Чтение онлайн

– Вчера я была выходная, – спокойно ответила домработница. – А в такое позднее время я даже в рабочие дни здесь не бываю. У Зинаиды Петровны разыгралась фантазия.

– И вы можете доказать, что старушка ошиблась?

– Да тут и доказывать нечего. Я живу с дочерью, ее мужем и внучкой. Вчера днем мы ходили гулять в Сокольники, вернулись домой, пообедали, и молодые уехали в гости к друзьям, а я осталась дома одна с ребенком. От друзей они вернулись в начале двенадцатого. Я никуда не могла уйти, бросив двухлетнего ребенка. К тому же ко мне заходила соседка, когда я уложила девочку спать. Мы пили чай на кухне. Она ушла, когда домой вернулись дети.

– Спасибо, – сказал Чикалин. – Очень убедительно. Но вы сами понимаете, мы во всем должны разобраться детально, когда речь идет об убийстве.

В комнату вернулся криминалист и подал конверт и письмо Липатову.

– На конверте и письме есть отпечатки покойного и неизвестного нам мужчины. Мы пробьем его пальчики по базам. Такая бумага продается в упакованных пачках, и продавец не мог оставить свой след.

Полковник развернул лист бумаги. На секунду он опешил. Во весь лист был нарисован кукиш. Под ним стояла надпись:

«Только идиоты держат компромат в своем доме. Попробуй найди. Через пару дней он заработает!»

– Вы знаете почерк своего хозяина? – спросил полковник, повернувшись к домработнице.

– На столе лежит ежедневник, куда Адам Францевич вносил свои заметки. Там все записи сделаны его почерком.

Почерк сравнили. Похож.

– Юрий Данилыч, – подал голос Чикалин, – у банкира должен быть сейф в кабинете. Уж туда никто своего носа сунуть не сможет.

– И мы тоже, Миша. Нам нужна санкция суда на обыск его кабинета. А мы имеем дело с коммерческим банком, который не обязан предоставлять нам финансовые отчеты. Сейф директора не для личных вещей стоит в служебном помещении.

– А смерть директора наше дело. Я думаю, нам без санкции его откроют. Если, конечно, не коллеги покойника разобрались таким образом со своим шефом. Эта версия тоже имеет право на существование.

Полковник пожал плечами. Версия ему не понравилась, но проверять придется все варианты.

В комнате появился лейтенант. В пинцете он держал смятую пулю.

– Вот что убило Гольдберга. Выковыряли из косяка. Пуля с медным покрытием. У нас такие не делают. И калибр нестандартный. Стреляли из импортного оружия. Наши киллеры такими не пользуются, если не хотят себя засветить.

– Сплошные загадки, – почесал затылок Чикалин.

– Да уж, Миша, – ухмыльнулся Липатов, – но для того мы и существуем, чтобы их разгадывать.

29 мая. 14 ч 00 мин

После сытной еды и вина Светлана заснула. Сергею девушка очень понравилась. В такую можно влюбиться. Его поражала наивность Светы. Ехать в купе с молодым здоровым мужиком, да еще пить с ним вино, верх беспечности. Но может, такими и должны быть люди, наивными, открытыми и добродушными. Если бы! Тогда и мир стал бы другим. Он же, после некоторых уроков, жил с оглядкой и потерял веру в справедливость. Теперь хорошие люди есть только в кино. Они выдуманы.

В два часа дня Сергей пришел в вагон-ресторан. Степан уже сидел за столиком и пил пиво.

– Ты похож на приличного человека, Степа.

– Я потомственный интеллигент с двумя высшими образованиями. А как, по-твоему, я должен выглядеть?

– Ты похититель малолеток и грабитель банковских фургонов. Это и есть твое главное лицо. Ну, ладно, не будем мелочиться, Степа. Глянь в окно. Московская область позади. Легче стало?

– Ты думаешь, в Дагестане легче будет? Не вздумай пользоваться моим паспортом, псевдоцыган. Там слухи быстро распространяются.

– Ты это о чем, Степа?

– Этих самых девчонок я сдавал дагестанским бандитам. С последней чумичкой они накрылись, а я исчез, потому что дурочка заговорила. Они могут подумать, будто меня взяли, и я их сдал. Их машину никогда раньше не досматривали. И на тебе! Перевозчиков прикончили. Только они меня знали в лицо. Но мое имя известно всем. Покажи мой паспорт, и тебя уложат. Они люди мстительные и кровожадные.

Сергей помолчал, а потом спросил:

– Ты же только что шкуру мне спас, предупредив меня. Какая тебе от этого выгода, Степан? Я же охочусь за твоей долей. А?

– Деньги меня не интересуют. Я везде их заработаю. Мне нужен загранпаспорт, чтобы смотаться из страны. Здесь мне крышка. Куда ни глянь, одни враги. Я и своим партнерам по грабежу не верю. Ты же парень очень ловкий и сумеешь меня подстраховать. В противном случае не видать тебе миллиона. Деньги неплохие, за них и поработать не грех.

– Тут я с тобой должен согласиться. Тогда все. Больше нас вместе никто не должен видеть. К почтовому ящику не подходи. Я сам его проверю. Если что-то срочное, суну тебе записку под дверь. Номер в «Каспии» я забронировал еще в Москве. Оформляться в отеле будем вместе. Я увижу, какой номер тебе дадут. Записок лучше не пиши и не звони. Коммутатор тоже с ушами. Если соберусь зайти, то постучу: три коротких, пауза и еще один раз. Ты поймешь, кто пришел, и только тогда откроешь.

– Ладно. Договорились. До вокзала дошел чисто? – спросил Букинист.

– Как смог. Старался. Но в поезде могут ехать и те, кто получил такие же письма. Так что вали из ресторана. Босс может за нами наблюдать. А этого ловкача никто из нас не перехитрит.

Поезд замедлил ход. Сергей встал и направился в свой вагон. Только сейчас он осознал, в какую сложную историю вляпался. Такой орешек трудно разгрызть.

Поезд остановился на промежуточной станции. Проводник открыл дверь и поднял крышку подножки. Сергей замер.

– Сколько стоим?

– Три минуты.

Он спрыгнул на платформу.

– Эй, милок, от поезда не отходи, – крикнула проводница вслед мужчине, ведущему себя как мальчишка.

Местные старушки таскались с ведрами горячей отварной картошки и солеными огурцами. Только одна полоумная торговала цветами. Она-то ему и нужна.

В купе Сергей вошел с букетом цветов. Светлана уже проснулась и прихорашивалась перед зеркалом. Дверь купе вместе с зеркалом съехала в сторону, утащив с собой ее отражение, а вместо него возник высокий парень с букетом цветов. На него смотреть интересней, чем на себя.