три куска, не правда ли, господин Мартинель, и немного коньяку? Я знаю ваш вкус. Мы за вами будем очень ухаживать, вы увидите.

Мартинель. Благодарю, мой друг.

Леон (отцу). Хочешь кофе, отец?

Петипре. Да, сынок.

Леон (к молодоженам, которые сели налево и разговаривают вполголоса). А вы, молодые супруги?

Молодые люди, поглощенные разговором, не отвечают.

Вопросов больше не имеем! (Ставит чашку обратно на стол.)

Петипре (Мартинелю). Вы, кажется, не курите?

Мартинель. Благодарю, никогда.

Г-жа де Роншар. Это меня удивляет. Мой брат и Леон никак не могут обойтись без этого, даже в такой день, как сегодня... Какая это гадость — сигара!

Петипре. Приятная гадость, Кларисса.

Леон (подходя к тетке). Почти все гадости приятны, тетя; я знаю такие замечательные...

Г-жа де Роншар. Повеса!

Петипре (беря сына под руку). Пойдем курить в бильярдную, раз твоя тетка этого не любит.

Леон (отцу). Ах, разве она любит что-нибудь, кроме своих пуделей?..

Петипре. Ладно, молчи.

Оба выходят в среднюю дверь.

Мартинель (г-же де Роншар). Вот эта свадьба в моем вкусе; такие не часты здесь, в вашем Париже. После церкви — завтрак, затем все приглашенные уходят, даже подружки и шафера. Остаешься своей семьей, а к обеду приходит несколько родственников. Играют на бильярде или в карты, как в обычные дни, новобрачные флиртуют...

В этот момент Жильберта и Жан подымаются и медленно выходят под руку в среднюю дверь в глубине сцены.

Потом, не позже двенадцати, бай-бай.

Г-жа де Роншар (в сторону). Как он вульгарен!

Мартинель (садится направо, на диван, рядом с г-жой де Роншар). А молодые вместо нелепого традиционного путешествия отправляются себе по-хорошему в приготовленную для них квартирку. Я знаю, что вы считаете это не шикарным, не изысканным. Что поделаешь, я так люблю.

Г-жа де Роншар. Но так не принято в большом свете, сударь.

Мартинель. В большом свете! Да их у нас тридцать шесть тысяч, этих светов. Знаете, в одном только Гавре...

Г-жа де Роншар. Я знаю только наш... (спохватившись) мой, который достаточно хорош для меня.

Мартинель. Разумеется. В конце концов, сударыня, что бы там ни было, а со свадьбой дело сделано, и я надеюсь, что вы будете жаловать моего племянника, который до сих пор...