Чтение онлайн

На следующий день Хьюриу и Эриэл пришли навестить больного. Астрин, сменивший Рорка, стоял у широких окон, глядя на город; Моргон заметил, как глаза короля и его земленаследника на миг встретились – равнодушно и невыразительно. Затем Хьюриу придвинул к кровати стул, сел и устало произнес:

– Моргон, Анот велела мне не тревожить тебя, но мне приходится. Мэрок Тор начал осаду Меремонта; через два дня я уезжаю с военными силами Руна, Кэруэддина и Умбера, чтобы сразиться с ним. Я слышал, что на берегах Меремонта снаряжен военный флот, готовый отплыть в Кэруэддин, если Меремонт падет. Если этим кораблям удастся достичь Кэруэддина, ты можешь застрять здесь до бесконечности. Ради твоей безопасности, я думаю, тебе нужно переправиться на север, в дом Высокого Владетеля Марчера.

С мгновение Моргон не отвечал. Потом медленно проговорил:

– Хьюриу, я благодарен тебе за заботу обо мне и за твою доброту. Но мне бы лучше не удаляться еще дальше от Хеда. Можешь ли ты дать мне корабль и отправить меня домой?

Потемневшее, озабоченное лицо немного прояснилось.

– Могу. Но я думал, что ты не захочешь ехать домой морем. Я могу снарядить для тебя мой личный торговый корабль под охраной. Уж своих-то купцов я хорошо знаю, я плавал с ними много раз.

– Куда же ты плавал?

– В Ануйн, Кэйтнард, даже в Краал... – От этих воспоминаний король улыбнулся. – Я тогда был молодым, и мой отец еще был жив. Астрин уехал учиться в Кэйтнард, а я предпочел узнать о мире за пределами своей страны иным путем. Мне понравилось путешествовать, но после того, как я принял землеправление, я редко покидал Имрис.

– Это тогда ты встречался с моим отцом? Во время одного из твоих путешествий? Хьюриу покачал головой:

– Я встречался с твоими родителями прошлой весной, когда мы с Эриэл ездили в Кэйтнард.

– Прошлой весной? Так ты видел их тогда? Я и знать не знал...

– Откуда же тебе было знать, – тихо вставила Эриэл, и Астрин, стоявший у окна, повернулся. Ее мягкие брови изогнулись, выражая легкое беспокойство, но она продолжила: – Мы повстречались, когда... Когда Хьюриу случайно наткнулся на твою мать, Спринг, на людной улице и разбил стеклянную вазу, которую она несла. Она заплакала. А твой отец пытался ее успокоить, и все мы пытались, но она уж очень расстроилась. Постепенно мы разговорились, сообщили друг другу наши имена, и твой отец начал рассказывать нам о тебе, о том, как ты поступил в училище. Он очень гордился тобой. И разумеется, твоя мать, успокоившись, приняла участие в разговоре: ведь речь шла о ее ребенке. – Эриэл улыбнулась при воспоминании о той встрече, потом ее брови снова сошлись. Она отвела взор от Моргона. – Мы все вместе поужинали – просидели до глубокой ночи. Твоя мама... у меня... у меня был ребенок, который умер за несколько месяцев до того, и я ни с кем не могла о нем говорить до того самого вечера. Так что, когда мы вернулись в Кэруэддин и услышали, что с ними случилось, я почувствовала... я очень горевала.

Моргон, раскрыв рот, наблюдал за Эриэл. На миг он взглянул на Астрина, но в его бесцветных глазах невозможно было прочитать ровным счетом ничего. Хьюриу дотронулся до руки жены и ласково обратился к больному:

– Моргон, твой отец тогда сказал кое-что, и этой ночью я неожиданно об этом вспомнил. Он сказал, что купил для тебя арфу, очень красивую, хоть и странную на вид, но он считал, что она тебе понравится. Он заплатил за нее какому-то бродячему торговцу из Лунголда сущие гроши, потому что якобы, как сказал торговец, она была проклята и на ней нельзя было играть. Твой отец заявил, что ни один разумный человек не верит в проклятия. Я спросил его, как же ты будешь на ней играть, раз она не звучит. А он только улыбнулся и сказал, что ты сможешь и что он в этом уверен. Он не показывал мне эту арфу, потому что она была уже среди его вещей на корабле. А прошлой ночью я понял: ведь твой отец знал, что ты сумеешь играть на этой арфе, потому что на ней такие же звезды, как у тебя на лице.

Моргон попытался заговорить, но голос не подчинялся ему. Внезапно он нетвердо поднялся с постели, постоял, уставившись на огонь, забыв обо всем, кроме одной ужасающей мысли: “Так вот, значит, что тогда случилось... Кто-то увидел эти звезды на арфе и вознамерился их уничтожить, посреди моря команда вдруг исчезла, оставив их одних, беспомощных, а корабль начал разламываться на части, а они не знали, не понимали почему. Так вот как они умерли... Не есть ли это...”

Моргон резко повернулся, увидел возле огня бутылку с вином, чаши из стекла и золота и яростным движением смахнул все со стола. Разбитые черепки, облитые красным вином, раскиданные по каменному полу, отрезвили его. Лицо Моргона стало бескровным, и он произнес:

– Сожалею... Я не хотел... Я все разбиваю...

Хьюриу поднялся. Он крепко взял Моргона за плечи, голос его сначала звучал как будто издалека, потом постепенно, словно приближаясь, стал звучным и ясным:

– Мне следовало подумать... Я должен был подумать. Ложись-ка, пока окончательно не загубил свое здоровье. Я пришлю Анот.

Моргон, едва ли слыша, как они уходят, закрыл руками лицо и почувствовал, как слезы жгут ему глаза, жгут, словно морская вода. Спустя некоторое время он забылся сном.

Проснулся Моргон от голосов Астрина и Хьюриу. Они говорили о чем-то – напряженно и нервно, тщетно пытаясь при этом не разбудить спящего Моргона. Однако приглушенный гнев в голосе короля ворвался в его сон, как холодный ветер.

– Ты думаешь, я совсем безмозглый, Астрин? Мне не нужно спрашивать, где найти тебя, или Рорка, или даже арфиста Высшего – даже если вы вдруг понадобитесь среди ночи. Чем занимается Дет – это дело Высшего, но, если бы ты и Рорк так же много времени проводили, занимаясь насущными проблемами, сколько вы тратите, выбиваясь из сил и дежуря здесь, охраняя Моргона от призрачной опасности, я был бы спокойнее за судьбу Кэруэддина.

В ответ прозвучал холодный и сдержанный голос Астрина:

– Помимо той женщины, на которой ты женился, в этой стране хватает опасностей, и отнюдь не призрачных. Любой может сюда явиться с таким знакомым лицом, что никто из нас и не подумает, кто может под ним оказаться...

– Что же ты от меня хочешь? Чтобы я не доверял никому – ни мужчине, ни женщине – никому в своем собственном доме? Я видел, как ты на нее смотришь, как ты с ней говоришь. Что это значит? Ты что, настолько ревнуешь к ее нерожденным детям? Ты так сильно хочешь получить землеправление? Эти слухи до меня тоже дошли, но я никогда до сих пор в них не верил.

Астрин в упор глядел на него, молча и не двигаясь, его лишенное красок лицо походило на маску. Потом в этой маске что-то нарушилось, Астрин отвернулся и шепнул:

– Нам с тобой не понять друг друга. Я возвращаюсь на Равнину Ветров. Три дня тому назад эта женщина едва не убила князя Хеда у тебя в зале. Я не останусь тут наблюдать, как ей это наконец удастся. Следи за ней сам – ведь это ты женился на ней.

Он встал и вышел, Хьюриу замер у огня, молча глядя ему вслед. Моргон впервые заметил в глазах короля намек на неуверенность, когда тот последовал за братом.