Кровавый круг

 9 часов 25 минут

Ствол автомата, направленный в лицо, ничего хорошего не сулил. Страшно это или нет, нам, обывателям, судить трудно. Но пилоту первого класса Туманову черный глазок смерти мог напомнить о многом. Идти на риск не имело смысла. Если эти люди решились на такой шаг, то их уже ничто не остановит. Туманов обязан подчиняться. На борту лайнера девяносто семь пассажиров, и он как командир корабля несет ответственность за каждого. Высота восемь тысяч метров, до ближайшего аэропорта сорок пять минут лета, любой необдуманный поступок со стороны экипажа может привести к трагедии.

— Советую вам не нервничать, — холодно и твердо сказал Туманов. — У вас палец дрожит на спусковом крючке. Высказывайте свои требования, и подумаем вместе, как их выполнить.

Кто бы знал, чего ему стоило держать себя в руках. В кабине находились трое мужчин с автоматическим оружием. Как им удалось сюда проникнуть, он не знал и не думал об этом. Но то, что бортинженер валялся на полу с разбитой головой, он видел. Его огрели чем-то тяжелым, как только он попытался встать навстречу посторонним, вошедшим в кабину пилота. Теперь их осталось трое на трое. Штурман, второй пилот и сам командир находились под прицелом. Трое налетчиков были одеты в летную форму гражданской авиации и ничем не отличались от экипажа. Сколько их? Все здесь или кто-то остался в салоне? И на этот вопрос у Туманова не имелось ответа.

— Мы полетим в Кабул, любезный. Все, что от вас требуется, это делать свое дело. Свяжитесь с аэропортом и сообщите наземным службам об изменении маршрута. Их дело обеспечить нам коридор.

Туманов обратил внимание на тот факт, что человек говорил уверенно и твердо. Оружие, летная форма — все продумано и рассчитано заранее и до мелочей. Скорее всего, они нарвались на профессионалов, а не на свихнувшихся маньяков.

— И вот что, командир. Без лишних подробностей. Будешь говорить сухо, коротко и только то, что тебе прикажу я. Если земляные черви захотят услышать мой голос, то я пообщаюсь с ними.

— Нам потребуется дозаправка. Горючего до Кабула не хватит.

— Пусть этот вопрос тебя не беспокоит. После связи с землей будет кому об этом позаботиться.

Связь с аэропортом Минеральных Вод была налажена в считанные секунды.

— Говорит борт 14-69. Экстренное сообщение. На борту террористы. Требования: изменение маршрута. Курс — Кабул. Трое с автоматами Калашникова в кабине пилота. Согласны вести переговоры с представителями властей, имеющими право принимать решения экстренного порядка. На борту девяносто семь пассажиров и экипаж в полном составе.

— Борт 14-69, вас поняли. Оставайтесь на связи. Туманов повернул голову и взглянул на налетчика.

— Ваш приказ выполнен.

— Молодец. Все сделано грамотно.

Командир всмотрелся в молодого парня, стоявшего за его спиной. На вид ему не более тридцати. Крепкий, высокий, с нахальным, самоуверенным взглядом. Он также обратил внимание на его руки. Холеные пальчики, белая гладкая кожа. Такие ручки на лесоповале не работали, зоновских татуировок не имели. Вряд ли он здесь играл главную роль.

Те двое молчунов, что стояли у порога, выглядели обычно. Одному лет сорок пять, второму чуть меньше. Ни один из них не вписывался в представления о террористах, сумасшедших или обреченных. Это обстоятельство не могло не настораживать. Ребята пошли на такое дело не от отчаяния. Они преследуют конкретную цель, и им есть что терять.

Туманову на секунду показалось, что они своего добьются. И сделать это будет нетрудно. На земле решения принимаются однозначные и стандартные, а тут необходим особый подход.

— Ну а теперь, командир, — оборвал мысли Туманова молодой террорист, — пора убрать из кабины лишних. Машина идет на автопилоте, и помощник тебе не понадобится. Ему придется покинуть кабину и уступить мне свое кресло вместе с наушниками.

— Летчик обязан сидеть за штурвалом, а не в пассажирском кресле салона.

— Обязанности здесь распределяю я. Извини, командир, но так уж получилось. Сегодня ты играешь роль таксиста. Пусть тебя это не обижает.

Парень ткнул стволом автомата в спину второго пилота.

— Руки за голову и встать!

Тот словно окаменел, вцепившись пальцами в подлокотники.

— Выполняй, Яша. У нас сотня невинных на борту.

— Люблю иметь дело со здравомыслящими людьми, — усмехнулся новый хозяин положения.

Второй пилот встал и положил руки на затылок. Высокий, широкоплечий красавец, гроза местных стюардесс, весельчак и балагур, выглядел сейчас побитым псом, обмякшим и растерянным.

— Прихвати с собой этот кусок мяса с полу и выметайся вместе с ним в салон. К пассажирам на поклон вам ходить не обязательно. Вторая дверь направо. Сортир у вас просторный, тесно не будет. Когда понадобишься, тебя позовут.

Яков Баландин утешал свое самолюбие тем, что выполнял приказ командира, а не требования сопляка, которому с удовольствием бы свернул шею в долю секунды.

Он взвалил на спину своего старого друга и, скрипнув зубами, направился к выходу.

Двое вооруженных бандитов расступились и открыли ему дверь. Место второго пилота занял главный приказчик.

— Хорошее такси. Ни светофоров, ни гаишников, ни встречного движения.

Он надел наушники и положил автомат на колени.

Яков вышел в предбанник и услышал, как захлопнулась за его спиной дверь. В ту же секунду он почувствовал, что к его виску прикоснулся холодный металл пистолета.