Чтение онлайн

Интересно, как отреагирует на ее появление каратель Винсент?.. Не то чтобы я горела желанием его увидеть, уж слишком свежи были неприятные воспоминания после нашей последней встречи, но как сложно отказаться от удовольствия понаблюдать за его изумленной физиономией. Буквально десять минут назад я видела его издалека в компании рыжеволосой женщины, в которой признала бывшую начальницу Мины, Веронику — куда он запропастился?..

— Мисс Монтгомери, — обратилась ко мне Оливия, тронув за руку. — У нас важные гости! Я хочу вас представить. Это Марко Горетти, хозяин кукольного магазина в старой половине. Мастер на все руки, делает настоящие шедевры. А это — Кейтлин Монтгомери, одна из ведущих моделей Франчески Уинстон. Она просто душечка. Почему бы вам не слепить с нее куклу?

Темноволосый мужчина, названный Марко, улыбнулся и протянул мне руку. На мгновение наши взгляды встретились, и в карих глазах кукольного мастера промелькнул страх. Я могла поклясться, что он увидел нечто большее, чем наивное личико Кейтлин, но у него получилось разыграть вежливое безразличие. Даже если что-то и почувствовал, вряд ли смог понять, что. Развелось же в этом городе эмпатов. Сначала — Мун-младший, рассказами о котором Мина прожужжала мне все уши. И теперь — этот Марко. Подумать только.

— Очень приятно, мисс Монтгомери, — сказал Марко, пожимая мне руку. — Мне нравится идея с куклой. Вы этого достойны.

— Спасибо, господин Горетти. Я подумаю.

— А вот и дама! Идем к нам, милая. — Оливия погладила по плечу подошедшую к нам женщину, и я поняла, что эмпаты — это не самое странное, что я сегодня увижу. — Лорена Мэдисон, художница, модельер. Она иногда работает с господином Горетти, помогает ему делать эскизы для кукольных нарядов. И еще она… экстрасенс?

— Медиум, — вежливо поправила Лорена.

— Медиум, — закивала Оливия. — Очень подходящее занятие для нашего чудного городка, не так ли? Лорена, это — Кейтлин Монтгомери…

Дежурное «одна из ведущих моделей Франчески Уинстон» я не услышала, потому что кусочки паззла в моей голове сложились в цельную картину. Синеглазая брюнетка с печатью Прародительницы, найти которую меня просила Дуата. Лорена Мэдисон, именно так ее назвала Мара. Обычный человек с печатью, всего и делов. Или не совсем обычный… если судить по эмоциональному запаху. Но на вид Лорена ничем не отличалась от смертной женщины. Минимум косметики, тщательно уложенные волосы цвета воронова крыла, элегантное платье в пол из нежно-розового шелка и высокий каблук. Желанная добыча Дуаты улыбалась, и тепло этой улыбки плохо сочеталось с осторожным взглядом темно-синих глаз. И она уже открыла рот для того, чтобы сказать привычное светское «очень приятно», но Оливия ее опередила.

— Лорена, милая, ты не можешь позволить себе упустить момент. Гвен, куда ты направилась? — Она сделала нетерпеливый жест мисс Астер, и та отвлеклась от разговора с парой не знакомых мне мужчин. — Здесь есть дама, которая жаждет показать тебе свои работы. Ты оценишь ее талант модельера по достоинству.

— Мисс Сандерс… — начала Лорена.

— Да, да, — продолжила Оливия, будто и не услышав. — Все мы знаем, что миссис Астер неуловима, и в офисе ее не застать. Что поделать? Приходится улучать минутку на обедах, приемах и даже на открытии недели моды.

Гвен бросила заинтересованный взгляд на Лорену.

— Это вы модельер? — спросила она, легко прищурившись.

— Я просто любитель, я… — предприняла очередную попытку защититься Лорена.

— И очень талантливый. Где официант? Пусть принесет еще шампанского. Кристиан! Наконец-то. Приставить к вам Нику было отличной идеей — мы отрезали все пути к отступлению.

— Да, мисс Сандерс. Гениальный и беспощадный стратегический ход.

Оливия подала Винсенту руку для поцелуя и приобняла Веронику, которая пришла вместе с ним.

— С доктором Дойлом вы знакомы, мисс Монтгомери, так что я со спокойной совестью могу оставить вас наедине. Ника, милая, отойдем на минутку. И где уже этот официант? Принесите гостям шампанского!

Когда Вероника ушла следом за Оливией, придерживая полы пышного платья, Винсент кивнул в сторону окна.

— И мы отойдем, — предложил он. — У меня уже голова кругом от этой толпы.

— Отойдем, — согласилась я. — Надеюсь, разговор будет не очень серьезный?

Винсент не ответил, но вид у него был спокойный и довольный. Впрочем, это еще не означало, что через пару мгновений он не взбесится. Это мы уже проходили.

— Присаживайся, — предложил он, кивнув на один из стульев с мягкой обивкой.

— Нет, спасибо, — покачала головой я и устроилась на подоконнике.

— Я хотел попросить прощения. В прошлый раз я не очень вежливо с тобой разговаривал.

— Ничего страшного. Ты просто чуть не придушил меня, причем дважды, пустяки.

Винсент закивал и присел рядом.

— Ты не злишься. Я рад.

— Твой сногсшибательный белоснежный смокинг в одно мгновение сделал меня твоей поклонницей. Или сногсшибательный ты в сногсшибательном белом смокинге?.. По крайней мере, сегодня ты не пьян, как смертный, уничтоживший пару-тройку бутылок виски, и с тобой можно поговорить.

— Как там Аннет?

Я развела руками.

— Как видишь, ее тут нет. Немудрено: если бы я покусала старшего карателя, тоже свалила бы куда подальше. А ведь она покусала не одного, а двух старших карателей, включая тебя. Ах, прости. Ведь второе было сделано по обоюдному согласию.

— Что я слышу в твоем голосе — зависть или ревность?

— Восхищение, каратель Винсент — у нее прекрасный вкус. И искреннюю радость — мисс Креймер так повезло, ведь ты не удостаиваешь вниманием каждую женщину. Если только она не жрица Диониса.

— Когда ты найдешь ее, сделай милость — не причиняй ей серьезного ущерба. Она нам пригодится.

Винсент достал портсигар, предложил мне угоститься — и я решила не отказываться.

— Похоже, кто-то настроен поиграть?

— Похоже на то. И один из участников этой игры отдал приказ покусать старшего карателя. А между делом побывал твоим заказчиком.

Я подкурила от протянутой мне зажигалки.

— Что бы это значило?

— Это одно и то же лицо, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сопоставить факты. Кто-то из Незнакомцев, мой ровесник, а, вероятно, и старше. Скорее всего, он действует в одиночку, хотя мы не исключаем, что у него есть сообщники.