Чтение онлайн

И, голубоокий,

В небосклон далекий

Он уставил взгляд.

Бледный, русоватый

И совсем юнец!

Мертвого солдата

Мать звала когда-то

"Мамин сорванец".

Выпав из кармана,

Больше ни к чему

Портсигар чеканный,

На дорогу данный

Мамою ему.

И сквозит в бурьяне

Возле паренька

Строчка на прощанье

Сунутого няней

Свежего платка.

Дома ждут бессонно,

Но нашел конец

На траве зеленой

(К вящей славе трона!)

Мамин сорванец.

МАРИНА

Благо вам, благо!
– безвольно

Я помаваю платком.

Счастливы будьте: вам больно.

С болями я не знаком.

Жизнь моя, повесть живая,

Но становлюсь сиротлив,

Словно сквозь сон прозревая,

Что оборвется прилив.

И, не спеша поначалу,

Словно пресытясь борьбой,

Хлынет навеки к причалу

Дней беспощадный прибой.

("МАРИНА" - морской пейзаж)

x x x

Не садись ни рядом со мной, ни против меня,

Разговорчивой и веселой не будь.

Так от всего устаю я день ото дня,

Что одного лишь хочу - уснуть.

Чтобы приснился мне какой-нибудь сон,

Или не приснилось снов никаких,

Чтобы, от всех забот отрешен,

В сладостном беспамятстве я затих.

Не мечтатель, не воздыхатель и не мудрец,

Веру свою растратил я в суете

И единственное слово "конец"

Написал на чистом бумажном листе.

Вопреки обещаньям не занял я трон,

Встретить сказочной принцессы не смог.

В моем сердце - жизней людских миллион,

Сам же я до сих пор одинок.

Так что, если придешь, молча сядь в стороне,

Дай мне погрузиться в дрему,

В смерть, не несущую зла ни тебе и ни мне,

Не грозящую бедой никому.

В серой бумаге, в ломбарде - жизнь моя вся,

Вся моя будущность, вся надежда моя.

Запоздалый самоубийца, брожу, у судьбы прося

Только одного - забытья.

Полного забытья, без пышных обрядов. Так,

Путь держа из ниоткуда и никуда,

Тонут, уходя в непроглядный мрак,

Экипажем покинутые суда.

Капитан, ведущий корабль сквозь крутую волну,

Видит, как вдали, изможден и слаб,

Вместе с самой последней галерой идет ко дну

Не умеющий плавать раб.

x x x

Я по дороге шел в своей печали вечной,

И мысли были зыбки.

И, глянув на меня, какой-то школьник встречный

Вдруг просиял в улыбке.

Да, знаю я: улыбка и всем и никому,

Случайная, не в счет.

Но все-таки досталась она мне одному,

Чего же мне еще?

Никто я в жизни этой, не-я, ничей, иду

К неведомым мне срокам.

Так пусть же улыбнется мне кто-то на ходу,

Хотя бы ненароком.

x x x

Ветер чуть качает

Стебли камыша.

Дрожью отвечает

И моя душа.

Сердце сиротливо

Плачет не о том,

Что слышны порывы

Ветра над прудом.

Это легче вздоха,

Чище ветерка:

Если сердцу плохо,

Где моя тоска?

Если ветер тронет

Блики на воде,

Знаю: сердце стонет,

Но не знаю где.

x x x

Уж дотлевает свет дневной...

В душе уныние сокрыто.

Душа... ей горько быть одной...

Лазурный лучик ледяной

Уперся в мостовые плиты...

То лучик, синий и туманный,

Угаснувшей поры дневной

Привет прощальный, безымянный..

Он весь во мне, он здесь со мной:

То луч лазурный, ледяной.

x x x

Я иду с тобою рядом.

Что ни слово - в сердце жалит

Сгустком горечи и зла.

Все пронизано разладом.

Боль вчерашняя печалит

Тем, что мимо не прошла.

Да, сегодня день погожий,

Но ненужный, неуместный,

Жизни подлинной вразрез.

Не глазами и не кожей

Ощущаю: свод небесный

Только тень иных небес.

Не избыть печаль такую.

Нет, не спрашивай ответа

Что случилось там, в ночи?

В одиночестве тоскую.

Сон ли это? Смерть ли это?

Все напрасно. Помолчи.

ПОСЛЕ ЯРМАРКИ

Кто знает, чем гонимы

Неверной ли мечтой,

Иль жаждой одержимы,

Иль верою пустой

Идут шуты и мимы,

Звучит напев простой.

Бредут поодиночке,

Попарно и толпой

Спешат без проволочки

Незнаемой тропой.

Кто первым вспомнит строчки,

Тот первым их и спой.

Пажи легенды бренной,

Поведанной не раз,

Уйдя в самозабвенный

Лирический экстаз,

Не знайте о Вселенной,

Не знающей о вас.

x x x

Сочельник... По захолустью

Рождественские снега.

Дохнуло старинной грустью

У каждого очага.

И сердцу, для всех чужому,

Впервые она близка.

Мне снится тоска по дому,

Непрошеная тоска.

Смотреть так тепло и ново

На белую колею

Из окон гнезда родного,

Которого не совью.

x x x

Твой голос так наполнен лаской,